Моя умница

Чувствовать его кожа к коже... дышать с ним одним дыханием, обмениваясь нежностью в долгих поцелуях... ощущать стук его сердца под ладонями... все это уже само по себе было медитацией, магией, самым настоящим волшебством.

Но самым главным было то, что в каждом осторожном касании, каждом поцелуе и каждом неслышном вздохе я ощущала его любовь.

Но все же только нежных поглаживаний и поцелуев мне уже было катастрофически мало и, напрочь забыв о том, что мы с ним, вроде как, собрались просветляться, а не траха... Кхм... предаваться разврату, я притянула его к себе, прижимаясь к нему всем телом, и, уже почти задыхаясь и чувствуя, что ещё немного --- и просто взорвусь от сжигающего меня изнутри желания, шепнула в бархатно мягкие губы напротив:

--- Ты... уже намедитировался? Может... Приступим... наконец, к тому, ради чего ты меня сюда пригласил?

Услышав это, Чонгук с тихим смешком уткнулся мне в шею, оставляя на ней мягкий поцелуй, заставивший меня вздрогнуть и выгнуться ему навстречу, отчаянно желая быть ещё ближе.

Его горячая ладонь легла мне на бедро, мягко сжимая и поглаживая, и он хрипло мурлыкнул мне на ухо, дразняще задевая его губами:

--- На самом деле... я ещё только начал... но, вижу, до просветления тебе ещё очень далеко, котенок.

--- Зато...до оргазма всего один толчок, --- я зарылась пальцами в волосы на его затылке и смерила этого несостоявшегося буддиста красноречивым и крайне укоризненным взглядом, намекая, кто именно должен сделать этот толчок.

В этот раз Чонгук засмеялся уже громче, заставив меня закатить глаза с тихим фырком, а затем лег на меня всем телом, прижимая к кровати, и, обняв мое лицо ладонями, выдохнул в самые губы:

--- Тебе определенно надо поработать над силой воли и терпением, малышка. Ну ничего, не у всех выходит достичь нирваны с первого раза. И у нас с тобой все непременно выйдет. Но раз уж моя ненасытная тигрица так сильно распалилась от одних только поцелуев и уже сгорает от нетерпения... то так уж и быть... мы просто займёмся тем, чем ты хочешь.

--- Ну наконец--то... --- я рвано выдохнула и сжала его плечи, когда он навис надо мной, раздвигая мои ноги коленом, и наконец мягко вошел в мое тело, накрывая меня собой, и с глухим стоном прижался лбом к моему плечу.

--- Господи, Бэмби... --- долетел до моего все ещё не просветлённого сознания его жаркий полушепот, --- Ты такая влажная... это ... Определенно стоило того, чтобы... немного подождать...

Я сжала коленями его крепкие бедра, чувствуя, как идеально он заполнил меня всего одним плавным движением, и с улыбкой проворчала:

--- Немного? Мы целовались... семь часов...

--- Ну не преувеличивай, милая, -- хриплый мурк мне в шею заставил меня поежиться от приятной волны мурашек и сильнее сжать его плечи, зажмурившись от ощущений, ведь сейчас он был везде: и внутри и снаружи, и я чувствовала себя словно в коконе из любви и ласки, -- Всего-- то минут сорок. Хотя... Я не могу быть уверен.

--- Вот именно, бандит. --- я с тихим смехом закатила глаза, --- Так что не спорь со мной и просто помолчи. Хотя нет... сначала ответь мне на один вопрос.

--- Какой? --- мягкий поцелуй в шею почти заставил меня потерять мысль, но я ухватилась за ниточку этого ускользающего воздушного шарика и выдохнула:

--- А наш секс... тоже будет длиться... семь часов? --- с улыбкой шепнула я, глядя на склонившегося надо мной мужа из-под ресниц, и провокационно и нарочито медленно облизнула губы, прекрасно зная, что этого он точно мне с рук не спустит.

--- А ты выдержишь?.. --- хрипло выдохнул Чонгук, наклоняясь ещё ближе и обжигая мои губы сбитым горячим дыханием, но не целуя, ведь дразнить и провоцировать он тоже умел великолепно.

--- А ты?.. --- ох глупая Бэмби.

Напрасно ты снова затеяла игры с огнем...

--- Вот сейчас и проверим... --- хриплый рык и влажный поцелуй заставили меня наконец замолчать, а крепкие, практически удушающие тигриные объятия --- сдаться в этот желанный плен...

... Но в итоге... мы оба не продержались и часа, хоть наш секс в ту ночь тоже был медитативным...

Медленным... нежным... И невыносимо чувственным...

Чонгук все время смотрел мне в глаза, гладил по волосам и целовал... нежно... мягко... и невероятно трепетно... настолько, что я даже не верила, что это тот же парень, который буквально сжигал меня дотла своей страстью ночь за ночью.

Но сейчас он был совсем другим, превратившись практически в буддийского монаха, обладавшего безграничным терпением, которого мне всегда так отчаянно не хватало, ведь самым главным в тантре был процесс, а не результат, и все было направлено на то, чтобы продлить наслаждение как можно дольше, и, как только мы с ним приближались к краю звёздной пропасти, он каждый раз замедлялся, снова и снова оттягивая момент падения.

Но мне нравилось.

Очень нравилось.

Чувствовать его власть надо мной, его мягкие толчки, его ласковые руки на своем теле, его горячие губы, неспешно блуждающие по моей шее и груди, тонуть в его темных глазах и дышать с ним одним дыханием... Все это было нашей собственной магией, которую мы творили в ту ночь в нашей спальне, затерянной среди древних гор и лесов.

Но больше всего мне нравилось осознание того, что мне не нужно было ни о чем волноваться, ведь Чонгук уверенно держал все под контролем, как и всегда, и просто вел меня, как в танце.

Вдох...выдох...мягкий поцелуй...

Глухой хриплый стон и такое же мягкое скольжение внутри моего трепещущего от наслаждения тела...

И, беспомощно утопая в его темных, как беззвездная глухая полночь, ласковых глазах, я зачарованно улыбалась, чувствуя себя, как под гипнозом и теряясь в ощущениях, которых не испытывала никогда в жизни.

Мне казалось, что мы с ним действительно впали в подобие транса, и наши движения к этому моменту приобрели какую-то совершенно завораживающую синхронность.

Мы двигались в одном ритме, медленно целуясь и скрадывая стоны с приоткрытых губ друг друга, и мои руки блуждали по его напряжённой спине и широким плечам, зарывались в волосы и гладили по лицу, и с каждой минутой мое дыхание все больше сбивалось, а Чонгук все чаще срывался на загнанные рваные выдохи, явно из последних сил стараясь не сдаться первым, и глушил их все в долгих топких поцелуях, которые лишь ещё больше разжигали пылающий между нами огонь.

Мы сами... были этим огнем...

двигаясь, как языки жаркого пламени, вьющиеся друг вокруг друга в древнем завораживающем танце... как волны, плавно накатывающие на берег, ловя губами вдохи и выдохи друг друга и растворяя в поцелуях сладкие стоны...

Но с каждой минутой амплитуда прибоя неумолимо нарастала, и мне казалось, что ещё совсем немного --- и мягкие волны превратятся в неистовый шторм.

Движения Чонгука становились резче, мощнее, размашистей ... Поцелуи --- жарче и глубже...

И наконец, его темная, хищная, тигриная суть... снова взяла над ним верх.

Ведь это было неизбежно.

Каждое его движение было настолько чувственным, что вызывало сладкую дрожь глубоко внутри, его жадные касания обжигали, рассыпая обжигающие искры по моей обнаженной коже, и я дрожала все сильнее, судорожно хватая ртом воздух и совершенно не в силах справиться с мощными волнами невероятных по своей силе ощущений.

Я никогда такого не испытывала и дрожала так сильно, что Чонгук прижал меня к себе и замер, тяжело дыша и позволяя мне хоть немного прийти в себя, а затем глухим, загнанным от сбившегося дыхания полушепотом выдохнул мне в шею, оставляя на коже влажный поцелуй:

--- Любимая... ты... тоже это чувствуешь?..

--- Да... --- слетело с моих приоткрытых губ, ведь мне даже не нужно было спрашивать, что он имел в виду...