Страница 316 из 888
Владельца можно было понять: конечно, он пил то, что ему нравилось. Но заказывать дистиллированное спиртное даже для фермеров-арендаторов — это было чрезвычайно щедро. И это в то время, когда здесь было более чем достаточно только чуть менее выдающегося мутного вина.
Маомао на мгновение задумалась, а затем, хотя ей было жаль женщину, которая разносила напитки, явно раздражаясь, подняла руку и подозвала хозяйку.
— В чём дело?
— Мне тоже, пожалуйста, кубок. Вина.
Женщина лишь пожала плечами и протянула ей напиток.
— Юная леди, как всегда...
Шарлатан, как и его шурин, выглядел крайне раздраженным. Басен, разумеется, тоже, но Джинши велел ей заказать ещё.
«А-а. Значит, он догадался?»
Маомао заказала чашки для Джинши и Басена. Затем она отпила из своей. У напитка был сладкий вкус и приятная консистенция. Он не был таким изысканным, как столичный, но был неплох. Однако при всей мягкости вкуса в нем ощущался явный алкогольный привкус.
Если бы оно было плохим на вкус, это было бы достаточным объяснением. Но вместо этого... Маомао облизнула губы. Итак, у них было заведение, вынужденное принимать буйных клиентов, и целая бочка мутного вина. Но это не то, что подавали непокорному владельцу и крестьянам.
— Хм. Вот и вся история.
Она повернулась к шурину шарлатана, который всё ещё выглядел раздосадованным.
— Простите, но здесь есть винокурня?
— Нет, ничего подобного, насколько я знаю...
— Я так и думала.
Губы Маомао скривились в ухмылке, и она подошла и встала с чашкой в руке перед болтающим, веселящимся землевладельцем и его приятелями. Маомао поставила чашку на стол со звучным чмоканьем и одарила их улыбкой, напоминающей улыбку дикого животного.
— Что тебе нужно, малышка? Нальешь нам выпить?
Владелец одарил её насмешливой ухмылкой, а затем разразился хохотом.
— Юная леди!
Шарлатан практически вцепился в нее, пытаясь понять, что она делает. Басен чуть было сам не встал, но, когда Джинши незаметно дёрнул его за рукав, сел обратно.
Маомао захихикала и обратилась к хозяину:
— Как насчет конкурса на выпивку, мой добрый господин?
Она демонстративно шлепнула себя по груди.
— Соревнование по выпивке! Ха! Стоит отдать должное, наглости тебе не занимать! — сказал землевладелец, забавляясь появлением перед ним дерзкой молодой женщины. Крестьяне весело смеялись, производители бумаги выглядели подавленными, а доктор-шарлатан был практически вне себя. Только Джинши и Басен, привыкшие к типичному поведению Маомао, выглядели невозмутимыми.
— Вы же не шутите! — сказал шурин шарлатана. Он и его сыновья выглядели глубоко обеспокоенными.
— Все будет хорошо. Но у меня вопрос: сколько осталось до конца долга?
Через секунду мужчина ответил:
— Тысяча серебреников в год, и мы уже выплатили половину суммы за этот год, так что осталось 4500.
Хм. Действительно, это была не та сумма, которую кто-то готов дать в долг. Имперская комиссия или нет, но деревня не была приспособлена для крупномасштабного производства и не собиралась получать прибыль.
Однако она сказала лишь: "Понятно". Она решительно уселась напротив землевладельца.
— Раз уж мы это затеяли, может, поспорим?
— Пари! Молодчина!
Теперь владелец, явно уверенный в своих способностях к выпивке, просто издевался над ней.
— Итак, у вас есть на что поспорить?
— Да, вы уже видели.
Маомао снова ударила себя в грудь.
— Если вы продадите меня своднику, я принесу не меньше трехсот серебряных.
Несколько крестьян выплюнули свои напитки, а ремесленники потеряли дар речи. Раздался грохот — это Джинши вскочил со стула. Маомао же просто кивнула, как бы демонстрируя свою спокойную уверенность.
— Ха-ха-ха-ха! Триста! Это большая цифра для такой маленькой девочки. Ты хоть понимаешь, как работает рынок, малышка?
Ну да, именно поэтому она так и сказала. Ей казалось, что она уже насмотрелась на то, как продают юных леди.
— Самая совершенная драгоценность в мире не продается дороже сотни, а ты думаешь, что...
Владелец так смеялся, что у него изо рта летела слюна; сейчас он веселился от души. Его друзья тоже были навеселе и пьяны в стельку.
Маомао посмотрела на них, а потом рассмеялась.
— Пф!
Она постаралась, чтобы они поняли, что это был издевательский звук. Пьяные мужчины, как она и надеялась, уловили это, и добрая половина из них стала озираться на неё.
— Вы так думаете только потому, что дайкон, только что вылезший из грязи, никогда не будет стоить больше пятидесяти серебряных, — заявила Маомао. — Подумать только, ты даже не осознаешь этого!
Она почувствовала, как её тело дернулось, когда кто-то схватил её за воротник и потянул вверх, пока она не встала на цыпочки. Нелестное сравнение деревенских девушек с корнеплодами не осталось незамеченным. Джинши уже собирался сделать шаг, но она бросила на него взгляд краем глаза. Если он сейчас вмешается, это только усложнит ситуацию.
— Только скажи это ещё раз! — закричал фермер, назвавшийся Фермером № 1, и бросился на неё с поднятыми кулаками. Его сжатые руки были испачканы грязью полей, и она поняла, что если он ударит её, то это будет неприятно.
«Но, возможно, мне придется смириться с этим».
Она зашла так далеко, что теперь не могла отступить.
Шарлатан рухнул на землю, а его односельчане с ужасом смотрели на него.
— Ты даже читать и писать не умеешь, — продолжала Маомао. — Хех! Ты даже бумагой пользоваться не умеешь, не говоря уже о том, чтобы делать её, даже если тебя научат.
Кулак метнулся к ней, но не попал в нее. Вместо этого раздался стук чего-то, ударившегося о стол. Кто-то встал между Маомао и обиженным фермером. На столе лежал солидный кошелёк, а между ними стоял Джинши.
Он перевернул кошелёк, и из него с шумом посыпался настоящий град серебра. Все в комнате смотрели на это с расширенными глазами и разинутыми ртами, включая Басена, чей рот бесполезно открывался и закрывался от ужаса. Что, казалось, Джинши делает?
— Триста серебра — это недорого за эту девушку, — сказал Джинши. Голос его был ниже, чем обычно, и он использовал свой красивый, но тревожный взгляд, чтобы держать комнату под контролем. Он почти небрежно отмахнулся от руки человека, державшего Маомао.
«Не надо так сверкать своим серебром!» — подумала Маомао, но ей ничего не оставалось, как смириться с этим. Она поправила воротник, поставила ногу на стул и выпятила грудь.
– Видите? Мужчины, знающие себе цену, знают, на что смотрят, когда смотрят на меня.
Фермер, который собирался ударить её, зарычал и одарил её злобным взглядом. Маомао и Джинши одарили фермеров своими самыми ехидными ухмылками.
— Мы не обязаны с этим мириться, мальчики! Давайте научим их хорошим манерам! — воскликнул один из крестьян, но землевладелец поднял руку.
— Не забегайте вперед, — сказал он, и остальные фермеры вздрогнули и отпрянули. — Вы поставили на стол настоящие деньги. Насколько я понимаю, вы заключили пари.
«Значит, он был в деле».
Маомао улыбнулась, выражение лица, которое в этот момент могло показаться неуместным, и убрала ногу со стула.
— Очень хорошо. Кто первый?
Люди из деревни производителей бумаги уставились на Маомао, словно не могли поверить в происходящее. Муж и жена, управлявшие заведением, выглядели в лучшем случае озабоченными. Доктор-шарлатан всё ещё лежал на полу. Джинши, тем временем, смотрел на Маомао так, будто был очень расстроен случившимся; Басен выглядел расстроенным из-за того, что Джинши был расстроен. Мешочек с монетами лежал на столе.