Ловелас 3

— Ну что, Кит, — спросила Камилла, когда мы спустились вниз. — Куда теперь?

Я задумался. Полли говорила, что самое развратное место в LA — клуб «Мокамбо». Место, где правила приличия оставляли у входа вместе с пальто. Там мафия держала всё под контролем, и поэтому законы сегрегации просто не действовали — белые звезды Голливуда сидели за одними столиками с чернокожими джазменами. А мне очень хотелось “продолжения банкета”. Ну и глянуть на изнанку жизни в городе Ангелов. Не такую, чтобы гетто и черный стриптиз, а с налетом нуара.

— Гвидо! — я бросил ключи от Роадмастеру итальянцу — Заводи машину! Мы едем в «Мокамбо».

***

Как только мы вышли из лимузина, Гвидо шепнул пару слов громиле на входе, и нас пропустили без очереди, несмотря на толпу страждущих. Когда мы вошли в зал и девушки сбросили плащи, в клубе попадали челюсти. Даже музыканты на сцене сбились с ритма на мгновение. На нас пялились все — от официантов до посетителей.

Я арендовал просторную вип-комнату на втором ярусе с видом на танцевальный зал. Гвидо верно все понял, замер у барьерчика входа в ложу, сканируя зал.

— Джаз, — выдохнула Камилла. — Кит, я хочу танцевать!

— Дорогая, тут все хотят танцевать. Но в таких костюмах, только в моем сопровождении.

И я по очереди начал выводить “подружек” на танцпол. Сначала Камиллу — её движения были дикими, первобытными, она чувствовала каждый удар барабана. Потом близняшек. Танцевать с Шерил и Сьюзен было отдельным удовольствием: они двигались синхронно, как две части одного целого, заставляя окружающих мужчин сворачивать шеи.

Вернувшись в ложу, я прислонился к перилам и посмотрел на зал. Дым от сигар, пульсирующий свет, музыка... Люди здесь были расслаблены и жаждали чего-то нового. И я им это дал. Не только мужчины разглядывали близняшек и Камилу. Но и присутствующие дамы пялилсь на мой смокинг на голое тело, поднятые рукава и трость с агатом. А женщины тут были с претензиями. Открытые платья, высокие подолы… Во время танца они умудрялись так крутануться вокруг кавалера, что показывали свое нижнее белье.

«Отличное место для распространения журнала», — подумал я. Если договориться с гардеробщиком или барменом, чтобы они предлагали свежий номер «Ловеласа» гостям... Это была бы золотая жила.

Как только у меня появятся свободные деньги, я ускорюсь с покупкой собственных клубов. «Ловелас» не должен быть просто журналом. Это должен быть образом жизни. Клуб, бар, отель — везде, где мужчина хочет чувствовать себя королем жизни.

Но сначала... сначала нужно было убедиться, что Долли справилась со стариком Филлером. Я посмотрел на часы. Скоро полночь.

Внезапно краем глаза я заметил какое-то странное движение.

Пьяный детина из соседней ложи, сначала закурил папирусу, а потом глупо хихикая, перегнулся через ограждение и поднес спичку к пушистому белому хвостику на корсете Сью. Вспышка! Синтетический мех мгновенно занялся пламенем.

Сьюзен вскрикнула, не понимая, что происходит. Я среагировал быстрее, чем успел испугаться. Рывком притянул её к себе и голыми ладонями сбил огонь, чувствуя едкий запах паленого меха. А в следующую секунду мой кулак впечатался в челюсть шутника.

Удар вышел на славу — пьяный буквально взлетел и рухнул на соседний столик, сметая посуду и бокалы. Зал ахнул. Музыка оборвалась на неровной ноте. Ко мне тут же бросились его дружки, но рядом нарисовался Гвидо. Он откинул полу пиджака, показал кобуру с пистолетом. И буйные товарищи побитого шутника тут же подувяли.

Еще спустя полминуты из тени вынырнули двое массивных охранников клуба.

— Что здесь происходит?! — властный голос заставил толпу расступиться.

К нам шел невысокий человек с идеально зализанными волосами и в безупречном черном шелковом костюме. По его лицу было трудно определить возраст. Гладкое, без следов растительности. Что-то около полтинника.

— Это был Микки Коэн — шепнул мне Гвидо — Местный бугор.

Пьяного, с разбитым лицом и окровавленным подбородком, охранники уже тащили к выходу. Фрэнк перевел взгляд на меня, потом на дрожащую Сьюзен.

— В моем клубе не любят драк! — Микки прищурился — Это плохо для бизнеса.

Я молча развернул Сьюзен и показал ему обгоревший ошметок меха на её пятой точке. — Ваш гость решил, что поджечь девушку — это отличная шутка. Я лишь в доступной форме объяснил ему, что он ошибся.

Микки внимательно посмотрел на хвостик, потом на испуганных девушек. Его лицо смягчилось.

— Примите мои извинения, мистер…

— Миллер. Кристофер Миллер.

— Хм… а это не про вас недавно писали в газетах? Кажется, на фотографиях были вот эти девушки-близняшки.

— Про меня

— В «Мокамбо» дамы в безопасности, и этот подонок больше сюда не войдет. Но... позвольте спросить, что это за костюм? Очень необычно. И эти ушки...

— Это концепция моего нового журнала, — ответил я, чувствуя, как адреналин сменяется деловым азартом. — Мы называем их «подружками Ловеласа».

— Интересно, — Фрэнк кивнул на нашу вип-ложу. — Присядем?

Мы устроились за столиком. Камилла и Шерил успокаивали Сью, а я досталтот самый тестовый номер, который так напугал Филлера. Микки медленно перелистывал страницы, и я видел, как его брови ползут вверх. Когда он дошел до центрального разворота с Монро, он замер.

— Дьявол... — прошептал он. — Это... это снято великолепно. Никакой грязи, просто искусство.

Он поднял глаза на меня. — Знаете, Кристофер, моим клиентам это зайдет. Они богаты, они скучают, и они любят красивых женщин. Я бы открыл в своих заведениях точки продаж. У гардероба или в барах.

— И сколько у вас заведений, Фрэнк? — спросил я, чувсвтуя воодушевление

— Двенадцать. Здесь, в Вегасе, в Сан-Франциско, Нью-Йорке... Во всех главных штатах побережья.

Бинго! Внутри меня всё ликовало. Это был не просто успех, это был прорыв.

— Мы можем договориться о проценте, который устроит нас обоих, — сказал я, протягивая ему руку.

— Договоримся, Кристофер, — он крепко пожал мою ладонь. — Для меня это вопрос антуража и атмосферы клубов.Такой товар продаст себя сам.

Я смотрел на Сьюзен, которая уже понемногу приходила в себя, и понимал: этот сгоревший хвостик стал самой прибыльной инвестицией в истории «Ловеласа». У меня появился первый нормальный дистрибьютор, который не будет драть три шкуры, а станет надежным партнером. Мое издательство только что пустило корни в двенадцати крупнейших точках побережья.