Страница 12 из 55
День отъезда был серым, хотя стоял июль.
Такси у ворот. Чемоданы. Папа Крис помогал молча. Мама на крыльце вытирала глаза.
Я стояла у окна наверху.
Он обнял папу Криса — коротко. Подошёл к Грейс. Она прижала его к себе, запустила пальцы в волосы, что-то прошептала.
Он отстранился. Посмотрел наверх. На моё окно.
Наши глаза встретились. Секунда. Две.
Отвернулся и пошёл к машине.
Я понеслась вниз. Босиком, не чувствуя ступеней. Через гостиную, через холл, через дверь.
— Нейт!
Он обернулся у самой машины.
Я добежала и врезалась в его грудь. Обняла — крепко, отчаянно. Прижалась лицом к рубашке.
— Пиши мне, — прошептала я. — Пожалуйста. Пиши мне.
Он стоял неподвижно. Не обнял в ответ. Не сказал ни слова.
Сел в машину и закрыл дверь.
Машина тронулась. Я стояла босиком на гравии. Высокая фигура за стеклом. Он не обернулся.
Мама накинула мне на плечи кардиган.
— Он уехал.
— Знаю.
Внутри было пусто. Ни слёз, ни злости. Как будто кто-то выключил всё разом. Я механически поднялась в комнату, механически легла в кровать. И только когда увидела мишку на полке, из глаз потекли слёзы — горячие, беззвучные. Я не вытирала их. Просто давала течь.
— Он уехал, — прошептала я. — Совсем.
Мишка смотрел с полки. Молчал. Но я знала: он всё понимает.
Он ушёл. И я не знала, смогу ли когда-нибудь его простить.
На следующий день я нашла на подушке записку. Три слова:
«Береги себя. Н.»
Я скомкала её и бросила в угол. Потом подобрала, расправила и сложила в маленький кармашек рюкзака. Там уже лежали старый билет в кино, засохший жёлудь и фантик от конфеты.
Мишка смотрел на меня с полки.
— Не смотри на меня так, — прошептала я. — Он сам уехал. Я его не выгоняла.
Мишка молчал. Но я знала: он всё понимает.