Страница 18 из 75
Сулим. Единственный сущ, которому она могла доверять.
Лара привычно шла по закругленному проходу метра два в ширине, который связывал пещеру, в которой располагалась арена, с другими пещерами. От этого явно рукотворного прохода в стороны уходили ответвления, но куда они вели, никто не знал. Говорили, один из бойцов как-то пытался сбежать, вырубив сопровождающих, но у него ничего не получилось. Он наугад сиганул в один из проходов и в итоге оказался в пещере, являвшейся карманом с природным газом, где и задохнулся. К несчастью, его поиски открыли для «хозяев» новый метод устрашения бойцов – теперь иногда они пускали газ, перенаправляя его из пещер. За время пребывания здесь Лары газ пускали два раза. Один такой раз был неделю назад. Именно тогда, с последними ударами угасающего сердца, Лара поняла, что хочет жить, что готова бороться даже за крохотную надежду, что выберется отсюда.
«Да, папа, ты воспитал меня не трепетной нежной принцессой».
До сих пор первая пещера действовала на неё угнетающе. Здесь не было факелов. Всё пространство освещал тонкий слой природного фосфора, причудливо отражающийся в тонких полосках торгия. В этой пещере не было смены света. День или ночь бойцы определяли только, когда наёмники приходили их кормить.
В первые месяцы Лара находилась здесь, запертая в одной из клеток, в которой невозможно было встать в полный рост или распрямиться лёжа. Иногда заключенные пытались просунуть конечности сквозь прутья, но тут же по телу проходила волна боли, а клетка начинала искрить. Поэтому от привычки потягиваться отучались быстро. Также это был стимул хорошо размяться на тренировках.
Тренировки проходили в другой пещере. Каждое «утро» (все так окрестили этот промежуток времени) их кормили какой-то жуткой кашей, потом под конвоем выводили в другую пещеру, где можно было справить нужду в отверстия в полу. Если кто-то не мог вытерпеть до этого момента, приходилось испражняться прямо в клетке. Защитные «молнии» не давали мужчинам сделать этого, направляя струю наружу. Однажды на глазах Лары так умер один из сущей. Он попытался помочиться между прутьями. В итоге разряд попал сначала в струю, а по ней, многократно умноженный, перешел на тело. Лара помнила, как жутко он кричал…
После моциона их вели в пещеру для тренировок, а после – в другую пещеру, для того чтобы помыться под холодными струями. Ларе было неизвестно, сколько всего здесь было пещер. Там, где побывала она, четко видны были как рукотворные, так и природные.
На арену её вывели на третий день. С таким же новичком, как и она. Только парень был нагом. Сулим сказал, что ей тогда повезло. Сказалась медвежья сила, и то, что наг был намного слабее её, и попросту так и не смог задушить своим хвостом. Но после этого боя, девушку определили в потенциально перспективные и решили понаблюдать, получится ли из неё боец. В течение проведённых в этой пещере месяцев Лара наблюдала, как меняются жильцы соседних клеток. Они или погибали в боях, или их продавали (для продажи сущей была устроена отдельная пещера). Бойцам позволялось переговариваться, и именно от новеньких она узнавала сколько дней она томиться здесь.
Но потом, по мере заинтересованности хозяев в её успехах, девушку перевели в более привилегированные пещеры. Это уже были выдолбленные в камне ячейки примерно три на три метра. С трех сторон стенами служил сам камень, ну а с четвертой уже ограждались решеткой, часть которой после открытия замка, отъезжала в сторону. Камня для стены справа не хватило, чтобы установить решетку ровно, поэтому его частично «дорастили» другой решеткой. Также в этой камере на полу размещался матрас с одеялом. Прямо королевские хоромы! А еще, здесь было ведро с встроенным самоочищающимся кристаллом. То есть ходить по нужде уже можно было не строго по времени или под себя, а в ведро. Сейчас это было такой большой радостью.
Не все камеры изначально имели равные боковые стены, поэтому кое-где были уравнены наращенными металлическими прутьями. Камера Лары имела такие прутья в одной стене. Так сложилось, что там разместился Сулим.
Маска была снята и отложена в сторону. Лара помассировала лоб и щеки. Обычно после использования этого приспособления для защиты, кожу какое-то время не покидало болезненное ощущение – маска слишком плотно прилегала по контуру лица.
Надо было хоть чуть-чуть расслабиться.
Девушка уже долго сидела на своем матрасе в «позе расслабления», с идеально ровной спиной, скрестив ноги, опустив ладони на колени и закрыв глаза. В идеале надо бы сесть, положив стопы ребрами на противоположные бёдра. Но девушка еще не умела так делать. Лара слышала, как к решетке кто-то подходит. Одного из наёмников-стражей она узнала по голосу. Подойдя к решетке, мужчина привычно стал подтрунивать над ней. Постепенно сначала безобидные слова переросли в прямые оскорбления. Девушка, всё еще не двигаясь, открыла глаза. Она сознательно изменила радужку на коричнево-желтую… И тут же её тело одним быстрым почти смазанным движением устремилось вперед. В полуметре от решётки она остановилась как вкопанная. Охранник же в страхе отшатнулся и натолкнулся на проходящих таких же наёмников. Мужчины толкнули его назад, обругали, завязалась перепалка, по Ларе это уже было не интересно: присев на корточки, она изучала принесённые охранником припасы. Судя по запаху, никто не испортил еду. Раньше от мисок, которые охранники просовывали через специальную щель между решеткой и полом, исходил запах мочи. Сейчас пахло просто несвежей едой. Но даже такая каша, пресная, на воде, с маленьким кусочком мяса неизвестного происхождения, радовала. Во второй глубокой миске была вода – вот её нужно было распределить так, чтобы и жажду утолить и обтереть лицо.
Девушка снова уселась на матрас и зачерпнув пальцами кашу, отправила её себе в рот. Лара плохо готовила, но даже она никогда бы не сварганила такую пресную, неприятно пахнувшую клейкую массу.
- И что это было сегодня на арене?
Чуть хрипловатый голос Сулима не застал её врасплох. Она уже давно слышала, что сосед вернулся в свою камеру. Это именно его сопровождали проходящие мимо наёмники. Сейчас мужчина подошел к зарешеченной части стены со своей стороны и прислонился к прутьям. Лара скосила глаза, пожала плечами и оправила в рот очередную горсть каши. Мужчина не собирался ждать, пока она насытиться.
- Я видел твой бой. Сразу вспомнил, как маленькие мальчики дерутся, размахивая руками как попало. Я вообще не понимаю, почему Расант проиграл. Большинство ставило на него.
Лара пальцем отскребла остатки каши из миски, а потом облизала вымазанные пальцы кисть.
- Не ворчи, – буркнула девушка, – сегодня я победила.
- А завтра?
- И завтра – тоже!
- Если будешь бить куда попало, тебя сломают еще на тренировках.
- Буду бить как получится. Сила на моей стороне.
- Лара, пока тебя ставят к тем, кто почти равен, – назидательно проговорил Сулим. – Но что будет, если тебя поставят в пару с более сильным? Что будет, если ты проиграешь?
- Если повезет, меня убьют. Если не повезет, наконец-то перестану быть целкой, – Лара скривила губы в подобии улыбки. – Ульта же как-то пережила, вот сейчас радует тебя. Может, и я втянусь в это дело. Ты весь пропах ею. Наградили за победу в бою? Меня вот всего лишь кусочком мяса побаловали.
- Да, наградили, – мужчина нахмурился, – И я стараюсь не делать ей больно. А если тебя отдадут Придурку?
Придурком они называли одного из бойцов. Этот сущ был стукнут на всю голову, причем, прямо при рождении, а потом и всю последующую жизнь мать его явно роняла… Жестокий к соперникам, он любил глумиться над поверженными на арене на радость ревущим зрителям. А после требовал к себе для утех побежденного… и пол его мало интересовал. Если его не опаивали успокоительным, в итоге мало кто выживал.