Монолог фармацевта

Том 3. Глава 7. Зеркало

В один жаркий день Маомао узнала, что в нефритовом павильоне появился странный предмет из чужой страны и ей следует прийти и посмотреть на него. Когда она пришла в главную комнату, она обнаружила большое полноразмерное зеркало. Супруга Гёкуё стояла перед ним, радостно держа купленную ею одежду от каравана у себя. Хоннян аккуратно складывала ткань, в которую было завернуто зеркало.

Можно задаться вопросом, почему такой шум из-за зеркала, даже полноразмерного, но, когда Маомао увидела его, она удивилась, и не только из-за его размера.

«Такое не каждый день увидишь».

Обычно зеркала делали из бронзы, как полированный лист металла, которым пользовалась Маомао. Это зеркало, однако, вообще не было из металла, и оно отражало образ Гёкуё гораздо четче, чем любая бронзовая поверхность.

— Хо-хо. Интересно, знаешь ли ты, из чего оно сделано, — сказала Гёкуё.

— Возможно, стекло, госпожа?

Гёкуё нахмурилась. Очевидно, она угадала правильно.

Инфа и Гуйэн были в восторге:

— О, боже мой! Действительно, кажется, что там стоят двое вас, госпожа Гёкуё!

— Да, это удивительно!

— У нас уже было зеркало, но Инфа его разбила.

— О, не вспоминай об этом!

Стеклянные зеркала были необычными, но не безвестными. Их изготовление было трудным делом, и единственные примеры были привезены с запада, поэтому они были чрезвычайно дорогими. Фрейлина, которая разбила одно из них, могла ожидать потери головы. Имела большую удачу, что Госпожа Гёкуё была такой доброй.

Глядя на новое сокровище, Маомао начала понимать возбуждение. Бронзовое зеркало неизбежно мутило цвета, но это зеркало было другим. Стекло было растянуто длинным и тонким, но на его поверхности не было никаких дефектов; отражение было идеальным.

Инфа ухмыльнулась, увидев, что Маомао пристально смотрит в зеркало.

— Так что оно даже привлекло твоё внимание, Маомао.

— Да. Как ты думаешь, как они производят такой материал? Если бы мы смогли это выяснить, я уверена, что мы могли бы продавать их за большие деньги.

— Э-э... Да, конечно, — сказала Инфа, похлопав Маомао по плечу воодушевляюще. Может быть, она надеялась на оценку с другой точки зрения.

— Это был подарок от Императора? — спросила Маомао.

— Нет, от приезжего посольства, — сказала Гёкуё, передавая одежду Гуйэн и садясь на свою кушетку.

— Посольство, госпожа?

Припомнив, доктор упоминал что-то подобное мимоходом. Он сказал, что недавний караван был особенно большим, частично потому, что он заложил основы для приветствия этих гостей.

— Верно. Они дали зеркала и другим супругам.

Инфа звучала явно обиженной. Хоннян отругал её, чтобы она говорила более вежливо, но в глубине души она, должно быть, чувствовала то же самое.

В принципе, Гёкуё занимала точно такую же высокую позицию, как и другие три верхние супруги, поэтому дипломатическая миссия была обязана относиться к ним всем равно. Тем не менее, Маомао подумала, что приносить такие богатые подарки должно было потребовать немалых усилий. Независимо от того, путешествовало ли оно по пескам или по морю, стекло легко ломалось. Его нужно было очень осторожно обращаться, чтобы избежать любых ударов, которые могли бы разбить его.

Маомао посмотрела на зеркало и подумала: если посетители дарят такие изысканные подарки даже супругам, значит, они наверняка стремятся заключить крупную торговую сделку или что-то в этом роде.

«Что же они хотят?»

Именно на следующий день Гаошун пришел к ней, искав её совета.

— Что происходит? — спросила Маомао, подавая чай. Хоннян, главная фрейлина, также была в комнате с ними; она, вероятно, считала, что ни один мужчина, даже евнух, не должен быть наедине с дворовой женщиной.

В данный момент она с усталым выражением смотрела на Гаошуна. Теперь ей за тридцать, и Хоннян, вероятно, надеялась завоевать этого прилежного, порядочного мужчину для себя, но, когда она недавно узнала, что у него уже есть жена и дети, она тут же потеряла к нему всякий интерес. (Далеко от неё пытаться стать чьей-то любовницей.) Хоннян была настолько компетентной главной фрейлиной, что, вероятно, не ожидала скорого брака.

Впрочем, Гаошун, похоже, не обращал внимания на то, что Хоннян находится рядом, что заставило Маомао предположить, что дело не имеет большого значения.

— Я надеялся получить твоё мнение по поводу кое чего, Сяомао, — сказал он.

По словам Гаошуна, это касалось просьбы, которую он получил от знакомого; сегодняшний визит не имел никакого отношения к Джинши. Это не был первый раз, когда друг Гаошуна обратился к нему за помощью — уже был случай с пищевым отравлением. Может быть, это связано.

— Если вы думаете, что я могу помочь, — сказала Маомао и села в кресло.

Хоннян вежливо приготовила чай для Маомао. Её долгое служение дало ей умение делать вкусный чай, но она однажды отругала Маомао за то, что она это сказала. Казалось, ей не нравились любые комментарии, которые напоминали ей о её возрасте — факт, о котором Маомао тщательно запомнила.

— Хорошо, — сказал Гаошун и начал.

***

У одного знатного дома было две дочери. Они были близкого возраста и похожи во внешности, и их родители баловали обеих, доходя до чрезмерной опеки. Когда девушки достигли возраста бракосочетания, их родители категорически отказались позволить им покидать дом в одиночку. Вместо этого их держали внутри дома весь день, и даже тогда всегда были служанки, чтобы следить за ними.

Служанки почувствовали жалость к девушкам - возможно, обращение к ним казалось им жестоким, и часто помогали девушкам выскользнуть из дома, когда их родители не смотрели. Но это не могло продолжаться долго, и когда их обнаружили, у девушек были поставлены охранники перед комнатой. Возможно, это и побудило дочерей, которые всегда были немного замкнутыми, проводить весь день, каждый день, за своим любимым занятием — вышивкой. Они не разговаривали с мужчинами, кроме своего отца, и мужчины-охранники, назначенные для наблюдения за комнатой, никогда не должны были быть ближе, чем в пятидесяти метрах от места проживания девушек. Ночью их отец запирал здание, чтобы они не могли уйти.

После довольно долгого времени произошло нечто невероятное - одна из девушек, младшая сестра, оказалась беременной. Её отец был в ярости: как это могло произойти, он хотел знать, если она никогда не касалась мужчины? Её мать оплакивала то, что это случилось с её незамужней дочерью. Только другая сестра, старшая, поддержала девушку. Она сказала что-то почти такое невероятное, как само событие:

— Один из бессмертных отшельников её оплодотворил.

Родители снова были возмущены; её история была явно абсурдной. Однако они не могли отрицать, что стражи выполнили свою работу безупречно; тем временем мать и отец уволили всех бывших придворных дам, которые помогали молодым женщинам выбраться из дома, и заменили их новыми, которым запретили контактировать с молодыми дамами, чтобы не возникло сочувствие к ним.

Родители были в замешательстве, потому что, казалось, только магия могла позволить кому-то проникнуть в здание.

***

— Это действительно странная история, — сказала Маомао, потягивая чай. По приглашению Гаошуна, Хоннян тоже села и разделила закуски. Она разрезала большой пирожок, наполненный грецким орехом. Очевидно, она тоже была заинтересована в истории, например, воскликнув "Как ужасно!", когда стало известно о беременности девушки.

— Мой знакомый был в отчаянии и спросил меня, что я думаю, что он должен делать.