Моя умница

Он мог бы наслаждаться таким чувственным неторопливым сексом часами, но Розэ вскоре... вновь удивляет его.

---- Чонгу...--- доносится до его затуманенного наслаждением сознания ее задыхающийся шёпот.

--- Что , малыш?.. --- слетает с его губ так же рвано, на выдохе.

--- Можешь не осторожничать ... Я пью ... противозачаточные. --- выдыхает Розэ, почему-то решая выбрать именно этот момент, чтобы сообщить ему об этом.

От этой новости Чонгук даже прекращает двигаться, удивлённо распахивая глаза, и наталкивается взглядом на довольную улыбку его коварного невероятно предусмотрительного олененка. Но она явно недовольна тем, что он остановился, лишив ее всех приятных ощущений разом. И он ее прекрасно понимает, ведь тоже был бы недоволен , остановись она в такой момент, но... ему жизненно необходимо выяснить все до конца, раз уж они начали этот разговор, пусть и не в самое подходящее время.

--- Как давно?

Темная бровь изгибается, а по чонгуковским губам постепенно расползается хищная улыбка, не предвещающая этой маленькой хулиганке ничего хорошего.

---- Уже ... две недели. --- Розэ смущённо опускает глаза, скрывая их от него пушистыми ресницами, и кусает губы , и Чонгук не может сдержать тихого смешка.

Глупышка.

Неужели она думала, что он будет ее ругать?

Да он даже не предполагал, что его девочка окажется настолько предусмотрительной.

Но она у него ... настоящая умница, как и всегда.

Но всё-таки Чонгук не может сдержаться и не подразнить ее даже в такой интимный момент и притягивает к себе за затылок , хрипло шепча в самые губы и дразняще улыбаясь:

---- Ах ты маленькая хитрюга ... Так ты уже давно планировала мое соблазнение, да?

Услышав это, Розэ смущённо пищит и бьёт его кулачком в плечо , а затем прячет лицо у него на груди, как всегда делает, когда он заставляет ее краснеть , что в данный момент выглядит ещё смешнее, ведь она буквально сидит на его члене... голая. Потому Чонгук тихо смеётся и успокаивающе гладит ее по спине, зарываясь в шелковые волосы на затылке , и целует в растрепанную пушистую макушку, с улыбкой шепча:

--- Тише... тише, любимая ... На самом деле... ты у меня просто умница... Но почему сразу не сказала ?

Розэ недовольно сопит ему в ключицы и немного отстраняется, чтоб смерить своего любимого бандита укоризненным взглядом.

--- Ну ...хотя бы потому... что кое-кто довел меня до такого состояния, что я не могла говорить .

--- Ах вот оно что...

Глаза Чонгука вспыхивают ,и он рывком возвращает ее назад, почти обжигая любимые губы горячим дыханием и таким же горячим шепотом:

--- И доведу ещё не один раз, даже не сомневайся, сладкая ... Продолжим ?..

Он толкается бедрами вверх, не дожидаясь ее ответа, но он ему и не нужен, ведь самым лучшим ответом служит ее сладкий, беспомощный и абсолютно покорный стон ему в губы.

И теперь его движения становятся уверенными и резкими, размашисто ---прицельными, ведь он больше не сдерживается и точно знает, куда бить, чтоб вновь довести ее до того самого состояния бессловесного, задыхающегося , умоляющего существа, желающего лишь одного...

Ещё.

И Чонгук прекрасно знает, что нужно его малышке, потому снова все берет на себя, и, даже будучи снизу , не позволяет ей больше баловаться и хулиганить.

Он крепко сжимает ее бедра и направляет , заставляя двигаться так, как нужно ему, и раз за разом находит такие углы, от которых у нее закатываются глаза, и Розэ больше даже не пытается спорить и возражать, ведь ей сейчас... Слишком хорошо.

Ей безумно нравится все, что он с ней делает ...

... нравится быть ведомой, слабой и послушной в его сильных уверенных руках...

...нравится быть его... куклой для постельных утех...

...нравится чувствовать его невероятно глубокие , резкие, размашистые толчки и горячие широкие ладони на бедрах, направляющие ее движения и держащие так крепко , что она не смогла бы вырваться , даже если бы захотела...

...Но она и не хочет и послушно принимает его ласки... позволяет ему владеть собой ...позволяет себя иметь , подставляясь под его топкие поцелуи и полностью принимая его в свое тело... и Чонгук все больше ускоряет темп, вонзаясь в нее до упора и рвано выдыхая рычащие сорванные стоны ей в губы , и она чувствует, как тяжело вздымается его грудь под ее ладонями ... как часто и сильно бьётся его сердце .

Но когда она уже понимает, что вот-вот сорвётся с края пропасти, на котором балансирует последние пять минут, этот бессовестный хулиган словно нарочно замедляется , желая ее помучить , и приподнимается, заставляя ее тоже выпрямиться и встретиться с его затуманенными ,совершенно хмельными глазами, в которых плещется чистая, концентрированная, неприкрытая похоть.

--- Ты ... почему... остановился ? --- Розэ едва может говорить, потому недовольно стонет и выразительно смотрит на него, ведь ей жизненно необходимо это выяснить ( хотя намного больше ей необходимо, чтобы он продолжил, черт возьми!), а Чонгук лишь коварно и совершенно по--хулигански усмехается и сжимает ее бедра, снова притягивая ее к себе, и хрипло шепчет в самые губы, обдавая их жарким сбитым дыханием:

---- Ты же вроде хотела... побыть главной?.. --- выгибает бровь , и у Розэ все больше крепнет желание его стукнуть , --- ну так ... Давай, малышка... Смелее... Покажи мне, какой прекрасной наездницей ты можешь быть...пока я разрешаю...

Розэ вспыхивает оттого, насколько интимно и развратно это звучит, и кусает губы , но не сдержавшись, насмешливо фыркает, (разрешает он !) и... тут же снова стонет , ощутив новый, коварный и невероятно глубокий толчок снизу, и в этот момент чувствует себя бабочкой , которую пришпилили к столу... иголкой. Оооооочень длинной.

Хотя то, чем шпилит ее Чонгук, намного... Намного толще ... И длиннее... И ох черт, он же ее сейчас просто разорвет на части ...

И она понимает, что этот бессовестный хулиган делает это намеренно, наглядно демонстрируя ей, кто главный на самом деле.

Но Розэ и так это прекрасно знает.

Конечно он .

Всегда. Только. Он.

Она кусает губы и возмущённо смотрит на него сквозь полуприкрытые ресницы , но сказать по--прежнему ничего не может без риска нарваться на очередное коварное проникновение, и потому лишь сужает глаза и слегка царапает его крепкую широкую грудь, на которую опирается, а затем, решив не оставаться в долгу и все же немножечко похулиганить ( чтоб не расслаблялся )... сжимает его внутри и улыбается от хриплого стона, сорвавшегося с его бархатных грешных губ.

Чонгук выгибает бровь , прикусывая свои бесстыжие губы , что уже изгибаются в слишком хорошо знакомой ей дерзкой полуухмылке, не предвещающей ей ничего хорошего, и его глаза хищно сверкают и сужаются , без слов говоря:

А вот это уже...

Опасно, Бэмби... Очень опасно.

И он толкается снова и усмехается, когда стонет уже она, ведь он сейчас так глубоко, как не был, пожалуй, ещё никогда, и , не выдержав, она почти падает ему на грудь ,ставя точку в их глупом соревновании.

Но... сегодня здесь точно не будет ни проигравших , ни неудовлетворенных.

Чонгук тихо смеётся, чересчур явно довольный собой, но, чтоб его девочке было не так обидно за проигрыш , нежно гладит ее по спине, давая немного прийти в себя, а затем хрипло выдыхает в пушистую светлую макушку: