Страница 30 из 88
Мне так неловко.
Мне нравится, что Джулиан не стал меня наказывать и даже не дал почувствовать себя виноватой за грандиозный провал с ужином, но всё же.
Уф.
— Отличное первое впечатление, Наташа.
Закатив глаза, я домываю последнюю тарелку. Форму для запекания пришлось выбросить. Её было не спасти. Я пыталась.
Она погибла достойно.
Раздаётся короткий стук в дверь, и почти сразу она открывается. В дом входит мужчина размером с машину, держа в руках еду на вынос.
— Э-э, привет.
Мне неловко, потому что я не совсем одета для приёма гостей. Я обычно не ношу открытые вещи. Всегда немного стеснялась своих форм и предпочитаю не показывать лишнего, особенно людям Джулиана.
— Миссис Ставрос, — кивает он. — Я Джек, заместитель Джулиана.
— Джек, можно попросить об услуге?
Он приподнимает бровь.
— Конечно.
— Не возражаешь, если в будущем ты просто будешь присылать мне сообщение о том, что еда доставлена, и оставлять пакеты у двери?
— Как курьер? — спрашивает он так, будто не может поверить своим ушам. Его лицо такое... холодное. Чёрт, я его разозлила.
— Да, пожалуйста. Так мне будет спокойней.
Что со мной происходит? Я никогда не была такой прямолинейной, но Джулиан твердит, что это мой дом, и, черт возьми, я хочу чувствовать себя здесь комфортно.
— Ты её слышал, — говорит Джулиан, и я вздрагиваю, когда он входит в кухню. — Если только это не срочно или я сам не попрошу зайти, внутрь не заходишь.
Джек смотрит на меня, и на секунду мне кажется, что он собирается возразить, но я вздёргиваю подбородок.
— Теперь это и мой дом, Джек.
— Ты права, — кивает он. — Можно твой номер, чтобы писать тебе в таких ситуациях?
— Я скину, — говорит Джулиан. — Спасибо, Джек.
Тот кивает и уходит, а я наконец выдыхаю.
— Не извиняйся, — говорит Джулиан, прежде чем я успеваю сделать именно это. — Я так чертовски горжусь тобой.
Я быстро моргаю, опешив.
— Что? Почему?
— Потому что ты постояла за себя, и это чертовски сексуально, Ангел. Хочу, чтобы ты делала так постоянно. Говорила нам прямо, что тебе нужно.
Я чувствую, как горят мои щёки.
— Мне было некомфортно с ним здесь, когда я так одета, но я подумала, что ты разозлишься, если я начну командовать твоими людьми. И, кажется, я его разозлила. Он такой… угрюмый.
Взгляд Джулиана скользит по моему телу, и я краснею ещё сильнее. Сейчас я, наверное, уже как варёный рак.
— Во-первых, Наташа, ты была очень вежлива в своей просьбе. Она была вполне обоснованной. Во-вторых, Джек на тебя не злится. Просто у него лицо такое. Кроме того, тут наши желания совпадают. Носи что пожелаешь, но мне нравится, что ты не хочешь показывать это потрясающее тело никому, кроме меня.
Он ухмыляется, когда я прикусываю губу, берёт пакеты с едой и протягивает мне свободную руку. Я сразу вкладываю в неё свою, и он слегка сжимает пальцы.
— Пойдём поедим в кабинете, — предлагает он, и я киваю, следуя за ним.
— Ты сам построил дом? — спрашиваю я.
— Да, примерно пять лет назад. Я унаследовал землю от отца и до этого не занимался её обустройством, потому что она находилась в тридцати минутах езды от всех моих городских предприятий, так что это было не очень удобно.
Он не садится за стол. Вместо этого устраивается в одном из гостевых кресел, и я сажусь рядом. Мы вместе открываем коробки с едой, берём палочки и начинаем есть.
— О боже, как вкусно, — говорю я, откусывая спринг-ролл. — Я была голодна. Ладно, что изменилось? Почему ты все-таки построил дом пять лет назад?
Я поворачиваюсь к нему и замечаю, что он смотрит на меня своим тяжёлым взглядом.
— Что случилось?
— Ты такая красивая, когда ешь.
Прикрываю рот бумажной салфеткой и качаю головой.
— Я ем как футбольный защитник. Просто люблю поесть. Расскажи мне больше. Я пытаюсь узнать своего мужа получше.
Его глаза вспыхивают от этих слов, и он откусывает кусочек говядины с брокколи.
— Мне нужно было убежище за городом. Здание с пентхаусом я оставил — иногда остаюсь там, если задерживаюсь по работе допоздна, — но мой дом здесь. Эллиот всегда ненавидел это место. Он предпочитает город.
Я киваю, медленно пережёвывая.
— Где Эллиот, Джулиан?
Он даже не смотрит в мою сторону.
— Тебе не о чем беспокоиться.
— Я просто…
— Ты разочарована? — спокойно перебивает он, но глаза у него совсем не спокойные.
— Из-за того, что не вышла за него? — спрашиваю я, и он молча удерживает мой взгляд. — Блядь, нет. Не хочу тебя оскорблять, но твой сын... ужасен.
Он морщится и кивает.
— Знаю. Раньше он таким не был. Но после того как подсел на азартные игры и алкоголь, стало только хуже. Сейчас он усваивает урок.
— Что это значит? — шепчу.
— Именно то, как звучит. А теперь расскажи мне о себе. Ты училась в колледже?
Тема Эллиота явно закрыта, поэтому я делаю глубокий вдох, тянусь за говядиной с брокколи и отправляю кусочек в рот.
— Да, я окончила школу в шестнадцать и сразу поступила в колледж. У меня есть степень MBA1.
Джулиан просто смотрит на меня секунд десять.
— Тебе двадцать два, и ты хочешь сказать, что уже успела закончить бакалавриат, а потом ещё и получить MBA?
— Да. Всё в Университете Невады в Лас-Вегасе. Мне не разрешали уезжать учиться за границу. На самом деле я никогда не покидала штат.
Теперь он хмурится.
— Твой отец просто держал тебя здесь? Никаких поездок, экскурсий?
Я качаю головой и тянусь за кисло-сладкой курицей.
— Нет. Вот что я могу сказать о своём отце: дети, особенно девочки, для него — пешки. У меня никогда не было иллюзий, что моя жизнь принадлежит только мне. Я знала, что однажды меня выдадут замуж ради выгоды для бизнеса отца. Поэтому и поступила в бизнес-школу, чтобы, если вдруг не выйду замуж, всё равно быть ему полезной.
— Ты этого хотела?
Я хмурюсь и тянусь за ещё одним яичным рулетом. Я действительно голодна.
— Конечно нет. Это адски скучно. Но я умная, у меня хорошо получалось, и другого выбора не было. Пожав плечами, я делаю глоток воды.
— А чем бы ты хотела заниматься?
— Что ты имеешь в виду?
Джулиан безрадостно усмехается.
— Ангел, если бы ты могла выбрать любое занятие, что бы это было?
— Например, ради денег?
— Нет, ради самореализации. Деньги тебе не нужны. У меня их больше, чем нам когда-либо понадобится. Я хочу знать, что тебе по-настоящему нравится. Что доставляет тебе удовольствие?
— Точно не готовка.
Я морщусь, а он громко смеётся, и от его смеха всё моё тело оживает.
У него самый лучший смех.
— Игра на пианино, — я смущённо опускаю глаза. — Я бы хотела учить детей играть.
— Хорошо. Завтра куплю тебе здание.
Я усмехаюсь и качаю головой.
— Ну да, конечно.
— А почему бы и нет? Ты здесь не пленница, Наташа. Если хочешь преподавать музыку — значит, будешь преподавать.
— Мне не нужно отдельное здание. Большинство преподавателей музыки ездят к ученикам домой.
Он уже качает головой.
— Нет, так не пойдёт. Слишком опасно. Я не собираюсь подвергать тебя риску. Но я с удовольствием предоставлю тебе отдельное помещение. Ученики будут приезжать к тебе, и охрана всегда будет рядом. Это мой компромисс.
Я открываю рот, затем снова закрывается.
— Нечего сказать?
— Я... ты сделаешь это для меня?