Киштов - пограничный хутор

После решения этого вопроса, решили и вопрос с передачей тел погибших, их передали уже во время встречи, под гарантии старейшины, ведь все прекрасно понимали, что хранить их негде, и на минуточку напомню уважаемому читателю, что на дворе было лето. Ну и договорились, о следующей встречи, на этот же месте.

Глава 6

Вот и состоялся обмен пленными через три дня. Нам было передано всего тринадцать пленных, из которых наших военных было всего четыре, остальные крестьяне. Одного пленного передали за уже возвращённых убитых, остальные были обменены, как и договаривались ранее.

Опять все радовались на хуторе, ведь как-никак это помощь всем хуторянам, ну а заодно и укрепление статуса самого хутора. После проведения бесед с бывшими пленными, чтобы они понимали, что их освобождение не бесплатное, был сформирован ещё один десяток, хоть пока и не полный, из вновь освобождённых вояк. Во главе третьего десятка поставили Елизара Ветрова, как наиболее опытного воина на хуторе. Конечно, в первые две недели этот десяток никуда не задействовали, кроме разве что несения службы в самом хуторе. И не потому, что не доверяли, а сделано это было затем, чтобы они хоть немного оклемались от плена и пришли к нормальной кондиции как воины. К тому же всем воякам, было сказано, что при любых военных действиях у них будет гарантированный пай с общей добычи, что только додало последним энтузиазму.

А вот из остальных крестьян была сформирована артель, которой и была поставлена задача, по сооружению башни из камня, причём яруса в четыре, не менее. Вот те и приступили к работе, готовя площадку под фундамент самой башни, а так же одновременно стали добывать сам материал для постройки башни.

Тут хотелось бы сделать небольшое отступление, и пояснить, что если мы заглянем в саму землю вокруг хутора, то обнаружим, что она хранит не менее важные ресурсы для того времени.

Ну, во-первых, это известняк (у нас известный как «Дикарь») и ракушечник, берега вокруг хутора были богаты выходами известняковых пород.Именно этот камень и сделали основой, для будущей постройки башни.

Во-вторых, этот камень обжигали в специальных ямах, получая известь. А это был важнейший товар, для побелки домов и производства строительных растворов. Без извести не обходилось ни одно серьёзное строительство в этом регионе.

В-третьих, кроме того, уже было общеизвестно, что вся эта местность стоит на мощных слоях глины, как красной, так и серой, а это как известно глина высокого качества для того времени. На хуторе и ранее было налажено изготовление собственного кирпичного производства (так называемого саманного кирпича, высушенного на солнце, или обжигового «кирпича»). Правда, всё это производство было в ещё зачатом, как говорится состоянии. Ну и конечно же глина давала возможность заниматься гончарством. Посуда была нужна всем, и качественная глина позволяла делать всё – от огромных корчаг для хранения зерна, до рыболовных грузил.

В-четвёртых, это песок, сам чистый речной песок, здесь ценился так же как строительный материал, и кроме того, его к тому же использовали уже в быту, для чистки металлической посуда и как простейший фильтр воды.

Ну и, конечно же, в самом хуторе находилось самое ценное «ископаемое» в этих местах – это вода, на его территории было выкопано несколько колодцев, где была прекрасного, как говорится «родникового качества» вода.

В общем, для предстоящего строительства было всё, что надо, только строй. Вот и, не оттягивая время, строительство и было начато. Причём, к этому делу подключили и других работников хутора, которые, к примеру, возили на подводах речной песок, а так же при необходимости глину, нуи тот же добытый известняк и ракушечник.

Уже через две недели работы стал просматриваться результат – был выкопан котлован под башню, ведь в ней предусматривали один подземный ярус, ну и стали возводится сами толстые стены, у самого основания их закладывали около метра.

Здесь, хотелось бы более подробно остановится на том обстоятельстве, как в то время, те же каменщики, которых на хуторе было два, складывали стены «в замок» без цемента. Технология строительства «в замок» (или сухая кладка) – это одно из самых впечатляющих инженерных достижений того времени. В условиях, когда везти цемент из крупных городов было баснословно дорого, а известь требовала времени для обжига, мастера использовали то, что давала природа этой местности – известняк-ракушечник и песчаник-дикарь.Главный секрет кладки «в замок» заключался не в склеивании камней, а в их форме и весе. Мастер не просто клал камень на камень, он «подгонял» их друг к другу. Каждый следующий камень своим весом прижимал предыдущие, а острые углы или выступы входили в пазы соседних камней. Известняк, который добывали на берегу реки Бог, имеет уникальное свойство – когда он только извлечён из земли, он относительно мягкий и податливый, именно этот момент и использовали мастера каменщики. Они просто могли обтесать камень топором или долотом, придавая ему нужную форму. Ну а со временем, под воздействием воздуха, такой камень «закалялся» - происходил процесс карбонизации, и он становился твёрдым как гранит. Фактически, камни со временем «срастались» друг с другом. Именно этим моментом и пользовались каменщики, и знали о нём. Хоть тут я и говорил «без цемента», но мастера того времени часто использовали очень тонкий слой жирной глины, смешанной с мелко нарезанной соломой или конским волосом. Это был не клей, а амортизатор. Глина заполняла пустоты и равномерно распределяла давление камня на камень, чтобы они не треснули под собственным весом. При этом снаружи казалось, что камни лежат вплотную друг к другу. Чтобы та же башня, была не только крепкой, но и зимой тёплой, стены делали двухслойными: внешняя и внутренняя стороны выкладывались из тесаного камня «в замок», а пространство между ними засыпалось мелким бутом (осколками камня) и заливалось жидкой глиной. Вот именно поэтому толщина такой стены достигалась 1 метра. Что превращало башню в настоящую крепость, которую невозможно пробить лёгким орудием или поджечь снаружи (в отличие от деревянных домов). Ну и последним штрихом к сказанному можно добавить тот факт, что иногда, особенно мест стены башни, которые выходили наружу от хутора, для особой прочности в сам раствор добавляли куриные яйца. Белок в этом случае служил мощнейшим природным пластификатором. Говорили, что такую кладку со временем невозможно разобрать даже ломом – камень ломался быстрее, чем сам шов.

Ну и последнее, что могу сказать по этому поводу, добавлю то обстоятельство, что и все погреба в самом хуторе были построены именно так «сухой» кладкой, которая позволяла камню «дышать». Через микроскопические зазоры уходила лишняя влага, и в погребе всегда держалась идеальнаятемпература +4 - +7 градусов. В таком «каменном мешке» порох оставался сухим, а та же вяленая рыба не плесневела.

Вот именно так и строили башню, которая постепенно вырисовывалась на фоне частокола хутора.Уже начали возводить стены, которые пока было по пояс. И строили её, конечно же, ближе к тому месту, где стояли ворота, в сам хутор. Строительствовелось с раннего утра, с перерывом на еду два раза в день, по часу и велось до того момента, когда наступал вечер. Но вместе с тем, хотелось бы заметить, что кормили всех сытно и порции давали вполне приличные, чтобы взрослые мужики наедались, как говорится от пуза.

Событий за это время - прошедшие две недели, никаких не было, была обычная работа, всех на хуторе, заготовка рыбы шла полным ходом, её ведь не только коптили, но и вялили, и сушили, и солили.

За это время состоялся ещё один торг, на котором была продана вся пшеница, что имелась на самом хуторе. И на это пошли, даже не думая, на что были причины достаточно веские. Но и в этом случае, старейшины того стойбища, которые разместились чуть далее через реку от нашего хутора, привезли на обмен не только шкуры крупного рогатого скота, на и пленниц девушек от пятнадцати до тридцати лет, их всего было пять. Вот их и хотели обменять у нас, но только на пшеницу, и только теперь, когда на неё была наивысшая цена. Насколько я понял, что в этом случае старейшины стойбища выступали посредниками, взяв за это соответствующую плату. Но, в тоже время они знали, что и мы сделаем всё возможное для их выкупа. Так оно и получилось, мы за пленниц заплатили столько, сколько было сказано, отдав всю пшеницу, которая была на хуторе, и ещё додав сверху деньгами, так как самой пшеницы не хватило. Но при этом все на хуторе были довольны.