Развратный папочка

— Не поощряй ее, Рич.

— И в чем тогда веселье?

Качая головой, Джаспер берет меня на руки и усаживает на бедро, бросая насмешливо-строгий взгляд в сторону Ричарда.

— Если ты ее избалуешь, тебе придется разбираться с ее истериками.

Улыбка Ричарда становится снисходительной, когда он щекочет меня.

— Ой, она будет хорошей девочкой для нас, правда, Джуджу?

— Возможно, — говорю я с нехарактерным хихиканьем.

— Егоза. Вам двоим лучше поторопиться, пока Солен не превратилась в сущий ужас. Ее Мамочка снимет с нас всех головы, если это случится.

— Попрощайся с Ричардом, Джуджу, — говорит Джаспер тем же нараспев голосом, который используют с настоящими малышами.

Я закатываю глаза, но я не совсем готова испытывать кого-либо из них, прямо ослушавшись, поэтому машу рукой.

— Пока, Ричард.

— Пока-пока, милая. Наслаждайся днем! И принеси мне одну из тех лимонных булочек из пекарни, если заглянете туда.

Джаспер несет меня к ожидающей машине, и когда мы отъезжаем от дома, единственное, о чем я могу думать, — это какой чертовски странный день у меня был.

А ведь еще даже не обед.

img_7.jpg

Джульетта

Поездка к Солен заполнена разговорами, в основном между Джаспером и тетушкой Кэт, хотя они и пытаются втянуть меня, спрашивая, какие платья мне могли бы понравиться. Но поскольку я сомневаюсь, что они оценят мой честный ответ: «Все, что не заставляет меня выглядеть как переросший малыш», я просто пожимаю плечами и смотрю в окно.

Только когда машина паркуется на улице прямо перед витриной с надписью «Солен» гигантским шрифтом над дверью, я позволяю себе почувствовать волнение. Солен была одним из моих любимых дизайнеров и хорошим другом до того, как она просто взяла и исчезла.

Не дожидаясь, пока водитель выпустит нас, я бросаюсь к двери и распахиваю ее. Джаспер и Тетушка Кэт окликают меня, но я игнорирую их и бегу к входной двери магазина.

Солен стоит там, посреди магазина, выглядя… совсем не так, как я ее помню.

Солен, которую я знала, всегда была одета в какой-нибудь дерзкий наряд собственного изготовления, с прямыми, как стрела, волосами, подстриженными чуть выше плеч. Эта Солен выглядит как живая кукла в платье, которое едва прикрывает верхнюю часть ее бедер, и с кучей слоев тюля. Она отрастила волосы, и угольно-черные локоны уложены в идеальные кольца.

— Джульетта. — Как и ее внешность, ее голос совершенно другой. Более напряженный, холоднее, чем я помню, и именно ее голос заставляет меня замереть на месте.

— Солен. Боже, я так рада тебя видеть. — Я делаю шаг вперед, но снова останавливаюсь, когда Солен моргает, а затем хмурится.

— С чего бы тебе быть рада меня видеть?

— Э-э, ну. — Нечасто я оказываюсь в тупике, но я так ошеломлена ледяным поведением Солен, что мое обычное болтливость покидает меня. — Потому что я скучала по тебе. Ты просто исчезла, и никто не знал, куда ты делась.

— Ты скучала по моей одежде, ты хочешь сказать.

— Нет. Ну, я имею в виду, да. Никто не годится тебе в подметки, что касается меня. Но в основном я просто скучала по своей подруге. — Ладно, это, возможно, чересчур. Рада ли я видеть Солен? Да. Провела ли я несколько дней, беспокоясь о ней, когда поползли слухи, что она исчезла? Тоже да. Но сделала ли я хоть что-нибудь, чтобы попытаться найти ее? Скучала ли я по ней активно как по части моего социального круга? Не особо. И я не совсем уверена, что это говорит обо мне как о человеке. Это не тот вопрос, который мне очень комфортен.

Хмурость на лице Солен усиливается.

— Мы не были друзьями, Джульетта.

Прежде чем я успеваю спросить, что она имеет в виду, дверь позади меня открывается, и я оборачиваюсь, обнаруживая очень раздраженного Джаспера и Тетушку Кэт, сверлящих меня взглядом.

— Иди сюда, Джульетта. — Слова моего брата — сталь, и мои руки инстинктивно летят за спину, чтобы защитить задницу.

— Почему? Я ничего не сделала!

— Один.

Смущение заливает мои щеки оттого, что со мной обращаются как с ребенком перед Солен. Я имею в виду, я думаю, что она увлекается подобными вещами, но все же.

— Почему ты считаешь?

Джаспер только поднимает бровь в том глупом выражении, которое заставляет мою задницу инстинктивно сжиматься.

— Два. Не заставляй меня доходить до трех, малышка.

Волоча ноги, я заставляю себя преодолеть расстояние между нами. Джаспер хватает меня за подбородок, запрокидывая голову назад и заставляя смотреть в его нечитаемые глаза.

— Ты не выходишь из машины без взрослого. Когда мы на людях, я ожидаю, что ты будешь держать меня за руку или того, кто отвечает за тебя. Я не буду тебя пороть, потому что ты не знала, но если это повторится, я перегну тебя прямо на тротуаре и оставлю волдыри на твоей голой заднице. Я ясно выражаюсь, Джульетта?

— Да. — Облегчение от того, что не пришлось терпеть очередное наказание, затмевает смущение от того, что меня отчитали, как непослушную маленькую девочку на публике. По крайней мере, на мгновение.

— Да, кто? Кто я, Джульетта?

Я не хочу говорить этого. Я особенно не хочу говорить этого перед Солен. Но я также не хочу рисковать, провоцируя его.

— Да… Папочка.

Гордость освещает все его лицо.

— Вот моя хорошая девочка. Ты готова увидеть, что Солен приготовила для тебя сегодня?

— Да, пожалуйста.

Тетушка Кэт проводит рукой по одной из моих кос, тепло исходит от ее улыбки.

— Я обожаю хорошо воспитанных Малышек, — говорит она с мягким вздохом. — Я уже попросила Солен отложить некоторые вещи, которые, как мне кажется, могут тебе понравиться, но ты можешь осмотреться, если хочешь, и выбрать что-нибудь сама. Все здесь может быть персонализировано.

— Любые изменения займут не менее двух месяцев, — говорит Солен, сжимая губы в напряженной улыбке. — У меня есть клиенты за пределами острова, и, боюсь, у меня скопилось немало заказов.

— О? — Лед покрывает голос Тетушки Кэт, напоминая мне Катарину, которую я знала когда-то, и отступаю в сторону, прямо в объятия Джаспера.

— Ну, это никуда не годится. Мы не можем позволить нашему любимому дизайнеру работать до изнеможения. Где Майра?

Женщина выходит из задней комнаты, ее губы изогнуты в приветливой улыбке. Пышные формы подчеркнуты облегающим платьем в стиле пин-ап, которое затягивается на талии, чтобы еще больше подчеркнуть ее фигуру песочные часы. Образ дополняют очки в стиле кошачий глаз и темные волосы, уложенные в строгий пучок, который придает ей вид сексуальной учительницы.

— Кэт, Джаспер. Так приятно видеть вас обоих. Могу ли я чем-нибудь помочь?

Я наблюдаю, завороженная, как Тетушка Кэт прижимает руку к сердцу, выражение фальшивой заботы на ее потрясающем лице.

— Твоя дорогая Малышка Солен только что рассказала нам, как много у нее работы. Мы не хотим, чтобы она переутомлялась, бедняжка. Можем ли мы чем-нибудь помочь?

Губы Майры опускаются в хмуром выражении, которое только добавляет строгости образу школьной учительницы.

— У нас есть пара заказов в очереди, но ничего такого, с чем бы мы не справились.

— О. Значит, если бы нам понадобилось что-то особенное, это заняло бы совсем немного времени?

— Нет. Неделя, может быть, две, в зависимости от того, о каком товаре вы спрашиваете. Раньше, если вы готовы заплатить за срочность. — Повернувшись, Майра упирает руки в бока. — Солен? Что это все значит?

Розовый цвет приливает к щекам Солен, когда она неловко переминается с ноги на ногу, выглядя так же, как непослушная маленькая девочка, какой я себя чувствовала все утро.

— Ничего, Мамочка. Просто, э-э, недопонимание, вот и все.