Страница 2 из 95
Как по команде, крупная фигура скользнула на скамью позади меня. В руке, протянутой через моё плечо, материализовалась незажжённая сигарета. Я с фырканьем выхватила её у владельца.
Мне не нужно было смотреть, чтобы знать, кто это.
Как бы клишированно это ни звучало, я всегда чувствовала его присутствие до того, как видела его. Он был моей тенью с четырнадцати лет.
Я узнавала ритм его дыхания в темноте, температуру его взгляда на моей коже, пульс его шагов внутри своей собственной груди. Он стал неотъемлемой частью меня. Чем-то настолько глубоко укоренившимся в моём существовании, что теперь это ещё одна грань моей личности.
Ахилл Ферранте.
Мой враг. Мой соперник. Моя грядущая погибель.
— Ты всегда ругаешься, как пьяный матрос, в церкви? — Его сухой акцент отозвался вибрацией в моём желудке.
— Только когда вынуждена делить её с тобой. — Я сунула сигарету между выкрашенными в алый цвет губами, снова запустив руку в сумочку в поисках зажигалки.
Ахилл подался вперёд, его губы коснулись края моего уха:
— Хочешь кое-что узнать?
Мурашки покрыли мою шею. Пятнадцать лет спустя, а он всё ещё пах древесиной, кожей и специями.
— Нет.
— Ты выглядишь как шлюха в этом платье, — прохрипел он, и в его голосе было столько яда, что я бы не удивилась, если бы пол стал скользким.
— Такую тебе никогда не оплатить. — Я бросила ему волосы в лицо.
Несмотря на мою беспечную маску, его слова попали точно в центр моей груди.
Я не была секс-работницей, но в прошлом переспала с разными неподходящими мужчинами. С мужчинами, которые были жестоки со мной. Которые причиняли мне боль. Это был единственный способ получить хоть какую-то форму привязанности.
Но это было до того, как два года назад этот придурок установил за мной слежку. Теперь мне приходится ходить повсюду с одним из его солдат. О какой сексуальной жизни может идти речь? Не дай бог девушка наслаждается своим любимым кардио.
— Дорогая, если бы я тебя хотел, ты бы кричала моё имя так громко, что у Бога заложило бы уши.
— Прости, что разочаровываю, но даже у дам полусвета есть стандарты.
— Так ты признаёшь, что ты шлюха? — Деревянная скамья скрипнула под тяжестью его рельефных мышц, когда он подвинулся ближе. — Предоставляешь скидки для групп?
— Зачем, планируешь привести все грани своей отвратительной личности?
Наконец мои пальцы обхватили серебряную зажигалку Zippo в сумочке. Есть. Я встала, покачиваясь на своих слишком высоких каблуках, и направилась к атриуму, прежде чем он успел выдать свой убийственный ответ. Я пронеслась мимо витражей и мраморных колонн через двойные двери, выливаясь на солнечный свет.
Снаружи лестница кишела гостями. Я поискала взглядом Везувий за жёлтыми и золотистыми зданиями вокруг церкви, но не смогла его найти. Прислонившись к стене, я зажгла сигарету и окинула взглядом толпу. Моё сердце колотилось где-то в горле. Я устала от того, что этот глупый орган никогда не остаётся на месте, когда рядом Ахилл Ферранте.
Он был прав. Мой наряд для крещения племянника Дженнаро был неподобающим.
Это было красное мини-платье, слишком короткое для чего-либо, кроме ночного клуба. Но знаете, что ещё было неподобающим? Крещение не совсем шестимесячного младенца в крови какого-то мертвого преступника. И именно это Ферранте собирались сделать.
Оны были безжалостно садистичны. К сожалению, таким же был и мой идиот-брат, чьего ребёнка крестили. Тирнан сказал, что не против, чтобы Дженнаро продолжал традицию семьи его жены, при условии, что кровь, в которую его окунут, будет принадлежать тому, кто заслужил смерть. По-видимому, этим кем-то был заместитель босса вражеского клана и педофил.
Тирнан был атеистом. Там, откуда мы родом, мы знали, что Бога нет. Мы молились Ему каждую ночь в детстве, и Он никогда не отвечал. Это был первый раз, когда Тирнан ступил в церковь. Но я знала, что лучше не спорить с братом, когда дело касалось его жены. Что хотела Лила, то и получала. Без вопросов. Я не испытывала ни обиды, ни злости по поводу особого отношения, которое он оказывал моей невестке. Я бы тоже сделала что угодно для Лилы. Она была просто таким человеком.
Доброй. Цельной. Идеальной.
Лёгок на помине: мой брат направлялся прямо ко мне.
— Какого чёрта ты, по-твоему, надела? — поприветствовал он меня в своей обычной социопатической манере, врываясь в моё поле зрения и отбрасывая большую тень на мою фигуру.
Тирнан выглядел безупречно в своём костюме от Savile Row и зализанных назад волосах. Он носил повязку на глазу после того, как Ахилл вырезал ему глаз. Но это было до того, как он женился на Лиле. В наши дни они готовы были подставить друг другу плечо.
Я пожала плечами, затягиваясь сигаретой.
— Платье.
— Чушь. Люди пялятся.
— Люди всегда пялятся. Самое меньшее, что я могу сделать, это дать им для этого вескую причину.
— Сегодняшний день не про тебя, Тир.
Я ничего не сказала, потому что он был прав. Но если бы я сказала ему настоящую причину, почему я так оделась, мы бы поссорились, а я не хотела портить ему сегодняшний день.
— Не пора ли тебе вести себя соответственно своему возрасту?
— Это довольно философский вопрос. — Я глубоко затянулась, позволив дыму достичь дна лёгких, прежде чем выпустить его в сторону. — Я считаю, что ты настолько взросл, насколько велика твоя ответственность. У меня же её нет. Ни семьи. Ни детей. Ни работы.
Ни будущего тоже, но я никогда не позволяла себе слишком много думать об этом.
— У тебя могут быть муж и работа в два счёта. Только скажи слово, и я всё устрою.
Я фыркнула в ответ на предложение.
— Я в порядке, спасибо.
— Тебе нужно прикрыться.
— Ты ранишь меня, брат. — Я надула губы. — Эти ноги созданы для того, чтобы их демонстрировать.
— Знаешь, в жизни есть нечто большее, чем просто бесить людей.
— Я надела это не чтобы бесить людей.
Я надела это, чтобы отпугивать их. Я была блудницей, развратницей, Далилой в семье. Не женским материалом и совершенно не подходила для организованного брака. Понимаете, пару лет назад Ахилл убедил Тирнана, что если мой брат позволит ему выбрать для меня жениха, это каким-то образом усмирит мою женскую ярость — что если я выйду замуж, то буду счастливой и нормальной.
Так что теперь моя миссия — сделать себя такой же желанной для мужчин-каморристов, как обследование предстательной железы Капитаном Крюком. Потому что что бы ни случилось, я никогда и ни за что не позволю никому отнять мою свободу. Никогда.
— Где, кстати, мой племянник? — сменила я тему.
Тирнан мотнул подбородком направо. Я проследила за его взглядом. Его жена Лила стояла у подножия церковной лестницы, окружённая клубящимися вокруг неё женщинами. Она прижимала Дженнаро — для краткости Неро — к своей груди.
Лила была истинной красавицей. Тонкие черты лица, бледно-голубые глаза и льняные локоны — всё это в розовом платье из шифона с цветочным принтом. Неро же был точной копией нас, Каллаханов. Те же каштановые волосы. Те же зелёные проницательные глаза. Пухлощёкая версия своего отца, закутанная в белое крестильное платье. Забавно, как этот милый маленький ангел нашёл утешение в дьяволе и даже сумел его приручить. Потому что впервые в жизни мой брат выглядел… счастливым.
Неро загулил и потянулся к свободным локонам матери, сжав золотистый завиток в кулачок и покручивая его между пухлыми пальчиками. Лила хихикнула, поцеловав его в кончик носа.
Я держала Дженнаро на руках тысячи раз. Купала его. Меняла подгузники. Нюхала его. Лила была щедра, делясь со мной своим сыном, зная, сколько радости он приносит в мою жизнь. И всё же каждый раз, когда я видела их вместе, мне казалось, что кто-то вонзает ржавый гвоздь прямо в моё сердце и медленно проворачивает его. Это было напоминанием обо всём, чего у меня никогда не будет.