Монолог фармацевта

Если это действительно было преднамеренное преступление, то женщине было бы трудно справиться с ним в одиночку. Маомао попыталась обдумать всё, что ей было известно. Одно было ясно: если бы такая высокопоставленная супруга, как Лишу, завела дружбу с простой служанкой, её критики не стали бы молчать об этом, и уж тем более её бывшая главная фрейлина.

Поэтому одна дворцовая дама, срок службы которой подходил к концу, обратилась к супруге Лишу с просьбой выписать из книги романтический текст. Эта книга оказалась той, которую цензоры не видели и не одобрили. То, чем обычно не владеет неграмотная служанка.

— Я думаю, что кто-то другой использовал служанку, чтобы убедить супругу переписать отрывок, но каково ваше мнение, госпожа А-Дуо? — спросила Маомао. Ей не нравилось работать, основываясь исключительно на собственных предположениях, и она надеялась, что А-Дуо сможет подкрепить её интуицию.

— Согласна, — сказала А-Дуо, но потом добавила: — Фрейлина супруги Лишу утверждала, что нашла "письмо" в комнате супруги, но на самом деле оно было найдено в другом месте, где-то за пределами заднего дворца.

— Неужели его действительно отправили какому-то господину?

Если бы оно всё ещё находилось в покоях Лишу, то можно было бы легко заявить, что она собиралась отправить его императору: проблема решена. Но если оно уже находилось у другого мужчины, то трудно было обвинить его в том, что он считает её неверной.

— Да, к сожалению. Вот почему это так важно и почему она сейчас под замком. Мужчина, о котором идёт речь — сын слуги, который несколько раз встречался с супругой на протяжении её жизни. Он отрицает свою причастность, но письмо было найдено в его доме.

Мужчина мог сколько угодно заявлять о своей невиновности, но найти подобные улики в его собственном поместье было весьма сомнительно. Очевидно, бывшая главная фрейлина утверждала, что между этим человеком и супругой было что-то, когда она вернулась из женского монастыря в задний дворец, и очень настаивала на том, чтобы этот человек был расследован. Она завязала супруге Лишу красивый бантик.

«Но это не имеет никакого смысла!»

— Как она вообще отправила письмо? Я думала, цензоры проверяют все, даже письма домой, — сказала Маомао. Вот почему в одном случае кто-то пытался использовать химические вещества, влитые в деревянные полоски для письма, в качестве кода, и почему письма императрицы Гёкуё к её семье были такими окольными в передаче информации, которую они содержали.

—Письмо было сложено в очень маленький свёрток. Должно быть, оно было спрятано среди вещей, которые она отправляла домой, и мальчик получил его первым.

Это не было невозможным. Но что-то было не так.

Возможно, Маомао чувствовала себя такой запутавшейся и растерянной потому, что всё это ей рассказывала А-Дуо. На самом деле ей хотелось услышать эту историю из первых уст.

— Как Вы думаете, может ли кто-нибудь устроить мне беседу с супругой Лишу или даже с этим молодым человеком? — спросила она.

В этот момент кто-то постучал в дверь, и слуга нерешительно показал свое лицо.

— В чём дело? — спросила А-Дуо, и слуга посмотрел на Маомао, словно не зная, что делать.

— Пришел господин Басен, спрашивает о госпоже Маомао.

Он как будто ждал ответа.

Басен лишь почтительно поприветствовал А-Дуо, прежде чем оттащить Маомао.

— Позвольте спросить, господин, что, по-вашему, вы делаете? — поинтересовалась Маомао. Басен приехал верхом на лошади, отказавшись даже от кареты, и они вдвоем выделялись на фоне остальных, пробираясь через город, а Маомао держалась позади него. По крайней мере, у неё была ткань, чтобы прикрыть лицо.

— Вы слышали о супруге Лишу? — спросил он.

— Да...

— Тогда вы, должно быть, догадались. У вас должен быть способ доказать ее невиновность.

Маомао казалось, что она понимает, о чём говорит Басен, но что-то всё равно беспокоило её.

— Я не могу встретиться с ней сам. Мне сказали найти доверенное лицо, — сказал он.

Женщине, подозреваемой в неверности, конечно, было бы трудно встретиться с мужчиной, это правда. Как бы Басен ни был для неё спасителем, Маомао решила подначить этого упрямца.

— Вам сказал Джинши? — спросила она.

— Я... руководствуюсь собственным мнением.

— Понятно.

Да, что-то беспокоило Маомао, но, не желая расстраивать человека, управляющего лошадью, она пока держала это в себе.

Супругу Лишу переселили из павильона, который она занимала несколько дней назад. Это здание ничем не отличалось от того, которое она занимала в заднем дворце, показывая, что с ней по-прежнему обращаются так, как того заслуживает её положение, но теперь её перевезли в западную часть города, и её резиденция была не столько дворцом, сколько башней. Она чем-то напоминала пагоду, которую можно увидеть в храме, но в большем масштабе - шесть этажей в высоту с несколькими перекрывающимися крышами, и хотя ей немного не хватало цвета, от этого она выглядела еще более внушительно. Впечатление усиливалось кольцом гигантских деревьев, окружавших это место. Впечатляющие постройки - и в то же время довольно убогие покои для императорской супруги. Грузные мужчины, стоящие на страже у входа, не делали его более привлекательным.

— Во времена правящей императрицы сюда привезли одного влиятельного придворного, настроенного против неё, под предлогом неизлечимой болезни, — сообщил Басен Маомао. — Они утверждали, что привезли его сюда, чтобы опробовать новую медицинскую процедуру. Сюда же привезли братьев бывшего императора, когда они заболели болезнью, которая их убила. Все они встретили свой конец в этой башне.

Значит, у этого места есть своя история. Маомао уже собиралась произнести это вслух, но воздержалась. Печальная история как-то лишила это место серьезности, превратив его в мрачную тюрьму.

«Неужели Император приказал это сделать?»

Она всегда считала, что он по-своему неравнодушен к Лишу.

— Если мы найдем способ подорвать их доказательства, она сможет выбраться отсюда, — сказал Басен. Он хотел, чтобы Маомао поговорила с супругой и узнала правду.

К счастью для него, Маомао хотела того же.

Однако сначала она должна была убедиться в одной вещи. Она откинула ткань с головы, чтобы смотреть ему прямо в глаза, и сказала:

— Я сделаю то, о чём вы просите, господин Басен, потому что разделяю ваши возражения против обращения с супругой Лишу.

Время от времени Маомао всё же испытывала сострадание. Изначально она считала Лишу просто неприятной маленькой принцессой, но, видя, как с молодой женщиной снова и снова случаются несчастья, начала ей сочувствовать. Конечно, никто не мог винить Маомао за то, что она пытается хоть чем-то помочь супруге. В заднем дворце Маомао была фрейлиной тогдашней супруги Гёкуё, и поэтому не могла слишком активно поддерживать Лишу, но теперь ей было не до этого.

А как же Басен?

—Правильно ли я понимаю, что мы делаем это не по приказу мастера Джинши, а по вашему собственному усмотрению? — спросила она.

— Да.

— И что же побуждает вас к такому поведению, господин?

Это был очевидный вопрос. Настолько очевидный, что она не могла его задать, хотя он и был у неё на уме.

— Кто бы не захотел помочь невинной супруге, попавшей в беду? — сказал Басен.

— Откуда вы знаете, что она невинна? — резко ответила Маомао. Лишу и Басен познакомились только во время недавнего путешествия. Правда, они виделись на банкете, но у них не было возможности поговорить. Да и в остальном во время путешествия у них было мало возможностей увидеть друг друга - единственный раз они встретились лицом к лицу, когда напал лев. Но и тогда они почти не разговаривали друг с другом; в основном Басен просто засыпал Маомао вопросами о Лишу. Теперь же он помогал этой девушке без каких-либо официальных распоряжений, совершенно самостоятельно. Почему?