Немецкий орден

[355]

[Бахтин А. П. Ледовое побоище: о построении "свиньёй" или "острой колонной"/Слово. Ру: Балтийский акцент. № 2, 3. Калининград: БФУ им. И. Канта. 2015. С. 77–84]

. Тем не менее обе стороны приписали победу себе.

Внешняя и внутренняя политика ордена в Ливонии.

После сражения при Раковоре обстановка на ливонско-русской границе вновь более чем на 50 лет вошла в мирное русло.

Для Ливонии наиболее сложным оказалось выстроить единую внутреннюю и внешнюю политику. Взаимоотношения между высшими ливонскими структурами были очень запутанными. В церковно-правовом отношении высшим должностным лицом был архиепископ Рижский, которому в вопросах религии и церковного права подчинялась почти вся Ливония, а также Пруссия. Только епископ Ревельский (Таллинский) подчинялся архиепископу Лундскому. Как светские правители, епископы были совершенно независимы и придерживались самостоятельной внутренней и внешней политики.

Особенно сложными являлись отношения между архиепископом Рижским и орденом. В начале XIV в. это едва не привело к ликвидации ордена в Ливонии.

Попытка усиления роли ордена натолкнулась на противодействие со стороны архиепископа. Противоречия часто выливались в прямые столкновения. Всё это постоянно дестабилизировало ситуацию внутри Ливонии, и на решение этих проблем требовалось много времени и ресурсов, что не позволяло активно решать вопросы внешней политики.

Главным внешним врагом ордена в Ливонии была языческая Литва, постоянно совершавшая крупные набеги. С 1210 по 1268 г. она совершила 29 походов

[356]

[Lowmianski Н. Prusu-Litwa-Kryuyacu. Warsyawa, 1989. S. 195]

. Псков и Новгород в этом раскладе оставались вне актуальной политики ордена, их старались не провоцировать и поддерживать с ними мирные отношения.

Так, за весь XIII в. Тевтонский орден в Ливонии принимал участие в нападениях на русские территории не более четырёх раз, из них три рейда были спровоцированы набегами русских. За это же время русские ходили в походы на Ливонию и датчан 11 раз. Литовцы за это же время подвергли нападениям только псковско-новгородские земли более восьми раз. Александр (Невский) уже в 1239 г. вынужден был отдать распоряжение строить укрепления на реке Шелони против вторжений литвинов

[357]

[Пашуто В. Т. Указ. соч. С. 51]

.

Экспансия Литвы на Русь.

Литовское государство к этому времени проводило довольно жёсткую завоевательную политику по отношению к своим соседям. Уже в начале XIII в. зафиксированы частые нападения литовцев на земли Новгорода. Эти разорительные набеги следуют один за другим, охватывая всё более широкий район новгородской земли

[358]

[Там же. С. 50.]

, а с 20-х годов также земель Полоцка и Смоленска. Особенно эта политика усилилась по отношению к раздробленной Руси, подвергшейся двум татарским вторжениям. В советской историографии Тевтонский орден обвинялся в нападениях на обессиленную татарским нашествием Русь (что ни в коей мере не относится к Пскову и Новгороду), однако Литва поступала точно таким же образом на протяжении всей истории XIII–XIV вв. и далее.

Если в начале 20-х годов XIII в. литовские нападения на Русь выливались в набеги с целью захвата пленных и разграбления деревень, то начиная примерно с 1238 г., когда правителем стал Миндовг, началась настоящая литовская экспансия с целью захвата земель и населения. Миндовг представлял для Александра (Невского) значительно большую угрозу, чем ливонские немцы на севере. Начавшаяся война с Литвой закончилась в начале 1250-х поражением Александра и потерей Чёрной Руси

[359]

[Фенел Д. Указ. соч. С. 142.]

. Политикой Миндовга становится постепенное завоевание соседних территорий. Ещё до подхода Тевтонского ордена к литовским границам со стороны Пруссии Литвой в начале 50-х годов XIII столетия уже были захвачены остатки Полоцкого княжества, западная часть бывшего Туро-Пинского княжества в верховьях Припяти и северный треугольник Волынской земли с Брестом. Около 1256 г. дружины галичан и литвинов разорили окрестности Киева. С этого времени началась новая волна литовских завоеваний русских земель.

Кризис в Святой Земле: 1260–1277 гг.

Появление в Сирии монголов в конце 50-х годов XIII в. оттянуло на некоторое время силы мусульман от территорий крестоносцев.

В этот период монголы нанесли тяжёлое поражение Багдадскому халифату и овладели внутренними областями Сирии. Не затрагивая владений христиан, Китбога (Китбуга), военачальник двадцатитысячной монгольской армии захватил Дамаск и продолжил свой поход на Египет. В сентябре 1260 г. в битве при Айн-Джалуте египетские мамлюки

{62}

во главе с Бейбарсом разгромили монголов и отбили у них Дамаск.

Новый султан Египта Бейбарс (1260–1277) значительно укрепил Египет и с гордостью считал себя вторым Салах ад-Дином. Он объединил Египет с Сирией, перестроил укрепления, пополнил вооружение, создал большой флот, реорганизовал управление страной, улучшил систему искусственного орошения. Вслед за этим Бейбарс всю свою энергию направил против остатков владений франков в Сирии и Палестине.

Тем временем в 1264 г. в Акре в отсутствие хохмейстера (верховного магистра) собрался Генеральный капитул Тевтонского ордена. Помимо текущих дел, встал вопрос о пребывании в Святой Земле верховного магистра. Дело в том, что по соглашению от 9 октября 1258 г. между орденами тамплиеров, иоаннитов и Тевтонским орденом во время отсутствия магистра при известных условиях магистры тамплиеров и иоаннитов могли вмешиваться в их дела относительно военного использования. Тевтонские орденские братья, вынужденные подчиняться чужим магистрам, часто чувствовали себя ущемлёнными. Поэтому на капитуле было постановлено, что магистр не должен без разрешения капитула уезжать "за море" (в Европу) и оставаться там долгое время. Если он там задержится сверх разрешённого времени, то капитул имеет право вести речь о его отставке. Тем не менее Анно фон Зангерхаузен появился в Палестине только в 1267 г. Всё это время он находился в Германии, где организовывал приток новых крестоносцев в Пруссию.

В это время Бейбарс, одержав 24 августа 1266 г. победу над армянским королём Хетумом I

{63}

сражении под Дарбзаком (Дербезак), в котором один из сыновей Хетума I погиб, а второй попал в плен, направил своё войско на север. Орденское укрепление в Амуде, прикрывавшее брод через Джихан, было взято штурмом и сожжено. После этого путь на столицу Киликийской Армении Сие стал свободен, и она была захвачена и разорена. В тяжёлых условиях Хетум I был вынужден заключить мир. В это время в Армении появляется Анно фон Зангерхаузен. Такая забота о подвергшемся опасности христианском королевстве тем более удивительна, что в то время в Пруссии бушевало большое восстание. Магистр ведёт переговоры о строительстве замка, который орден должен был построить у Чёрной башни. Где эта башня располагалась, неясно, но, вероятно, у дороги, которая вела через Арманус-Форте (Пфорте). Может быть, это башня из Амуды, где ранее был брод через Джихан, или под Харунией. В любом случае орден в 1271 г. стремился сохранить своё положение в Армении

[360]

[Forstreuter К. Der Deutsche Orden am Mittelmeer. S. 64, 65.]

.

Замок Монтфорт, реконструкция

Принадлежащие Тевтонскому ордену территории на Кипре уже в 1258 г. были минимальными: Кипр с Киликийской Арменией образовывали один баллей, называемый Арменией (Armenien). С Кипра можно было легко достичь побережья Киликии. Таким образом, он являлся неким трамплином как для Киликийской Армении, так и для Палестины