По взаимному согласию

Не нарушая традиций после занятий, иду в бар, заказываю витаминный коктейль и выхожу на улицу, чтобы выпить его в парке, дожидаясь там Диму. Но планы рушит внезапный ливень, который накрывает меня прямо у выхода.

Приходится развернуться на сто восемьдесят градусов и вернуться под козырёк, тянущийся вдоль всего фасада.

Я прислоняюсь спиной к стене и потягиваю через трубочку смузи из шпината и яблока, наблюдая, как стремительно разрастаются лужи.

Уединение нарушают хлопок двери, знакомое покашливание и топот шагов.

Мне не обязательно поднимать голову, чтобы понять, что это Даниил. Я и так это знаю. Но всё же поднимаю, впервые видя его после скандала в ресторане.

— Привет, — произносит бывший муж, закидывая сумку на плечо. — Не ожидал, что пересечёмся именно здесь.

Он выглядит хорошо. Даже очень. Свежая стрижка, гладко выбритое лицо. Спортивная одежда, подчёркивающая сухую, подтянутую форму.

— Привет. Учитывая, что абонементы в этот спортклуб мы покупали вместе, вряд ли моё появление здесь можно назвать неожиданным.

Даня усмехается, прогуливаясь по мне взглядом. По распущенным волосам, цепочке на шее и оголенной полоске живота.

Не только у Филатова жизнь поделилась на до и после. Моя тоже. Просто та часть осталась на перевёрнутой странице, к которой я больше не возвращаюсь. Ни мысленно, ни из ностальгии.

Я предпочитаю писать уже новую историю. С чистого листа.

— Давно собирался тебе набрать, но всё откладывал, — говорит Даниил. — Речь о разделе имущества. Твой адвокат выходил на связь… но, честно говоря, я бы сейчас не торопился.

Я в курсе, что у него сложности на работе. Скандал с известной моделью после операции. Она уверяет, что нос повело в сторону, хотя, по моим данным, дело в том, что она сама не соблюдала рекомендации.

Тем не менее, это не мешает модели портить Дане репутацию, давать интервью и выставлять ситуацию в выгодном для себя свете.

Я желаю, чтобы у него всё было хорошо.

— Мне важно знать, что квартира, в которой я живу, полностью моя, — спокойно объясняю. — Что ты не появишься там и не начнёшь что-то требовать. Я знаю, что у тебя сейчас мало времени, поэтому и обратилась к адвокату, чтобы легко закрыть этот вопрос.

— Ина, давай поставим разговор на паузу и вернёмся к нему позже, — шумно выдыхает Даниил, потирая подбородок.

— Проблема в оценке? Я мало предложила?

— Проблема в том, что ты не хочешь войти в моё положение. Никогда не хотела, — он широко разводит руками.

— Прости… что ты сейчас сказал?

Ещё до того, как во двор фитнес-клуба заезжает чёрная Ауди, я выпрямляюсь и ощущаю напряжение в солнечном сплетении. Сбитое на полувдохе дыхание. Настойчивые мурашки на предплечьях.

Несмотря на претензии бывшего мужа о том, что я не умею ждать и всегда действую не вовремя, боковым зрением замечаю, как дождь стихает, Ауди останавливается у входа, а водительская дверь резко распахивается.

Грудь стягивает холодом. Затем заливает жаром.

Я, конечно, ни капли не сомневалась в том, что Дима выйдет из машины и направится к нам, но для Даниила это становится сюрпризом.

Он довольно внезапно обрывает фразу, проследив за направлением моего взгляда.

Происходящее ему явно не нравится. Это видно по нахмуренным бровям и стиснутой челюсти. Дальше я уже не смотрю, потому что моё внимание целиком и полностью захватывает Филатов.

— Иди пока в машину, — просит он, подходя ближе и протягивая мне ключи. — Я скоро подойду.

Это тоже своего рода ответ — на чьей я стороне.

Прямой. И беспрекословный.

Не прощаясь с бывшим мужем, я отталкиваюсь от стены и быстрым шагом, перепрыгивая через лужи, добегаю до машины. Бросаю сумку назад. Ныряю в тёплый салон, пахнущий кожей, где меня трясёт.

Так сильно, что зуб на зуб не попадает.

Я не думаю, что дело дойдёт до драки. Нет, конечно. Но тростью, одиноко брошенной на сиденье, очень хочется стукнуть Диму по затылку, чтобы выбить из него понты, упрямство и лишнюю браваду.

Я понимаю, к чему он стремится. О чем мечтает.

Быть на равных. Доказать, что может больше. Хотя, если судить по тому, как часто мы занимаемся сексом, с формой у него и так всё более чем в порядке. Во всяком случае, за всё это время я ни разу не была сверху.

Тем не менее, наблюдая за Филатовым, я почти прилипаю к лобовому стеклу.

Приходится читать его по жестам и невербальным сигналам. По позе, напряжённым плечам и даже наклону головы.

Так же приходится держать язык за зубами, когда он возвращается в салон. В промокшей после дождя футболке-поло и на взводе.

Я опираюсь локтем о подлокотник и решительно тянусь за поцелуем, продлевая его триумф. Пробормотав короткое «Привет», Дима обрушивает на меня напор, уверенную настойчивость и твёрдость губ. Я касаюсь их кончиком языка, прежде чем углубить поцелуй.

Его руки — в моих волосах. Дыхание смешивается с моим, становясь слишком вязким, чтобы вынырнуть из него по щелчку.

— Что ты ему сказал? — спрашиваю, не открывая глаз.

Филатов лениво перебирает мои пряди.

— Что дальше вопрос с разделом имущества будет решаться через моего адвоката. Более хваткого дядьку.

— Как ещё ты хотел бы меня заклеймить?

— Можно начать с поездки к моим родителям, — отвечает он, чуть запнувшись. — Я совсем выпал из жизни, хотя должен был навестить их сразу после реабилитации.

Это предложение катает меня как на американских горках — вверх, вниз, снова вверх. Это гораздо серьёзнее, чем просто потрахушки тет-а-тет. Но, несмотря на захватывающее дух чувство, страха во мне нет и близко.

— Ладно, давай поедем к твоим родителям, — как можно равнодушнее бросаю, нащупывая ремень безопасности.

— Правда?

— Да. Почему нет? Мы ведь давно почти семья. Я могла бы быть мачехой для твоего племянника… или твоей девушкой. Но, пожалуй, второй вариант звучит куда приятнее.

— Мне уже нравится, в каком ты настроении, — усмехается Дима, опуская ладонь на моё колено и плавно набирая скорость.

71

Мне нечего стыдиться. Ни своего происхождения, ни воспитания, ни образования. Ни уровня дохода, ни прошлого. Тем более — своей внешности.

Но чем ближе встреча с родителями Димы, тем отчаяннее я выискиваю в зеркале несуществующие изъяны. Не слишком ли яркая помада? Не перебор ли с хайлайтером на скулах? И не слишком ли короткое платье?

То снимаю пиджак, то снова набрасываю его на плечи. В итоге решаю не расставаться с ним даже за столом, потому что он идеально сочетается с кремовым лаконичным платьем и лодочками. А заодно скрывает вырез на спине.

Филатов сказал, что это будет просто ужин. Просто непринуждённый разговор за чашкой чая и мамиными пирогами. И если вчера я весь вечер шутила на эту тему — и о том, что он любимец семьи, и о нашей полугодовой разнице в возрасте, где я старше, то сегодня мне уже не до смеха. Совсем.

Возможно, дело в том, что я зачем-то зашла в сеть и погуглила, кто такие Филатовы и чем они занимаются. Дед — известный академик. Отец — профессор, автор учебников, по которым учатся студенты по всей стране. Сёстры — кандидаты наук. Их фамилия звучит как бренд. Не знаю… Может, на их фоне моя собственная показалась мне слишком скромной.

Моя бравада окончательно рассыпается, когда от Димы приходит сообщение с просьбой выходить.

Последний приём пациентов закончился сорок минут назад. Этого времени с лихвой хватило, чтобы, закрывшись в кабинете, переодеться, нанести лёгкий макияж и заодно довести себя до мандража.

Я прощаюсь с Владой на ресепшене и оставляю ей ключи. Она заканчивает разговор с пациентом, кладёт трубку и напоследок отвешивает мне комплимент.