Страница 77 из 888
Когда настал момент, Маомао вошла в лекционный зал и увидела, что Джинши идет за ней. Она нахмурилась и глянула на него.
— Что? — спросил он, но Маомао только оттолкнула его обратно из комнаты. Его изящная фигура не отражала того, сколько усилий ей пришлось приложить, чтобы вытолкнуть его из двери.
— Но почему?
— Потому что то, что произойдет здесь, является секретным, конфиденциальным и абсолютно не предназначено для посторонних. Меня попросили обучить наших почетных супруг, и, по последним моим сведениям, мастер Джинши, вы не являетесь одним из них.
Затем она закрыла и заперла дверь.
Она выдохнула длинным вздохом, затем внимательно оглядела лекционный зал. Присутствовали девять человек: четыре высших супруги, с по одному прислугой, и Маомао.
С другой стороны двери раздался слышимый шепот. Вероятно, потому что она выгнала Джинши. У нее было четкое ощущение, что кто-то, или несколько человек, очень стараются подслушать.
Маомао подтолкнула свою тележку в центр зала, затем медленно наклонила голову.
— Мои сердечные приветствия вам, почетные дамы. Я, Маомао, смиренно представляю себя вам в качестве вашего инструктора.
Супруга Гёкуё, выглядящая всегда прекрасно, дружелюбно помахала рукой. Её главная фрейлина Хоннян, сомнительно на это посмотрела.
Супруга Рифа, наконец, набрала большую часть мяса на костях, и она спокойно наблюдала за Маомао. То же самое нельзя было сказать о фрейлине, чьё лицо искажалось, когда она увидела Маомао. Маомао наслаждалась этим моментом.
Что касается Супруги Лишу, она испускала ту же легкую нервозность, как всегда. Без сомнения, она пыталась быть особенно осторожной с тремя другими высшими супругами, которые находились рядом. Дама, которая её обслуживала, выглядела не более комфортно, чем её госпожа, но способ, которым она явно стремилась защитить супругу, принес улыбку на сердце Маомао.
Наконец, последняя из величественных дам. Лицо, которое Маомао раньше не видела. Молодая женщина, заменившая одну из бывших высших супруг, была примерно в возрасте Маомао. Она была Лоулан, новая Целомудренная Супруга. У неё были черные волосы, собранные в высокую причёску, и вместо шпильки для волос она использовала перо птицы из южных земель. Её платье намекало на то, что она могла быть принцессой из южных земель, но её лицо больше напоминала северянку. Её фрейлина выглядела так же, и Маомао пришла к выводу, что стиль одежды, должно быть, был личным предпочтением.
Лоулан не была такой обольстительной, как Гёкуё, и не такой ослепительной, как Рифа. В отличие от Лишу, она была подходящего возраста, чтобы разделить постель с Императором, но на данный момент не казалось, что она угрожает хрупкому балансу заднего дворца.
Однако её наряд сделал её самой заметной из четырех высших супруг. В частности, её макияж так ярко подчеркивал уголки глаз, что было невозможно понять, как они на самом деле выглядят. Маомао едва могла представить себе, как супруга должна выглядеть без косметики.
«Не то, чтобы это имело значение для меня».
Закончив своё небольшое представление, Маомао достала стопку учебников из своих принадлежностей и начала раздавать их, по одному каждой супруге. Каждая из них имела свою реакцию, когда брала свою копию: расширение глаз, забавное хихиканье, яростное покраснение щек, нахмуренные брови.
«Примерно то, что я и ожидала».
Затем она достала набор инструментов. Около половины присутствующих отнеслись к ним с недоумением, в то время как большинство других, казалось, знали, для чего они предназначены. Несколько человек не знали точно, но, кажется, догадывались и покраснели.
— Я хочу подчеркнуть, что то, чему я собираюсь вас научить, является торговым секретом сада женщин и не должно быть разглашено посторонним, — сказала Маомао и затем попросила своих учеников открыть учебники на третьей странице.
Через примерно два часа лекция Маомао наконец закончилась.
«Может быть, я пыталась сразу справиться слишком многим». Даже Маомао чувствовала себя немного измученной этим. Она подошла к двери аудитории и сняла штангу.
— Это заняло некоторое время.
Великолепный евнух вошел, выглядя совершенно непринужденным. Он, казалось, был немного раздражен, и по какой-то причине его левая щека и ухо были красными. Маомао была достаточно добра, чтобы не обвинять его в подслушивании.
Джинши рассматривал комнату, в которую он вошел, с немым изумлением.
— Что-то случилось, господин?
— Ты вырвала слова у меня изо рта, — сказал он, пристально глядя на Маомао.
— Боюсь, я не понимаю, о чем вы говорите.
Она только дала наставления на заднем дворе гарема о необходимых знаниях, как ей было попросили. Что касается отдельных гаремных жен, их реакция на лекцию Маомао была следующей:
Гёкуё была в восторге.
— Наконец-то новые трюки, — говорила она. Хоннян смотрела на неё с обычным выражением усталости. Она, возможно, иногда бросала взгляды в сторону Маомао, но лектор решила проигнорировать её.
Рифа была слегка покрасневшей, но её палец следовал по странице, когда она повторяла урок. Она казалась довольной. Фрейлина с ней была красной, как свекла, и пристально смотрела на землю, дрожа.
Лишу находилась в углу комнаты, со лбом, прижатым к стене, бормоча:
— Я не могу. Я не смогу. Это невозможно!
Все цвета исчезли с её лица. Ее сопровождающая, недавно повышенная до главной фрейлины (Маомао полагала, что узнала женщину как бывшую дегустаторшу Лишу), поглаживала её по спине в утешение.
Что касается Лоулан, она смотрела вдаль с отсутствующим выражением. Маомао не могла догадаться, о чем она может думать. Её прислуга не совсем знала, что делать с учебником, лежащим перед ними; с некоторым смущением она упаковала его в ткань для переноски.
«Мне все равно, что они с ним делают», — подумала Маомао, собирая свои вещи и принимая стакан прохладной воды. Она выдохнула. Она была уставшей, но мысль о конверте, полном денег, которые она получит, смягчила ее усталость.
Каждой из супруг разрешалось сохранять полученные учебные материалы. Некоторые ласково обнимали свои книги, в то время как другие касались их только с явным трепетом. В любом случае, Маомао настоятельно советовала им завернуть предметы в путешественные ткани, чтобы их не видели, и, кроме того, повторяла, что их не следует показывать никому. Джинши и другие, которые были исключены из лекции, смотрели, озадаченные.
— Что именно ты им преподавала? — поинтересовался Джинши.
Маомао не смотрела ему прямо в глаза, а скорее куда-то за ним.
— В следующий раз, когда увидите Императора, спросите, что он думает о моём уроке, — сказала она.
Что касается содержания ее урока, она оставила это на воображение Джинши.