Киштов - пограничный хутор

Глава 10

Так что, возвращались на хутор, мы довольные этим выходом, причём груженные под завязку, неторопливо, обсуждая на ходу столь удачную сегодняшнюю охоту.

- Ну, вот я оказался прав, - сказал мне мой друг Семён, который ехал рядом со мной, довольство так и лучилось на его лице, ну ещё бы ведь и он сумел добыть сайгака, удачным выстрелом из самострела, - с тобой везёт, вона какая у нас удача сегодня, так что я теперь буду только с тобой, на охоту ходить.

На сам хутор успели ещё доехать засветло, ну а там уже нашу добычу приняли работники хутора и спорно утащили её на разделку и закладку мяса в ледники, ну или на кухню, те же внутренности для готовки.

Остальные две группы охотников, оказались на хуторе, чуть позже нас, и хоть они были с собаками, но столь удачной охотой могла похвастаться всего лишь одна группа, те добыли десяток зайцев, пару лисиц, ну и самое главное – одного бобра. Ну а последняя группа добыла в общей сложностивосемь зайцев, одну лису, небольшого кабанчика, и то, последнего удалось отбить от стада, с помощью собак.

Но и такому выходу охотников, а особенно столь разной добычи, на хуторе были рады все, о чём и был в основном разговор за столом, во время ужина. Ну и, конечно же, мнение о том, что надо постоянно высылать такие группы, буквально каждый день, было единогласным. К тому же подкреплять их загонными командами в виде работников хутора, для некоторых из них как раз не было работы.

Тут надо заметить – пока не было работы. А вот когда наступят хорошие морозы и лёд достаточно прочно схватит реку, то тогда уже можно будет и выходить на подлёдный лов сетями.

Что лично я сам наблюдал, чуть позже, когда оставался на хуторе и не ходил с охотниками. Такие группы рыболовов, так же приходилось прикрывать воинами, всё же те работали на реке, ну а там была возможность проскочить с правого берега татарам. Вот и приходилось прикрывать рыбаков и работников хутора, которые занимались рыболовством.

Сам зимний лов был сложным из-за сильного течения реки Бог и коварного льда, ведь, что не говори, а наш хутор располагался как раз напротив порогов, но и тут при ловле использовались проверенные веками методы. К примеру, подлёдный лов сетями, как говорили на хуторе – «зимнее неводье», кстати, этот способ был самый масштабный и коллективный, и требовал участия десятков людей. И заключался он в следующем – во льду прорубали две большие майны (главные проруби) на расстоянии 5 - 100 метров друг от друга, а между ними – ряд мелких лунок. Далее с помощью длинных шестов («прогонов») сеть протягивали подо льдом от одной майны к другой. Рыбу буквально вычерпывали из реки этими огромными сетями. Добычей, как правило, были лещи, судаки, сазаны, которые зимой сбивались в глубокие так называемые «зимовальные ямы». Ну и, конечно же, попадались и рыбы семейства осетровые (заходившие из моря).

А вот, к примеру, тех же сомов и щук ловили на «самоловы» и переметы, причём в этом случае попадались весьма крупные экземпляры. Делалось это намного проще, под лёд опускали длинную прочную верёвку с десятком крючков, где в качестве наживки использовали куски мяса, мелкую рыбёшку или даже опаленную птицу. А вот чтобы сама лунка не замерзала и снасть не вмерзала в лёд, её накрывали деревянными щитами, и присыпали соломой или снегом.

Очень вкусное мясо, было у редкой рыбы - вырезуб, которая, кстати, и водилась в этих краях на реке Бог, и ловля её была так же специфической. Вырезуба искали на быстрых участках реки, где вода не замерзала полностью из-за порогов, и ловили его на тяжёлые оловянные мормышки или же крючки с насадкой из ракушек, которые рыбаки опускали в окна чистой воды.

Ну и как говорили у нас на хуторе, периодически проводили на реке «лучение рыбы» (битьё острогой). Этот метод, был только для самых терпеливых и зорких, обычно он практиковался на мелководье или же у берегов, где лёд был «гололедицей» (прозрачным). И заключался он в следующим, рыбак или группа рыбаков, выходили на лёд ночью, в руках они держали острогу (многозубое копьё) над прорубью разводили огонь на «козе» (специальной жаровне), закреплённой на санях. Вот свет и привлекал рыбу (особенно щуку и налима), она подходила к поверхности, и рыбак точным ударом пробивал её через тонкий лёд или в полынье.

Ну и, конечно же, наши рыбаки в полной мере использовали и такой метод ловли рыбы, как «зимние заездки» и верши. Что он собой представлял, в самых узких местах реки устанавливали заездки – плетни из лозы, которые максимально перегораживали реку. Вот в таких перегородках оставляли отверстия, куда вставляли верши или как тут говорили вентери (ловушки из ивовых прутьев). Рыба, когда двигалась подо льдом в поисках более богатой кислородом воды, заходила в ловушку и не могла из неё выбраться.

Вот примерно так и происходила, зимняя рыбалка у наших хуторян, как до рождественских праздников, так и после, вплоть до окончания зимы, на которую периодически попадали все воины, как для охраны, так и для оказания помощи в ловле рыбы, ну и забора улова само собой.

Ну и последним штрихом, того как проходила зимняя рыбалка, хотелось бы остановиться на том, как были одеты сами рыбаки, или те работники, что шли с рыбаками для ловли рыбы. Все они непременно носили кожаные сапоги, смазанные дёгтем или салом для водонепроницаемости, и тяжёлые постолы. Их главным инструментом была пешня – тяжёлый лом, который пробивал лёд. Сам улов нередко замораживали прямо на льду, и в таком виде везли на хутор. Ну и само собой зимняя рыбалка в этом времени была суровым промыслом: руки постоянно в ледяной воде, пронизывающий степной ветер, но как говорится, все трудности окупались богатым уловом «царской рыбы» (тут имеется в виду, осетровые и вырезуб).

Кстати до рождественских праздников у нас удалась охота и на кабанов, хоть таким, как правило, занимались уже после праздников в январе – феврале. Весьма захватывающее зрелище, кабаны в это время сбиваются в большие стада (гурты). Держаться они, в густых зарослях тростника и в байраках (прибрежных лесах), где легче добыть корм из-под снега и укрыться от ледяного ветра. В этом мероприятии приняли участие, около сорока человек, в том числе и женщины.Часть охотников, до места охоты, передвигалась на своих конях, остальных везли на лёгких санях, которых было четыре штуки. В этой охоте решающую роль играли собаки меделянской породы ну и конечно «выжлецы», способные выгнать зверя из непролазного камыша на открытое место, где собаки были способны удержать кабана.

В те места, где должны выходить на открытое пространство кабаны ставили самых лучших стрелков, у которых было по два кремневых ружья, а так же самострелы и обязательный атрибут такой охоты рогатина – тяжёлое копьё с широким наконечником и поперечиной, предотвращающей слишком глубокое проникновение, чтобы разъярённый зверь не достал самого охотника. Кстати, такая честь стрелять выпала и мне, как одному из лучших стрелков на хуторе. Ведь в этой охоте главное – это добыть как можно больше кабанов, желательно тех, что побольше.

Загонщики, остальные охотники вперемежку с работниками и женщинами из хутора окружали предполагаемое место лежки кабанов и все замирали в ожидании сигнала, как правило, такие места были рядом с «попенками» - местами, где кабаны рыли снег в поисках желудей или кореньев.

Вот по сигналу старшего моего отца, который дал его, трубя в рог,«выжлецы» и начинали издавать шум – криками, лаем собак, трещотками. Стадо кабанов, ведомое старым вожаком или секачом, и попыталось прорваться сквозь заросли. Но по глубокому снегу, даже столь мощному кабану тяжело было бежать быстро, вот этим мы как раз и воспользовались.