Моя умница

Глава 200

После этого разговора и так неожиданно открывшейся ей правды о прошлом капитана Розэ надолго притихла и ела молча, все ещё пытаясь осознать эту информацию, и, заметив, что она окончательно ушла в собственные мысли, Чонгук решил немного развеять повисшую в каюте гнетущую тишину и, взяв с блюда половинку спелого персика, придвинулся к задумчиво ковыряющейся в уже почти пустой тарелке девушке, с дразнящей улыбкой шепнув:

---- Хватит гипнотизировать пустую посуду, златовласка. Пришло время десерта.

Розэ подняла голову, удивлённо взглянув на него, но, увидев лакомство в его руке, тут же послушно приоткрыла губы, и от этой... вполне невинной картины в паху у капитана снова начало твердеть.

Черт возьми!

Да что это с ним, в самом деле?..

Ведёт себя, как зелёный юнец, впервые познавший женщину...

Но капитан был околдован.

И признавал это.

А что ему ещё оставалось?

Ведь трудно было игнорировать тот факт, что от одного взгляда на эту хрупкую куколку его кровь начинала закипать, а глаза застилал хмельной дурман желания.

И теперь Чонгук завороженно наблюдал за тем, как девушка наклонилась к его руке и, глядя ему прямо в глаза, аккуратно надкусила сочную мякоть, а в голову капитана от этого бурным потоком хлынули мысли далеко не невинного содержания.

Да что там!

Абсолютно каждая из посетивших его горячую голову мыслей была настолько пошлой, что он бы и сам покраснел, если б не разучился это делать давным давно.

Но его невинная принцесса, к счастью, даже не подозревала, какая вакханалия творилась сейчас у него в голове, и продолжала есть с его рук, как маленький доверчивый олененок.

Слишком доверчивый...

Слишком беспечный...

Слишком желанный...

...Так и сожрал бы всю, до последней сладкой косточки...

...Берегись, малыш... ведь этот голодный волк уже вышел на охоту и он не пощадит... как бы ты ни умоляла...

Но, тряхнув головой, чтоб хоть немного прояснить ее, волк решил немного повременить со своим собственным желанным десертом и поиграть с ничего не подозревающей пока добычей и, спрятав опасный хищный оскал за обманчиво мягкой улыбкой, занялся откровенным хулиганством.

Взяв ещё одну половинку ароматного персика, он вновь поднес ее к таким же персиковым губам девушки, но когда Розэ потянулась к нему, съесть не дал, а стал дразняще водить сочной мякотью по ее губам, завороженно наблюдая за тем, как она слизывает с них сладкий сок, все так же не отводя глаз и ни на миг не разрывая с ним зрительного контакта.

И от ее невероятно провокационных, хоть и, скорее всего, неосознанных действий, Чонгуку стало совсем нехорошо, и, ощущая, как сбивается и учащается дыхание, мысли затуманиваются, а в паху стремительно разгорается самый настоящий пожар, он придвинулся ещё ближе к улыбающейся златовласке, которая, похоже, уже вошла во вкус этой чувственной игры и теперь лукаво улыбалась, глядя на него из-под длинных пушистых ресниц.

Маленькая чертовка...

Чонгуку даже не верилось, что только этой ночью он лишил ее невинности, а сейчас уже ОНА играла с ним, хоть ещё и не осознавала до конца всю мощь своих женских чар.

Капитан неосознанно облизнулся, жадно глядя на то, как она собирает губами сочную персиковую мякоть из его рук, и шумно сглотнул, с предельной ясностью представив, как эти сладкие губки так же послушно обхватывают и сосут его член, который от этих грязных мыслей тут же напрягся и запульсировал, требуя выпустить его из тесных тканевых оков и воплотить эту горячую фантазию в жизнь немедленно.

А Розэ, похоже, больше совершенно его не боялась и, когда персик закончился, напоследок ещё и облизнула его пальцы, втягивая подушечки в рот, и у Чонгука окончательно все поплыло перед глазами.

Рвано выдохнув, он, не глядя, потянулся за новым плодом и поднес к ее улыбающимся сладким губам, но когда Розэ наклонилась, все так же неотрывно глядя ему в глаза, и впилась зубками в сочную мякоть, персиковый сок брызнул ей на подбородок, заставив покраснеть и тихо засмеяться, и губы капитана тоже дрогнули в улыбке.

Подумать только... Сосать его пальцы не стеснялась, а от собственной неловкости тут же смутилась.

Истинная леди...до кончиков ногтей.

--- Ну вот... теперь я грязная... --- сокрушенно вздохнула Розэ и, проведя пальцами по подбородку, наградила зачарованно смотревшего на нее капитана укоризненным взглядом, --- ...из-за тебя. Видишь, что ты натворил, хулиган?

Она даже погрозила ему изящным пальчиком, пытаясь выглядеть строгой великосветской дамой, но Чонгук лишь приглушённо рассмеялся и, поймав этот дерзкий пальчик, притянул к губам, а затем хрипло выдохнул, неотрывно глядя на ее манящие губы, что были слаще любых персиков:

--- Не волнуйся об этом, малышка... ведь этой ночью я собираюсь сделать тебя... ещё более грязной...

Он наклонился, обхватывая ее хрупкое запястье, и стал медленно скользить приоткрытыми губами по ее ладони, слизывая с тонких пальчиков сладкий персиковый сок и глядя при этом прямо в глаза, и от этого откровенного бесстыдства у Розэ вспыхнули даже кончики ушей, а внутри все сладко сжалось.

--- На...сколько?.. --- шепнула она едва слышно, невольно затаив дыхание в ожидании его ответа, а Чонгук сверкнул своими колдовскими глазами, придвигаясь ещё ближе к ней, и вкрадчиво мурлыкнул:

--- Настолько, что даже святая вода не сделает тебя чище после того, что сделаю с тобой я... а наутро... тебе захочется исповедаться, чтоб замолить все грехи, что я заставлю тебя совершить... -- он уже придвинулся почти вплотную, нависая над ней, как скала, а Розэ лишь беспомощно смотрела на него, застыв, как лань перед хищником, и не смея шелохнуться... не смея даже вздохнуть.

Но ей... больше не было страшно... наоборот... Его бархатный полушепот будил в ней такие темные, никогда прежде неведомые желания, что она больше не принадлежала себе и жаждала поскорее окунуться в этот манящий неизведанный омут, ведь с ним она была согласна совершать любые безумства и... грешить всю ночь напролет.

Даже... без утренней исповеди, ведь этому сладкому греху, воплощением которого являлся дерзкий капитан, невозможно было сопротивляться.

Розэ не знала, кто первым подался навстречу, перейдя невидимую черту, но они встретили друг друга на полпути, сплетаясь губами и руками... и после этого мир за пределами жарких объятий капитана перестал существовать, ведь Чонгук действительно был настроен крайне решительно, чтоб сделать ее очень грязной...

Во всех смыслах.

И вскоре их одежда уже валялась на полу, а Розэ даже не успела опомниться, как оказалась на широкой кровати, под капитаном, а сам он с упоением изучал губами ее обнаженное, дрожащее от желания тело.

Оставив ее задыхающейся и совершенно одурманенной после очередного долгого поцелуя, Чонгук немного отстранился и нежно погладил девушку по пылающей щеке, хрипло шепнув:

---- Почему ты так сильно дрожишь, маленькая?.. Не бойся... больно больше не будет.

Но Розэ на это покачала головой и слабо улыбнулась, погладив его по бархатной щеке.

--- Я не боюсь, --- шепнула она на выдохе, зачарованно глядя в колдовские омуты темных глаз склонившегося над ней мужчины, которые словно собирали в себя весь свет, но ничего не отражали и смотрели ей прямо в душу, словно точно так же желая затянуть в себя и ее.

Присвоить себе.

Околдовать.

Подчинить.

Навсегда сделать своей пленницей...

Но она и так уже была ею... Добровольной пленницей этих колдовских глаз.

И даже... не помышляла о свободе, ведь без него свобода была ей уже не нужна.

Чонгук мягко улыбнулся, удовлетворённый ее ответом, но затем наклонился, нежно коснувшись ее приоткрытых губ своими, и тихо выдохнул: