Добавить в цитаты Настройки чтения

Страница 420 из 592

Розэ очень хотелось сообщить ему, что он для нее страшнее самого дьявола из преисподней, но вместо этого она просто смотрела на него, застыв и окончательно растерявшись, но, заметив озорные смешинки в его темных глазах, наконец поняла, что он просто дразнил ее, играя с ней, как сытый кот с маленькой перепуганной насмерть мышкой, но вовсе не собирался ее есть, по крайней мере, пока, и девушка сузила глаза и прикусила губы, чтоб с них не сорвалось нечто совсем уж нелестное в адрес слишком развесевшегося капитана, и кинула в него оскорбленный, пылающий праведным гневом взгляд, на который он лишь закатил глаза, с ленивой ухмылкой протянув:

--- Ну хватит уже стрелять в меня своими грозными глазками, миледи. За этот вечер вы уже раз сто ранили меня ими.

<i>"Жаль, что не насмерть!</i>"--- хотелось прошипеть Розэ, которая чувствовала себя теперь ещё и бесконечно униженной из-за его насмешек, а он снова посерьёзнел и

не спеша подплыл ближе, напрочь игнорируя ее предостерегающий взгляд.

--- И теперь... меня жутко волнует один вопрос... Ты никогда прежде не видела голых мужчин?

Услышав это, Розэ открыла рот, возмущённо выдохнув, но слов, по крайней мере, цензурных подобрать так и не смогла. Но ее пылающее алым лицо сказало ему все лучше всяких слов, и Чонгук довольно ухмыльнулся, а его голос, и без того глубокий и бархатный, и вовсе перешёл в утробное мурлыканье, когда он хрипло шепнул:

--- Ах... Простите мне мою дерзость, миледи... Вы же благородных кровей... и наверняка такую маленькую принцессу, как вы, всегда сопровождали дуэньи, не давая мужчинам даже шанса к вам приблизиться... хмм... Так мне... выпала честь быть твоим первым?..

Нет, он был совершенно невыносим!

Капитан, конечно, попал в самую точку, ведь Розэ была воспитана в чрезвычайной строгости и мужчин видела только на балах, и то всего несколько раз, но все равно от всех этих недостойных благородной леди разговоров у нее чуть пар не повалил из ушей от возмущения.

Ей жутко хотелось приструнить этого наглеца и хоть как-то поставить на место, бросив в ответ нечто такое же дерзкое и провокационное, но на деле она не могла на него даже взглянуть, уверенная, что лишь снова натолкнется на смеющийся колдовской взгляд с пляшущими в его бездонной темной глубине чертями.

И потому, хоть у нее уже руки чесались съездить по этой наглой морде, что маячила у нее перед глазами и при этом ещё ухмылялась неимоверно дерзко, явно довольная собой, но Розэ понимала, что этим может очень серьезно ухудшить свое, и без того незавидное, положение, и потому лишь оскорбленно фыркнула и отвернулась, скрестив их на груди от греха подальше и даже на миг забыв, что они с капитаном были наедине в его каюте, и, к тому же, совершенно голые, но, похоже, этот беспринципный пират так ее разозлил, что она даже перестала смущаться и бояться его.

Чонгук усмехнулся.

<i> Что ж, это уже прогресс. А от ненависти до любви, как известно...</i>

И потому, чтоб закрепить этот небольшой успех, он подплыл ещё ближе и дразняще выдохнул ей в висок:

--- Похоже, это действительно так... И что же? Даже не посмотришь на меня?

--- А есть на что смотреть? --- раздалось ехидное и <i>восхитительно</i> дерзкое в ответ, вызвав на мягких губах капитана знающую улыбку.

Похоже... маленькая птичка уже пришла в себя, и Чонгук понял, что такой дерзкой она ему нравилась гораздо больше той бледной зашуганной тени, что едва в обморок не падала от каждого его движения в ее сторону.

И, видимо, ему просто надо почаще ее злить, чтоб этот непокорный дерзкий огонь в ее прекрасных сапфировых глазах никогда не угасал.

Чонгук придвинулся ещё ближе, пытаясь поймать ее взгляд, но маленькие ладошки упёрлись ему в плечи, не позволяя приблизиться и наивно полагая, что это его остановит, но капитан решил пока не разубеждать ее, чтоб не пугать ещё больше, и лениво усмехнулся, самодовольно протянув:

---- О поверь мне, детка, есть на что. И, смею тебя заверить... ты никогда и нигде больше такого не увидишь... Но всё-таки, скажи мне... ты девственница?

<i>Черт возьми!... Да как у него только язык повернулся?!.</i>

Розэ почувствовала, что у нее сейчас задымится лицо.

<i>Ну кто, кто спрашивает такое у благородных леди?..</i>

Нет, она всё-таки ошиблась, и никакой он не аристократ, ведь благородные лорды никогда не опустятся до подобных разговоров, не то что этот...

<i>Кошмар</i>.

Но теперь ей было совершенно ясно, что капитан Чон не был знаком с таким понятием, как приличие, и потому не видел абсолютно ничего зазорного в том, что только что спросил. Но, к счастью, похоже, и сам уже все понял и придвинулся почти вплотную, нависая над ней, как скала: большая, мокрая и <i>абсолютно голая </i>скала, и Розэ перестала дышать, боясь даже шелохнуться, чтоб не дай бог не натолкнуться под водой на что-то, что не было... <i>его ногой</i>.

А он вдруг протянул руку, и, невесомо погладив ее по щеке кончиками пальцев, ласково шепнул:

---- Ну разумеется, девственница. Что ж... Тем лучше. Нетронутые всегда... самые сладкие... --- а затем властно сжал ее подбородок, заставляя посмотреть на него, и Розэ почти задохнулась от того, что увидела в его потемневшем до бездонной космической черноты взгляде... Ведь он до краев был наполнен невероятно сильными эмоциями, которых она сама прежде никогда не испытывала, и потому сейчас не могла понять, чего в нем было больше.

Его темные глаза сверкали, словно драгоценные ониксы, и в них было столько всего, что Розэ не знала, как разобраться во всех этих чувствах и не утонуть в опасном водовороте, что с силой утягивал ее за собой на самое дно.

Да и было ли дно у этой колдовской глубины?..

Розэ очень в этом сомневалась, ведь даже если и было, она была уверена, что, достигнув его, уже никогда не поднимется на поверхность.

Но уже не могла отвернуться и отвести глаз, ведь горящие во взгляде капитана нежность, желание и неприкрытая похоть обжигали, не давая сделать даже малейший судорожный вдох, но в то же время... они завораживали и манили, уговаривая придвинуться ближе и... ответить на зов этого темного колдовского огня.

Чонгук подобрался к ней так близко, что от его близости и жара его тела у Розэ все поплыло перед глазами, а голова закружилась, когда он наклонился к ней, все так же сжимая ее подбородок горячими пальцами и не позволяя отвернуться, и хрипло шепнул, неотрывно глядя ей в глаза, а казалось, в самую душу, подавляя, подчиняя и без спроса присваивая ее себе:

---- Поверь мне, милая... Я не хочу тебя ломать... но... вполне могу это сделать, если будешь и дальше упрямиться.

Розэ приоткрыла губы, снова желая возразить ему, но он мягко прижал к ним палец и вкрадчиво мурлыкнул, наклоняясь ещё ближе к ней:

---- Тшш, златовласка... хватит спорить со мной... Просто покорись своей судьбе... <i>покорись... мне...</i> и я заберу тебя в свой рай, а твоя жизнь на этом корабле превратится в сказку...

Розэ смотрела на него, не в силах ни пошевелиться, ни даже вздохнуть, зачарованная его глубоким хриплым голосом и словно загипнотизированная тигриным взглядом, а он вдруг обнял ее лицо своими большими ладонями, приподнимая его ему навстречу, и прошептал в самые губы:

---- К тому же... разве я не лучше того старика, которого твоя мать выбрала тебе в мужья? И ты можешь отрицать это сколько угодно, но... Я же вижу, что нравлюсь тебе... И теперь твоя судьба принадлежит мне... Стоит ли так отчаянно сопротивляться ей?

Ее гордое сердце снова отчаянно трепыхнулось в груди, не желая признавать это... Не желая покоряться <i>ему</i>, но... Розэ вдруг поняла, что он был прав... что он... и был ее судьбой... всегда, во всех жизнях... и неважно, какими путями они находили друг друга.