Монолог фармацевта

Не успела она почувствовать, как что-то задело её пальцы, как рука схватила её за запястье. Она потянула её к себе, пока не оказалась на ладони с другой рукой, и их пальцы переплелись. Другая рука была намного больше её и грубее. Длинные пальцы сжимали руку Маомао так, что она не могла вырваться.

— Может быть, вы будете так добры и отпустите меня, господин?

— Но если я отпущу, разве ты не убежишь?

— Вы собираетесь сделать что-то такое, от чего мне придется убегать?

— Иногда мне хочется тебя ударить

Джинши смотрел на Маомао, как дикий зверь на добычу. Его выражение лица напомнило ей голодную дикую собаку. Это не было лицо ни евнуха Джинши, ни младшего брата императора. Это снова был кто-то другой.

— Не в лицо. Это было бы слишком очевидно.

— Я вообще-то не собирался тебя бить.

— Я знаю, господин.

Джинши был не из тех, кто поднимает руку на молодую женщину. Нет, постойте, вообще-то он был таким, чтобы вызвать у них рвоту, если они проглотили яд.

— Я знаю, что вы не сделаете ничего хуже, чем прижмёте меня и заставите опорожнить содержимое моего желудка.

— Ты сама навлекла на себя это. Зачем тебе вообще пить яд?!

— Не уверена, что знаю, как на это ответить.

Опыт из первых рук был гораздо более запоминающимся, чем просто вопросы. Вот и всё. Маомао была не умнее обычного человека, просто чуть более... целеустремленной. И когда дело доходило до эмоций, их у неё было меньше, чем у большинства людей. Она чувствовала печаль и счастье, гнев и радость - не так остро, как обычные люди, но они были. Но были и другие эмоции, которыми якобы обладали люди, и Маомао их не понимала.

Она чувствовала пульс Джинши на своих ладонях. Он вспотел, и место, где соединялись их руки, было скользким. Она подняла голову и увидела длинные ресницы, низко опущенные над глазами цвета обсидиана. Эти глаза пристально смотрели на неё, причём так близко, что она могла видеть в них своё отражение.

У куртизанок была поговорка: "Как только ты это узнаешь, это будет ад".

Но и у мужчин была своя поговорка: "Чтобы узнать это, они шли туда именно за этим".

Это слово, это простое слово из шести букв, начинающееся на "л" и заканчивающееся на "ь", иногда называли вульгарным, иногда оказывалось не более чем игрой, но некоторые люди говорили, что без него невозможно жить.

Свободная рука Джинши потянулась к голове Маомао, пальцы погладили её по волосам, но остановились позади головы.

— Ты действительно носишь это, — сказал он. Его рука нашла шпильку для волос, серебряное украшение с луной и маком. Маомао подумала, что, может быть, оно пришло от Лахана, но, видимо, нет. Неудивительно, что все были так заинтригованы ею.

— О, это от вас, господин Джинши? Луна — это хорошо, но мак — сомнительный штрих.

Она подумала о Белой Леди. Цветок на шпильке для волос выглядел как увеличенная версия обычного мака, но технически это был опиумный мак. Его можно использовать для изготовления наркотика.

— Пожалуйста. Я сделал её ещё до того, как мы отправились в это путешествие. Чтобы заменить другую.

Его голос доносился до неё сверху, его подбородок лежал на её голове. Его пальцы перебирали её волосы, и она чувствовала его дыхание на себе. Любой человек, случайно увидевший их, мог бы предположить, что они находятся в интимных объятиях.

— Господин Джинши, пожалуйста, держите дистанцию.

— С какой стати?

— Что вы будете делать, если нас кто-нибудь увидит?

Они были не единственными, кто скрылся с пира. Деревья скрывали их от посторонних глаз, но не было никакой гарантии, что кто-нибудь не пройдет мимо. Джинши, как никто другой, знал, зачем был устроен этот банкет.

— Господин, супруга Лишу не ваша племянница. Вам не стоит беспокоиться о кровной близости, — спокойно сказала Маомао. Однако лицо Джинши напряглось. Маомао продолжила:

— Разве она не самый безопасный выбор?

Она забыла о том моменте, когда увидела, как Лишу и Басен смотрят друг на друга. Да, она сделает вид, что этого никогда не было. Даже если между ними что-то и расцветёт, это не будет иметь никакого значения. Лучше вести себя так, будто этого никогда не было.

— Безопасный выбор. Черта с два!

Голос Джинши в её ухе был подобен холодному лезвию. Его пальцы перестали перебирать её волосы и скользнули к затылку, обхватив горло. Длинные тонкие пальцы начали давить.

— Больно...

— Правда?

Это было больно, но Джинши только сильнее сжимал пальцы. Другая его рука, всё ещё переплетенная с её, пробиралась вверх по её спине. Нет, нет! Он собирался вывихнуть ей руку.

Лицо Маомао со сдавленным горлом и вывернутой рукой исказилось от мучительной боли. Она откинула голову назад в надежде хоть как-то вдохнуть воздух, её рот был открыт, как у рыбы. Должно быть, она выглядела нелепо, а Джинши смотрел на неё сверху вниз.

Пока наконец...

Маомао жадно втянула воздух, который ей вдруг разрешили. Аромат цветов защекотал ей нос. Жасмин. Почему-то она всегда думала, что небесная нимфа пахнет персиками. Тонкие губы стали сухими и горячими.

Рука, душившая её, переместилась на затылок, а другая высвободилась из её пальцев и обвилась вокруг талии.

Она не знала, сколько времени они так просидели. Джинши смотрел на неё со слабым торжествующим выражением, словно видел, что теперь дыхание достигло каждого уголка её тела. Он вытер слёзы, навернувшиеся на глаза, когда она пыталась отдышаться.

В этот момент Маомао почувствовала вспышку сильного гнева.

— Я сказала, что если ты хочешь убить меня, то должен сделать это с помощью яда, — сказала она ему.

— Я не позволю тебе отравиться, — ответил Джинши, проводя пальцами по её губам. — Ты не можешь притворяться, что не знала, что являешься одной из кандидаток. Как бы мне этого ни хотелось. Он ещё не закончил: – Что это был за человек? Я уверен, что ты не танцор.

Значит, он наблюдал за ними!

— Я просто платила за свой напиток, — сказала Маомао. — Это не так уж важно.

Она попыталась отвести взгляд, но, когда он положил руку ей на голову, у неё ничего не вышло. Маомао быстро соображала, пытаясь придумать какой-нибудь выход из сложившейся ситуации.

— Как вы думаете, чем я могу быть вам полезна?

— Лахан ведь сопровождал тебя, не так ли? Это то, что увидят остальные.

Маомао поняла, к чему клонит Джинши. Возможно, именно на это с самого начала рассчитывал Лахан. Она снова почувствовала гнев; позже ей придется хорошенько помять ему пальцы на ногах.

Семья Ла была уникальна среди названных кланов тем, что у них не было фракции при дворе. Можно утверждать, что это делало Маомао по-своему безопасным выбором, как и говорил Рикусон. Была только одна проблема.

— Вы станете врагом Сами-Знаете-Кого.

Она имела в виду, конечно же, моноклевого уродца. Она могла только представить, что могло бы здесь произойти, если бы он присутствовал. Он устроил бы такую сцену, что сбежавший лев показался бы по сравнению с ней детской забавой.

Джинши вздрогнул, как же иначе? Но это быстро прошло.

— Мы ведь собирались продолжить разговор позже, не так ли?

Она снова оказалась прижатой к нему. Он прижимал её к скамейке. Его рука в её волосах давила так сильно. С её губ сорвалось нечто большее, чем дыхание. Теперь она видела эти обсидиановые глаза, этот дикий взгляд с расстояния в несколько дюймов. Они сияли ярче любой звезды, и в то же время в них была едва уловимая тьма. Это был человек, у которого в жизни было всё, и всё же иногда он словно жаждал чего-то, что с трудом мог удовлетворить.