Страница 67 из 75
— Это тебе, – Лара повернулась спиной и пошла к двери, – Как жест личной благодарности, – сказала она через плечо, – Три с половиной года назад ты очень помогла мне. Теперь я хочу помочь тебе. Я вернусь через час, когда тебя опустит, и мы поговорим.
Лара знала, что наёмнице не хватит сил и пальцем её тронуть. Маг уже объяснил, что зелье, которое та приняла, было крайне опасным для людей. Человек, испив его, действительно становился сильнее. Увеличивалась скорость реакции. Его можно поставить в бой с оборотнем. Это зелье действовало в течение часа, мобилизуя все резервы организма, но затем, наступал… откат. Если не принять противоядие, нейтрализующий пагубное действие этого варева, человек умирал в течение трех-четырех часов.
Видимо, Майян была хорошо осведомлена о последствиях. В Лара дала ей выбор: принять противоядие или умереть. Лорд Илар велел влить варево в горло Майян насильно, но Лара решила, что наёмница должна решить сама свою судьбу. Девушка рассказала о роли Майян в её спасении и попросила проявить к наёмнице снисхождение. Тем более, все считали её простым исполнителем. Всех причастных Никон и Тарен уже допрашивали куда в более жестких условиях, и на много менее гуманно. Лорд Илар был настроен на казнь Майян, Лара же чувствовала к наёмнице странную привязанность, которая, возможно была обусловлена не только помощью, но и какой-то вероятной схожестью судеб.
Покинув темницу, Лара пошла на поиски лорда Илара. Она надеялась, что всё-таки сможет убедить его сохранить жизнь женщине. Лорда девушка застала в его кабинете, оттуда как раз уже выходили Никон и Тарен. Лара проходила мимо брата, совсем близко, когда он резки обернулся и, шумно принюхавшись, спросил:
- Ты была у этой убийцы?
- Да… Никон, пожалуйста… Она инструмент, истинный виновник наниматель. Да и я вовремя успела.
В порыве Лара даже положила руку на плечо брата, но вдруг Никон повел себя крайне странно. Он еще раз принюхался, потом отрастил клыки и зарычал. Оттолкнув от себя Лару так, что она спиной почти что впечаталась в стену, он с рыком бросился прочь. Лара и Тарен переглянулись и поспешили за ним. Обычно Лара легко могла догнать Никона, но сегодня он развил невероятную скорость. То, что он мчится в сторону темницы, стало понятно совсем быстро. Но вот то, что произошло, когда Никон ворвался в камеру, а следом за ним Тарен и Лара, предсказать было невозможно.
Майян оказалась его истинной.
Истинная связь между двумя возлюбленными – это не просто вспышка страсти, а тщательное плетение нитей душ, подобное созданию волшебного гобелена. В мире, где магия пронизывает все, их встреча была предначертана звездами, но дальнейшая судьба зависела только от них. Лара только молча смотрела как Никон, подхватив наёмницу на руки, и, грозно рыча на Лару с Тареном, вынес Майян из темницы. На запястьях его светилась формирующаяся вязь татуировок истинности. Наёмница была без сознания или спала. Тело её больше не тряслось, поэтому Лара сделала вывод, что женщина всё-таки успела принять противоядие. Тарен шепнул Ларе, что сообщит лорду Илару, и, идя подчеркнуто осторожно и медленно, чтобы не спровоцировать Никона, скрылся в коридоре.
Никон прижимал к себе свою истинную бережно, словно хрупкое сокровище. Лара тихо шла за ним на безопасном расстоянии, гадая о том, откажется ли брат от такой истинной. Все шло к тому, что откажется… Наёмница с сомнительным прошлым, да еще и чуть не убила леди Алегрию.
Лара прождала больше часа в коридоре у его двери, частично оберегая покой истинных и не позволяя никому пройти к ним, частично ожидая, когда брат выйдет из комнаты. Выглядел он… непривычно. Бледный, из глаз ушла обычная смешливость, даже лицо, казалось, стало жестче. Он переоделся в строгий темный камзол, а на пояс навесил ножны с коротким мечом. Встретившись с Ларой взглядом, он твёрдо сказал:
- Я не откажусь от неё.
- Отец будет против, – произнесла Лара очевидную истинность.
- Тогда я откажусь от титула и статуса.
Лара шумно выдохнула. В памяти всплыли все те разговоры про «запасную» наследницу.
- Не глупи, Ник…
Он сделал шаг ближе и положил руки ей на плечи.
- Лара, ты не понимаешь. Боги наградили оборотней повторной истинностью. Но на самом деле она лишь бледная тень той первой, самой настоящей. Ты не знаешь, как отец мучался, когда умерла наша с тобой мать. Даже то, что они обоюдно отказались друг от друга, не вырвало чувства к ней из его сердца. Он чувствовал это даже спустя время и расстояние. Я искренне благодарен Алегрии, что её любовь к отцу оказалась настолько сильной, что смогла наполнить пустоту в душе отца. А сердце нашей леди оказалось настолько большим, что в нём хватило места и нам с тобой. Но тень Иллии, нашей настоящей матери, первой истинной, навсегда осталась в сердце, душе, памяти отца. Я не хочу отказываться …
- Только поэтому? У Илара и Иллии были отношения, они зачали нас. Мы с тобой главное постоянное напоминание Илару, что у него была другая истинная. Мы с тобой не даём ему забыть. Майян же…
- Лоиз! Её зовут Лоиз! – прорычал Никон, – «Майян» её фамилия, – добавил он чуть тише. – Я говорил с ней. И я готов её принять, если она примет меня. Пожалуйста, сестра, поддержи меня.
В голове Лары пролетел ворох мыслей. Всё они противоречили друг другу. Лара хотела возразить, что Майян могла использовать Никона… но тут поняла, что готова говорить с Никоном, как с наследником лорда второй руки. Ему же сейчас нужны была Лара, как сестра. Он видел в ней в первую очередь сестру. Девушка кивнула.
- Хорошо, я поддержу тебя. Что надо делать?
- Побудь с Лоиз. Она еще слаба.
- Вы закрепили связь?
- Нет, что ты. Ни один нормальный оборотень не возьмёт свою самку чувствуя, что она физически слаба. Это похоже на принуждение…
Никон отошел от Лары и зашел свои апартаменты. Пройдя гостиную, Никон вошел в свою спальню и впустил Лару. Комната наследника клана, как и почти все комнаты верхушки клана Беров была достаточно скромна для его статуса. Стены, сложенные из темного базальта, украшали гобелены, вытканные серебряными нитями, изображающие деяния предков – битвы с великанами, приручение драконов, основание клана. Магсветильники в кованых подставках отбрасывали пляшущие тени, создавая атмосферу таинственности и силы. В центре располагался огромный дубовый стол, покрытый картами и свитками. Справа от него стеллаж, на котором в удобном только для Никона беспорядке находились книги, свитки и сувениры, привезенные им из разных странствий.
В углу комнаты – оружейный стенд, где красуются меч, выкованный из метеоритного железа, и лук из тиса, туго натянутый тетивой из драконьей жилы. Рядом – доспехи, отполированные до зеркального блеска, готовые в любой момент защитить владельца.
У дальней стены – массивная кровать с балдахином из темно-зеленого бархата. Перед кроватью – коричневая шкура неизвестного Ларе зверя. В клане медведей не любили использовать в качестве ковров шкуры медведей, считая, что так оказывают неуважение своей звериной части.
На кровати, завернутая в одеяла, лежала наёмница Лоиз Майян. Всё еще бледная, но уже пришедшая в себя,
- Лоиз, моя сестра Илария побудет с тобой. Она защитит тебя, – нежным голосом, со странными бархатными нотками, которых ранее не было в нём, произнес Никон, – Лара, теперь уже он говорил сестре, – Я сейчас пришлю служанку с едой, а потом пойду к отцу. Думаю, он уже ждёт меня.
Лара криво усмехнулась, понимая, что если лорд Илар еще не примчался сюда с дюжиной оборотней-головорезов, возглавляемых лордом Тареном, то у Никона есть надежда. Наследник клана склонился над наёмницей, нежно поцеловав её в щеку. Когда проходил мимо Лары, девушка придержала его за руку.