Монолог фармацевта

Маомао даже не хотела об этом думать. Пока она размышляла о том, что ему нужно поторопиться и отрезать это (не очень женственная мысль, правда), они пришли в зону для купания. Джинши и другие евнухи на мгновение остановились, но так как евнухи всегда приносили горячую воду для ванны, это не должно было быть проблемой.

— Вот здесь, — главная фрейлина остановилась перед раздевалкой; Супруга Лишу стояла на некотором расстоянии, боясь подойти слишком близко.

— Супруга сказала, что она стояла здесь, когда увидела загадочную фигуру.

Она указала на окно раздевалки. За ним ничего не было, только голая стена: за ней была видна кладовая. Обычно окно было закрыто бамбуковой ширмой, но в тот день оно оказалось открытым, и супруга случайно взглянула сквозь него.

— Можете описать мне эту фигуру? — Маомао посмотрела на Лишу, которая смотрела в землю, сжимая руками юбку. Сейчас она казалась очень молодой. У неё не было того авторитета, с который обычно ассоциировались супруги.

— Ты продолжаешь говорить об этом? — спросила одна из фрейлин, явно вдохновлённая подавленным состоянием своей госпожи.

— Вы так отчаянно пытаетесь привлечь к себе внимание, госпожа Лишу. Я уверена, об этом не стоит беспокоиться. Вам, должно быть, померещилось.

Женщина важно шагнула вперёд, для убедительности бросив кокетливый взгляд на Джинши. Она была красива — женщины заднего дворца были такими по определению, — но в её глазах был заметен опасный блеск, который подчёркивала подводка.

— Я думаю, что обязанность главной фрейлины — упрекнуть свою госпожу за такое поведение, — сказала женщина, покачав головой и вздохнув. Остальные придворные дамы столпились вокруг неё, буквально выстроившись за ней в ряд. Главная фрейлина, казалось, ушла в себя.

«Х-ха».

Гордая женщина, должно быть, была бывшей главной фрейлиной. Ей, должно быть, было обидно быть пониженной в пользу дегустатора пищи. Вероятно, она ежедневно дразнила девушку подобным образом.

Джинши, который, несомненно, мог догадаться об этом не хуже Маомао, с улыбкой сделал шаг в сторону самодовольной женщины.

— Вы говорите правду, — сказал он. — Но моим долгом является слушать, когда у супруги есть что сказать. Я умоляю вас не лишать меня этой возможности.

Его голос был сладким, как нектар, и придворные дамы могли только кивнуть в знак согласия. Большинство дам заднего дворца были, скажем так, неопытны в общении с мужчинами, поэтому их реакции на него были забавны и легко читаемы. Затем Джинши негромко добавил, что хотел бы выпить чаю — эффективная стратегия для освобождения комнаты. Фрейлины практически спотыкались друг о друга, стараясь первыми приготовить ему напиток. На самом деле, другая фрейлина уже приготовила чай за долго до того, но они этого не знали. Он действительно знал, как выполнять свою работу.

— Теперь, госпожа, не будете ли Вы так добры, рассказать мне, что у Вас на уме?

Таким образом, успокоенная Джинши, супруга Лишу прилегла на своё кресло и, наконец, начала говорить.

***

Я пошла принимать ванну, как обычно. Я предпочитаю тёплую воду, но мои фрейлины всегда делают воду горячей, поэтому я принимаю ванну немного позже, чтобы вода успела остыть.

В последнее время у меня складывается впечатление, что мои фрейлины не особенно меня любят. Но по крайней мере, они не жалуются на то, что я принимаю ванну в одиночестве, что было моей привычкой со времён пребывания в монастыре. Меня сопровождают только при смене одежды, с этим мне помогает Канан — эмм, моя главная фрейлина.

Это случилось, когда я уже приняла ванну и зашла в комнату для переодевания. Мне стало немного жарко после ванны, поэтому я отодвинула ширму. Окно было закрыто и свежего воздуха было мало. Но потом я заметила мерцание. Сначала я подумала, что это может быть штора, колышущаяся на ветру, но нет. Я закрыла окно перед тем, как войти в ванну, поэтому ветра быть не должно. Тем не менее, она колыхалась.

Я посмотрела в сторону и увидела его: большое круглое лицо плавало там, мерцая и танцуя, используя занавеску как одеяние.

Лицо улыбалось. И всё это время оно смотрело прямо на меня.

***

Само воспоминание видимо вызывало страх, поэтому Лишу обняла себя и дрожала, лежа на диване. Канан нежно массировала её плечи.

«Вот это да, а ведь раньше она была такой злой. Значит люди действительно могут меняться», — подумала Маомао, попивая свой чай. Чай, который просил Джинши, ещё не был готов; похоже, они ещё спорят о том, кому выпадет честь принести его.

К чаю подали миндальное печенье. Оно было хрустящим и казались долго хранящимся, поэтому Маомао бросала взгляды на Канан, надеясь выторговать у неё немного в качестве сувенира.

— Вы не думаете, что здесь мог кто-то быть? — спросил Джинши.

— Может быть, вы видели дворовую женщину и приняли её за духа?

Лишу и Канан обе покачали головами.

— Канан была со мной, — сказала Лишу. — Она прибежала, когда услышала мой крик. И она тоже видела призрака.

Оказывается, несмотря на страх, Канан подошла к круглолицему призраку в надежде определить его истинную личность.

— Но потом призрак исчез. Вокруг никого не было и занавеска была неподвижна, как будто никогда не двигалась. Окно тоже оказалось закрыто. В эту комнату почти не проникал воздух.

Маомао хмыкнула и скрестила руки, глядя на место, которое описала Лишу. Вся планировка казалась ей странной. Кто бы построил кладовую прямо рядом с ванной? В Нефритовом и Хрустальном павильонах, ванная была отдельным сооружением, к ней прилегала комната, где супруга могла отдохнуть после купания. Возможно, в Алмазном павильоне ванная не стояла отдельно, но наверняка рядом с ней должно быть более подходящее место для отдыха, чем кладовая.

Она собиралась взглянуть на Джинши, но передумала и посмотрела на Гаошуна. Он наблюдал за Джинши с выражением беспокойства на лице. Джинши махнул им рукой, и Маомао восприняла это как разрешение спросить всё, что её интересует.

— Кладовая всегда была здесь? — сказала она. Девушка не могла отделаться от ощущения, что должен быть более точный вопрос, который ей следовало бы задать, но решила начать с первого, что пришло ей в голову.

— Нет, раньше её здесь не было, — сказала Канан.

— Тогда почему она здесь сейчас?

— Э-э, ну...

Канан встала, выглядя немного смущённой, и направилась в кладовую напротив ванны. Она указала внутрь, на ряды полок и кучи разных предметов.

— А, понятно, — сказала Маомао. Она заметила чёрные пятна на стене — плесень, поняла она при ближайшем рассмотрении. Если она так укоренилась, нужно потратить немало усилий, чтобы избавиться от неё. Должно быть близость ванны создаёт здесь проблемы с влажностью. И всё же в Нефритовом и Хрустальном павильонах не было плесени. Фрейлины из Нефритового павильона, вероятно, провели бы расследование, чтобы выяснить, откуда она появилась и решить проблему в корне, но такой преданности нельзя было ожидать от фрейлин Алмазного павильона. На самом деле, фрейлины Нефритового павильона, с их прилежной уборкой, были скорее исключением. Здесь они решили просто замять проблему, превратив комнату в складское помещение.

Тем не менее, это выходило за рамки небольшой плесени: в некоторых местах стена была мягкой и упругой на ощупь. Она могла сгнить до самого фундамента.

— Я бы не сказала, что здание старое.

— Оно не старое. Оно было построено, когда госпожа Лишу впервые вошла в задний дворец.

Маомао нахмурилась: может ли строение стать настолько непрочным за такое короткое время? Затем она заметила, что рядом с гнилой частью стены было окно. На нёй была занавеска, которая, по словам Лишу, шелестела.