Монолог фармацевта

В наши дни старый шарлатан был единственным врачом в заднем дворце, но во время того случая там служило много врачей - вполне естественно, ведь для этого не нужно было расставаться с мужским достоинством.

— Ну и хорошо. Я немного опоздал с выходом, и вот я здесь, — безразлично сказал Луомен, расставляя чашки на подносе.

— Ты сам виноват, Сяомен. Ты всегда думаешь, что нет ничего столь важного, с чем нужно было бы торопиться!

Пожилой лекарь № 1 захихикал.

— Верно, но ты нам помог! — подхватил № 2. Они оба, казалось, веселились, а Луомен просто выглядел немного озадаченным. А что ещё он мог сделать? По их поведению и ласковому прозвищу было ясно, что они старые друзья.

Пожилой врач № 2 обратился к Маомао.

— Так вы приёмная дочь Сяомена, госпожа? Как и этот эксцентрик, Л...

Лицо Маомао исказилось, и на нём появился неприкрытый оскал. Дородный доктор быстро закрыл рот.

— У юных дам всегда есть темы, которых они предпочитают избегать. Давайте уважать это, — проницательно заметил долговязый доктор. Очевидно, возраст принёс ему мудрость. Очень полезную.

— Возвращаясь к теме — значит, в Заднем дворце всегда было много таких, как она? — спросила Маомао.

— Да. Хаотичные элементы.

Когда у власти была императрица, женщины в Заднем дворце занимались тем, что сбивали друг друга с ног. Чиновников выбирали, и выбирали часто, по способностям, и поэтому задний дворец стал микрокосмом напряженности, царившей при всем дворе.

— А ещё говорят, что там было много шпионов.

— Шпионов?

Очевидно, бесконечные сражения между супругами подтолкнули их к использованию служанок в надежде раздобыть внутреннюю информацию.

— Время от времени даже фрейлины становились предательницами, — сказал лекарь. Даму, недовольную своим положением, можно было легко обвести вокруг пальца, превратить в пешку в чужой игре. Или же, опираясь на власть своих родителей, можно использовать слабость родителей объекта нападения, и так порядок в заднем дворце мог меняться с головокружительной быстротой.

— Когда нынешняя вдовствующая императрица забеременела, всё стало совсем плохо. Обезумевшие от ревности женщины даже пытались убить её.

— Это правда! Я не знаю, как она выжила, пока регентша не взяла её под свою защиту, — сказал другой врач.

— Всё благодаря потрясающей фрейлине, которая у неё была. Она действительно умела держать себя в руках, говорят, она даже заставила убийц отвернуться от своих любовниц!

— Это что, роман? — подумала Маомао, потягивая чай и не впечатляясь.

— Во всяком случае, я давно не видел ничего столь отвратительного, — сказал первый врач.

Это навело Маомао на мысль:

— Судя по тому, что вы говорите, похоже, вы считаете, что кто-то ещё в заднем дворце замышляет свалить супругу Лишу.

— Думаешь, нет? Иначе с чего бы человеку так эффектно выступать против госпожи, которой он служит?

Это было справедливое замечание, до сих пор бывшая главная фрейлина не выходила за рамки обычного преследования. Однако на этот раз она явно стремилась уничтожить супругу. Если бы ей это удалось, Лишу изгнали бы из заднего дворца, а её фрейлины остались бы без работы. В сущности, им повезет, если их не постигнет то же наказание, что и их госпожу.

— Это кажется слишком поверхностным, — сказала Маомао.

Пожилые врачи № 1 и № 2 посмотрели друг на друга.

— Если ты дочь Сяомена, то я уверен, что ты очень умная девушка. Но не все такие внимательные и вдумчивые, как ты, — терпеливо сказал долговязый врач.

— Я понимаю, — сказала Маомао, но это было уже слишком.

— Такие люди не думают о будущем — только о своей гордости. Они могут начать с того, что заденут кого-то, кто им не нравится, но когда их отталкивают, это только злит их ещё больше.

— Вы же не думаете, что она хоть немного колеблется? Она имеет дело с высокопоставленным супругом, а она всего лишь фрейлина.

— Именно так. Если человек чувствует, что его топчут, достаточно дать ему малейший толчок, и он упадет, люди вообще забавны.

Это был простой способ задобрить шпиона.

— Ха-ха-ха, вы ведь любите такие истории, правда? — сказал пухлый доктор, запихивая в рот булочку целиком. — Это как если бы вы сказали, что "Белый бессмертный", о котором все говорят, был агентом разведки из другой страны.

Луомен потягивал чай со сдержанной улыбкой на лице, но в его глазах читалось несомненное сочувствие к супруге Лишу.

— Не волнуйтесь об этом. Как только твоя девочка оформит документы, супруга будет свободна и чиста, — сказал грузный лекарь, очевидно, понимая, что чувствует Луомен.

— Но это любовное письмо, — сказал Луомен, его беспокойство не улеглось.

— О, это. Девочки её возраста постоянно пишут такие письма. Что такого в том, чтобы позволить себе немного пофантазировать? Я знаю, знаю — это неловко, конечно, и это проблема, исходящая от высокого консорта. Но вы просто скажете, что она тренировалась писать Его Величеству, и проблема исчезнет. Может быть, она действительно написала это письмо, но не отправила его, не так ли? В любом случае, все письма супруг должны проверяться цензором.

— Да, они должны быть... — сказала Маомао. Но её беспокоило то, насколько уверенно вела себя бывшая главная фрейлина.

— Скажи, Маомао, — начал Луомен, бросив взгляд на улицу.

— Да?

— Есть некий человек, который всегда появляется в этот час и утверждает, что сейчас время перекусить. Ты уверена, что тебе стоит здесь находиться?

При этих словах Маомао быстро отхлебнула чай. В тот же момент она услышала, как на улице свистит странный старик. Не теряя ни секунды, она собрала свои вещи и открыла окно напротив входа.

— Тогда я сама себя провожу, — сказала она.

—Странная ты какая-то, — сказал один из двух Пожилых Лекарей, но никто из них не попытался ее остановить: они были слишком заняты подготовкой к надвигающейся буре.

В тот самый момент, когда Маомао приземлилась на землю, дверь распахнулась, раздался сильный хлопок.

— Дядя! Я принёс цзи дань гао! Вы ведь присоединитесь ко мне, правда?

Человек, объявивший о своей закуске, был не кто иной, как уродец с моноклем, и его появление не оставило Маомао ни малейшей причины задерживаться.

«Но я всё ещё не уверена...»

Неужели теперь неприятности Лишу действительно закончились? Этот вопрос не давал ей покоя. Она надеялась, что ничего серьезного не происходит, но дурные предчувствия Маомао имели свойство оказываться верными.