Моя умница

...и влажна

Новый жаркий поцелуй почти перекрыл мне кислород, оставив задыхающейся и полностью одурманенной, и потому я совсем не сопротивлялась и не возражала, когда в следующий момент оказалась сидящей на члене мужа, который неизвестно каким образом умудрился в считанные секунды избавиться от оставшейся на нем одежды и усадить меня на себя. Он даже не стал стягивать с моих бедер полупрозрачное черное кружево, а лишь сдвинул его в сторону и вошёл сразу до упора, давая мне прочувствовать... всю твердость его намерений.

Удовлетворённые вздохи слились на наших губах, растворившись в поцелуе, и Чонгук властно притянул меня к себе, обнимая одной рукой за шею, а другой за талию, и начал неторопливо двигаться, заполняя собой меня всю -- и тело, и мысли, и все, что я могла --- это выдохнуть в жадно целующие меня без остановки дерзкие губы:

--- Бесстыдник и… хулиган… Вот ты кто…

Но этот бесстыдник и хулиган даже не думал спорить, слишком увлеченный процессом добывания стонов из моего податливого и практически безвольного тела, отвлекшись только на то, чтоб самодовольно усмехнуться и шепнуть мне в губы:

--- Да---да, малышка, все верно… А теперь помолчи, хорошо?.. Я знаю намного более приятный способ занять твои сладкие губки…

Я, по своему обыкновению, хотела насмешливо фыркнуть в ответ на это его самоуверенное заявление, но любимый муж не позволил мне устроить бунт на корабле, и, притянув к себе за затылок, снова заткнул жарким, подчиняющим, полностью ломающим волю поцелуем и толкнулся бедрами вверх до упора, скрадывая мой стон и сцеловывая все последующие с моих податливых губ.

А дальше... время замедлилось, превратившись в тягучую сладкую патоку, а потом и вовсе остановилось, позволяя нам полностью сосредоточиться друг на друге и наслаждаться, забыв обо всем остальном мире.

Чонгук никуда не спешил, практически не отрываясь от моих губ, нежно целуя и двигаясь в мучительно медленном, гипнотическом, завораживающем ритме, неторопливо проходясь раскрытыми ладонями вдоль моей спины, поглаживая по плечам и зарываясь в волосы, и мягко сжимал мои бедра, направляя мои движения, так, как нужно ему, и я безропотно подчинялась моему мужчине, ведь мне было так хорошо в его объятиях, что возражать против чего бы то ни было совершенно не хотелось.

Тем более, что, даже будучи снизу, он по-прежнему все контролировал и все делал сам, а мне оставалось лишь расслабиться и получать удовольствие.

Но я тоже не хотела оставаться в долгу, и потому улучила момент, когда Чонгук немного замедлился, ослабив собственническую хватку на моей талии и поглаживая меня вдоль позвоночника одними подушечками своих чутких пальцев, и мои губы соскользнули с его, целуя точеную линию его челюсти и спускаясь вниз по шее, и я мягко прикусила пульсирующую под загорелой кожей вену и улыбнулась, услышав глухой хриплый стон.

Вот так, любимый…

Двое могут играть в эту игру…

Но Чонгук вовсе не был против ненадолго подчиниться моим правилам, и потому с довольным мурлыканьем откинулся на подушки, позволяя мне выцеловывать его крепкую шею и скульптурные ключицы, сжимая широкие плечи и чуть царапая горячую загорелую кожу ногтями от переизбытка сладких ощущений.

И переизбыток, похоже, был не только у меня, и будоражащая волнительная дрожь пробирала меня всю, до кончиков пальцев от каждого хриплого стона, что все чаще слетали с его мягких губ.

Эти гортанные стоны что-то делали со мной, заставляя все внутри мучительно сладко сжиматься и трепетать, а осознание того, что это я делаю это с ним, и что стонет так он из-за меня, только добавляло ощущений, растекаясь жидким медом по всему телу.

Но мне было мало... мало этих сексуальных хриплых стонов, мало его рваных частых выдохов, мало... его всего... и я жаждала снова услышать эти безумно возбуждающие, тяжёлые, чувственные звуки, которые мягким бархатом ласкали мой слух, потому двинулась ниже, оставляя лёгкие дразнящие поцелуи на его ключицах, плечах и груди, и снова была вознаграждена спустя всего несколько секунд.

Похоже, Чонгуку действительно нравилось абсолютно все, что я с ним делала, а когда я сама проявляла инициативу в постели, он и вовсе впадал в полнейший восторг и позволял мне делать с ним все, что я хотела... как и обещал когда-- то давно.

Склонившись над ним, я решила немного похулиганить и дразняще мазнула языком по слегка выступающему кофейному соску, а затем мягко его прикусила, услышав над головой хриплый смешок. Но он тут же перешел в рваный полустон, наполненный удовольствием, когда я сжала внутри его каменный член и немного приподнялась, упираясь руками ему в плечи.

--- Маленькая хулиганка, --- хрипло мурлыкнул Чонгук, прикусывая свои бесстыжие губы и дерзко усмехаясь, глядя на меня этими невозможными тигриными глазами и буквально гипнотизируя.

--- Вся в папочку, --- я выгнула бровь, прикусывая губы, и легонько провела ногтями по его широкой груди... в воспитательных целях, тут же услышав предостерегающее глухое рычание.

Наши взгляды встретились, намертво зависнув друг на друге, и Чонгук шумно выдохнул и сильнее сжал мои бедра, давая понять, что он по-прежнему главный, но я хотела это оспорить, потому, чтоб отвлечь его от привычки доминировать и подчинять меня себе в постели, обняла ладонями его красивое расслабленное лицо и жадно припала к приоткрытым от частых сбитых вдохов губам, целуя его так же горячо и нетерпеливо, как и он меня совсем недавно, но в противовес этому мучительно медленно приподнимаясь и опускаясь на его члене и откровенно наслаждаясь тем, что ощущала каждую выпирающую венку на пульсирующем толстом стволе, ведь в позе наездницы проникновение всегда было невероятно глубоким и полным, тем не менее позволяя мне все контролировать самой. К явному неудовольствию Чонгука.

--- Зайка… --- задыхаясь так же, как и я совсем недавно, прохрипел он, прижимая меня к себе так крепко, что между нами не осталось даже воздуха, --- Ты меня... с ума сведешь.

Вот как?..Значит...надо повторить.

Услышав это, я довольно улыбнулась и снова сжала его внутри, вся покрывшись мурашками и от ощущений, и от последовавшего за этим глухого чувственного стона, сорвавшегося с его губ, который так хотела услышать.

--- Тебе что-то не нравится, любимый? --- невинно поинтересовалась я, склонившись над ним, и нежно провела пальцем по изогнувшимся в лукавой и дерзкой полуухмылке грешным губам, шепнувшим:

--- Ну что ты, сладкая… в твоём исполнении мне нравится абсолютно все... Продолжай…

Так я и думала… с виду такой большой и грозный, но стоит лишь погладить за ушком, как этот рычащий зверь тут же превращается в ручную мурчащую кису.

Вознаградив его поцелуем за послушание, я снова возобновила свои движения, выпрямившись и упираясь ладонями в его часто вздымающуюся грудную клетку и откровенно наслаждаясь тем голодным взглядом, которым он смотрел на меня из-под полуопущенных длинных ресниц, сжимая мои бедра уже крепче, словно желая наказать.

--- Давай, малыш. Покажи мне, как ты это любишь... как тебе нравится... контролировать меня...--- на выдохе шепнул Чонгук, практически мурлыча и прикусывая свои красивые бархатные губы, при этом буквально пожирая меня таким жгучим взглядом, что я возблагодарила ночную тьму, надёжно скрывавшую мои вспыхнувшие щеки.

Никогда не думала, что такое возможно, но за то время, что мы с Чонгуком были женаты, я поняла, что с ним возможно практически все.

И даже сгорать от смущения, как неопытная девственница, только от одного звука вкрадчивого глубокого голоса мужа и того хищного развращающего взгляда, которым он на меня смотрел, пока я прыгала на его члене.