Монолог фармацевта

Том 4. Глава 4. Слухи о евнухах

В медицинском кабинете котёнок Мяомяо, обвившись вокруг ноги доктора-шарлатана, выпрашивал рыбу. Кабинет, как и всегда был открыт, но пациентов не было. Маомао занималась изучением трав, которые могут служить анестетиками.

Сразу по возвращении в задний дворец она спросила доктора о процедуре создания евнухов. Она немного знала об этом от своего отца, но этого было недостаточно. Она надеялась узнать больше от доктора-шарлатана, но он, как всегда, не смог рассказать ей ничего из того, чего бы не знал её отец.

— Опять за своё, молодая леди? — спросил он. Его губы были плотно сжаты, а лицо выражало уныние.

Мяомяо легко смогла выбить рыбу из его рук и украсть её. Возможно, благодаря улучшению питания, её шерсть стала блестящей; из неё получилась бы прекрасная кисть, но Гаошун и доктор не позволяли Маомао выщипывать шерсть котёнка.

— Евнухов больше не делают. Нет необходимости учиться этому, — сказал он отстранённо. Это, должно быть, было очень болезненно. У Маомао возникла мысль.

— Как евнухи попадают в задний дворец? — спросила она. Доктор, подвешивая стебель лисьего хвоста, чтобы котёнок мог поиграть с ним, ответил:

— Как? Ну, они проходят операцию, чтобы стать евнухами.

— Нет, я не об этом, — сказала она. Ей хотелось узнать, как определяют евнухов.

— Раньше, если у вас было письменное подтверждение операции, вас пускали внутрь. Но сейчас...

Шарлатан покраснел и опустил голову, немного смущённый. Он вёл себя почти так же, как Лишу.

— В наши дни они, эмм, ощупывают. Чтобы посмотреть, есть там что-то или нет.

— Они трогают это?

— Какой вопрос, — сказал доктор, раздражённый. Такие проверки не практиковали раньше, но было слишком много случаев, когда люди пытались выдавать себя за евнухов, и поэтому проверки были введены.

— Люди подделывали документы или получали доверенности. Некоторые готовы пойти на всё ради нескольких монет.

Проверки проводились тремя чиновниками, представляющими разные отделы правительства. Раньше, как сказал ей доктор, они проводили визуальные проверки желающих войти в задний дворец, но некоторые чиновники ощущали себя довольно неловко в процессе, поэтому это было отменено.

«Что?»

Маомао наклонила голову в любопытстве.

— Они проводят эту проверку только при первом входе в задний дворец?

— Нет, в принципе, каждый раз, когда вы приезжаете. Хотя, если они вас запомнили, обычно пропускают сразу.

Маомао ничего не сказала, но продолжила смотреть на медицинские травы, наклонив голову на бок.

«Может быть...»

Но она покачала головой: нет. Доктор, тем временем, отвернулся от котёнка и сменил тему. В какой-то мере.

— Говоря о евнухах, вы знаете, что к нам присоединились новые?

— Я слышала слухи.

— Да, молодые люди впервые за долгое время. Думаю, они сильно отвлекают!

Он коснулся своих усов, похожих на лошадиный хвост, и вздохнул. Обычно, становясь евнухом, мужчина терял все конкретные признаки мужественности, но в некоторых случаях, как у шарлатана, усы или что-то подобное могло остаться. Возможно, это был единственный источник гордости для доктора.

Молодые женщины, особенно самые невинные из них, часто были привередливы в отношении чистоты. Они предпочитали евнухов, с их почти нейтральной внешностью, мужчинам с излишние волосатым телом или пугающим поведением.

— В этот раз суета особенно большая, потому что среди них много красивых, — продолжал доктор. — Сейчас они за кулисами, так что всё хорошо, но если один из них окажется достаточно способным, чтобы занять более высокую должность, это может стать настоящей проблемой. Надеюсь, что всё успокоится до этого момента.

Забавно, что шарлатан звучал, будто всё это его не касается, хотя он был на нервах каждый раз, когда рядом находился Джинши. К тому же, если он мог комментировать внешность евнухов, значит, он видел их сразу после проверки.

— Я слышал, что произошла настоящая сцена, когда низшая наложница слишком заинтересовалась одним из новых евнухов, когда он грел ванны.

—Хм. Полагаю, такое поведение нельзя игнорировать, — сказала Маомао. Низшим наложницам редко удавалось привлечь внимание императора, поэтому, заднем дворце нередко встречались неудовлетворённые женщины. Несомненно, среди дворцовых дам были и те, кто заводил себе любовников.

«Тяжелая жизнь», — подумала Маомао, начиная убирать травы.

***

— Когда вы ей скажете?

Это был уже не первый раз, когда он это спрашивал. Джинши сердито посмотрел на своего слугу.

— В своё время.

— О, да! «В своё время». Конечно.

Гаошун стоял рядом с письменным столом в офисе Джинши, стараясь не выдавать своего волнения. Его брови были нахмурены, но для него это было типично.

— Я понимаю, что вы нервничаете, но вы слишком явно показываете это, что только усугубляет ситуацию.

— ...С любой другой дворцовой женщиной этого было бы достаточно.

— Сяомао выглядела так, будто смотрела на улитку, потерявшую свою раковину!

«Другими словами, слизняк?»

— Успокойся уже, — буркнул Джинши. Он посмотрел на бумаги, разделил их на выполнимые и невыполнимые, и начал ставить свою печать.

В офисе никого не было. Солдат, стоящий на страже снаружи, вероятно, зевал про себя. Место было обустроено так, чтобы они сразу узнавали о приближении посетителя. Только в таких обстоятельствах Гаошун мог говорить ему о подобных вещах.

«Я знаю».

Джинши с силой ударил печатью, затем передал пачку бумаг Гаошуну. Мужчина принял их молча и, аккуратно расправив, положил в корзину, чтобы подчинённый их забрал.

— Вам нужно быстрее принять решение, иначе это будет преследовать вас, — сказал Гаошун.

— Ты уверен, что так будет лучше?

Джинши прекрасно понимал, о чём думает Гаошун. Он предлагал Джинши полностью привлечь травницу Маомао на свою сторону. Имея в виду...

— Тогда стратег точно выйдет из тени, — добавил Джинши. Он уже видел это: мужчина с моноклем сунет сюда свой нос. Он без ума от своей маленькой девочки. Неясно каким влиянием он обладал, но даже императору приходилось прислушиваться к нему.

— Тогда, как говорится, боритесь с ядом с помощью яда, —спокойно сказал Гаошун.

Лакан, «стратег», занимал уникальное положение во дворце. Хотя он официально занимал должность Великого коменданта, он не принадлежал ни к одной существующей фракции, не создавал новых фракций, а блуждал туда-сюда, как ему заблагорассудится. Он был словно выступающий гвоздь, который давно бы уже заколотили, но этого пока не произошло.

Человек, забравший наследство у своего отца и сводного брата более десяти лет назад, и теперь возглавляющий клан Ло, был воином, вполне достойным этого имени. Его поразительный гений быстро поднял его по карьерной лестнице. Многие, без сомнения, считали его бельмом на глазу, а некоторые, как говорили, пытались сбить его с пьедестала. Но Лакан выжил. Он делал больше, чем просто уничтожал тех, кто пытался его остановить; человек даже мог обнаружить, что вся его семья рассеяна по ветру. Страшно было то, что ни звание, ни угрозы не пугали Лакана.

Невозможно было сказать, что происходит в голове этого человека. Но он видел то, что другие не видели, и использовал это, чтобы написать сценарий, который затягивал его противников в самые глубины.

Поэтому обитатели дворца понимали, что с Лаканом не стоит иметь дело без необходимости. Если ты не причинишь ему вреда, он не причинит его тебе. Но не иметь с ним дела также означало не быть его союзником.