Моя - чужая Месть

Мы смеялись: я – морщась от тянущей боли, в области лопатки, а Владыка, с абсолютно серьёзными глазами.

– Когда Кодригодил, влетел в ложу, бледный как мел, весь перепачканный кровью, с разбитыми костяшками пальцев и в рваной рубашке, я было решил, что вы опять повздорили… и он прибежал на тебя жаловаться, – делился Константин. – А когда увидел тебя без сознания на полу, ты не представляешь, что я испытал, решив, что тебя нашли и добили! Я ведь племянника чуть не убил, за то, что он оставил тебя одну. А он, представляешь, даже не сопротивлялся и не пытался оправдаться, только это его и спасло…

Я зевнула, давая понять, что разговор о его племяннике меня не интересует.

– Устала? Ну я тогда пойду, поспи… – поднялся из кресла он. – Хотя подожди, ещё один вопрос: почему, ты не разрешаешь Кондригодиилу навестить тебя, он тебя снова оскорбил или обидел? – задержавшись у приоткрытой уже двери поинтересовался он.

Вместо ответа, я приподняла в недоумении бровь, на что Владыка вздохнул, улыбнувшись: – Понятно, за старые грешки дрессируешь? Ну и злопамятная же ты – надо запомнить!

Он вышел, а я задумалась: «и правда, а чего это я на него взъелась? Ладно, не хочу, на ночь глядя об этом думать, подумаю завтра… – я зевнула снова. – Ну или послезавтра», – на этом я и заснула.

После нападения, довольно быстро придя в норму, я, почти сразу снова начала тренироваться. И хотя, по поводу расследования покушения, Константин, продолжал держать меня в неведенье, аргументируя это тем, что всё мне расскажет тогда, когда будет что рассказывать, я продолжала вынюхивать, высматривать и выспрашивать подробности у всех, кто мог знать по этому поводу хоть что-то. Однако мои поиски, также не принесли ощутимых результатов, и поделиться с Владыкой, чтобы обменяться хоть какой-то информацией, мне было нечем.

Сегодня, ожидая Ергена, и разминаясь в тренировочном круге, я чувствовала витающее в воздухе напряжение, словно вот-вот что-то должно произойти. И тут вижу – мой демон идёт, мило беседуя с племянником Владыки. И оба такие довольные! «С чего бы это? – недоумевала я. – Нет, ну беспредел какой-то… Да они, чуть-ли не за ручки держатся, прямо голубки… Интересненнько!»

– Добрый день, Амина, позвольте мне, наконец, представиться, как положено: я – ИфванКодригодильень Аскольд Порывистый, и надеюсь, для Вас не является секретом то, что я – племянник Владыки Светлых эльфов, покровительствующего Вам, и принявшего Вас и вашего друга в качестве гостей правящего дома. Хочу сразу-же принести Вам свои искренние и глубочайшие извинения, за моё недостойное Светлого эльфа поведение, при наших первых встречах, ставших причиной известных Вам инцидентов, которые я предлагаю забыть и начать наше знакомство с чистого листа. Обещаю, подобное поведение, с моей стороны, впредь не повторится.

Я от невозможности происходящего и его неожиданного заявления аж дар речи потеряла: «С чего бы это ему извиняться? Может чего съел, или что-то тяжёлое такое ему на голову упало – чего я много раз ему желала». А он молчит: ждёт моей реакции, и смотрит на меня так проникновенно, и блин, такой красивый…

Вот хотела подуться на него ещё чуть-чуть, честно, хотела, но не смогла – улыбнулась, и протянула ему руку: –Хорошо, извинения принимаются. И Вы, Кодригодиль, меня простите, я тоже, в некоторых моментах нашего, прямо скажу, неординарного знакомства, несколько раз откровенно погорячилась.

Он, заметно расслабившись и, неожиданно, поцеловав протянутую мной, для банального рукопожатия руку, выдохнул, и добродушно и как-то счастливо, что ли, улыбнулся, взъерошив ладонью свободной руки волосы на затылке. (При этом, руку мою так и не отпустив).

– Раз уж инцидент исчерпан, предлагаю снова перейти на «ты», – предложил он, продолжая улыбаться, счастливо, почти робко.

Я, поддавшись непонятному порыву, согласилась, тем более, что мы и так постоянно скачем туда-сюда. Ерген посмотрел на меня с явным недоумением, «а что, я и сама от себя не ожидала».

– До сих пор удивляюсь, как ты моё третье имя угадала, просто безошибочно, и это через пять минут общения, – поинтересовался эльф.

– Не знаю… Просто ты был ТАКОЙ ПОРЫВИСТЫЙ, вот и вырвалось, – честно призналась я.

Теперь мы искренне засмеялись вместе, а у меня словно камень с плеч свалился. Ведь, гораздо приятнее, иметь понравившегося тебе эльфа, в друзьях, а не врагом. И я, тут же задумалась о том, что мне первый раз, за всё время пребывания в этом мире, кто-то действительно нравится на столько, что со временем я, возможно, могла бы в него и влюбиться.

Так как Кондригодиэль довольно труднопроизносимо, я предложила ему несколько более удобных на мой придирчивый взгляд имен, производных от его ИфванКодригодильень. После недолгого спора, мы договорились, что я буду называть его Иваном. Вот так, к эльфам, потихоньку перекочёвывали простые русские имена.

Честно признавшись, что часто подсматривал за нашими тренировками, и восхищён уровнем моей подготовки и нашими с Ергеном навыками, Иван первым делом, попросился, к Ергену в ученики. Мой демон, сразу стал серьёзным: – Я не могу стать твоим учителем и наставником, без согласия моего равноправного партнёра, и без твоей клятвы о преданности ей.

Эльф, с непонятным вызовом посмотрел на меня: – А я готов… Если надо поклясться в верности тебе Амина, то я клянусь: что буду верен тебе и честен с тобой всегда, что ни действием своим или бездействием никогда не нанесу тебе вреда, вольного или невольного, что званый или не званый всегда приду к тебе на помощь, даже вопреки твоим желаниям, но ради твоего блага. Да будет так.

Я молчала, оторопело переваривая в мыслях слова его клятвы. Честно говоря, я не только не ожидала того, что он с такой готовностью, и не задумываясь согласится на условия демона, я вообще не понимала зачем ему это. Кроме того, сама клятва была чересчур жесткой, такие вассалы дают своим правителям. А я для него кто? КУРИЦА!

Одно слово – порывистый. Видимо ляпнул, первое что пришло в голову, не подумав. От него – то ведь никто не требовал ТАКОЙ клятвы и, тем более, немедленно. Посмотрела на эльфа, я поняла, что он заметно нервничает – видимо тоже уже жалеет, о вырвавшемся с горяча, и я решила, что надо исправлять ситуацию, переведя его необдуманную клятву в разряд неуместных шуток.

– Иван, прости, но я не могу принять ЭТУ твою клятву, – неуверенно начла я, ожидая, что он обрадуется, и переведёт всё в шутку. Ну, например, скажет что-то типа: «Если эту не можешь, то прими другую», но он, вдруг, ещё больше напрягся, и посерел лицом. Глаза перестали быть тёплыми, а стали снова покрываться инеем. Я поёжилась.

– Почему? Скажи мне, Амина, наконец! Ответь: я недостаточно хорош для тебя, раз ты не хочешь видеть меня рядом, даже в качестве друга!!! – он не просто злился, он был почти в отчаянье. Я это почувствовала, буквально, кожей.

– Ты не понял меня, я не хотела тебя обидеть… Просто твоя клятва слишком… (я попыталась подобрать правильное слово) ПОРЫВИСТА, что ли? От тебя никто не требовал ТАКОЙ клятвы, и тем более немедленно. Достаточно, просто поклясться, никогда не использовать, полученные знания против меня, и моих близких. Этого будет ДОСТАТОЧНО!

Он несколько расслабился, и упрямо посмотрел мне в глаза: – Мне очень жаль, Амина, если Вас не устроили слова данной вам клятвы. Вы можете принять её или отвергнуть, но она произнесена мной осознанно, без давления с чьей – либо стороны и ДОБРОВОЛЬНО. И хотите вы того или нет, но не одно слово в ней я менять не намерен, даже в угоду ВАМ!

Я чувствовала, что обидела его. Видела, по леденеющим глазам, как его душа покрывается защитной коркой льда. Тяжело вздохнув, я сдалась: «Хочет клясться мне в верности и преданности, пусть клянется. В конце концов, кто я для него?»