Немецкий орден

[304]

[Forstreuter K. Der Deutsche Orden am Mittelmeer. S. 38.]

.

В Акре Анно фон Зангерхаузен оставался до марта 1261 г., а с ноября в качестве наместника магистра на Ближнем Востоке правил великий комтур Хартманн фон Хельдрунген. Сам верховный магистр отправился в Германию, а позднее много времени провёл при папском дворе, добиваясь новых важных привилегий для Тевтонского ордена.

Папа Александр IV (1254–1261) всячески покровительствовал рыцарским орденам; соответствующие папские буллы выходили одна за другой. Чтобы как-то увеличить число орденских рыцарей, столь необходимых в Палестине, были облегчены условия вступления в Тевтонский орден. Существовавший испытательный срок отменили. Тем, кто вступил в рыцарское сообщество, запрещалось его покидать или переходить в другой орден под страхом отлучения. Приверженцы Гогенштауфенского императорского дома, которые были отлучены от церкви или наказаны отстранением от должности, могли освободиться от наказания вступлением в орден. С подачи магистра папа издал буллу, в которой новым братьям предоставлялось отпущение грехов за борьбу с неверными в Пруссии, тем самым они были приравнены к братьям, ведущим борьбу в Святой Земле. В буллах, касающихся положения в Пруссии и Ливонии, орденским рыцарям запрещалось притеснять местное население под угрозой отлучения. Право подобного наказания принадлежало только папе. Этим он защитил орденских братьев в Ливонии, которые из-за конфликтов с архиепископом Рижским находились под постоянной угрозой отлучения. Для усиления финансовых возможностей ордена им предоставлялись новые права, освобождающие от налогов и пошлин, отдельным членам ордена разрешалось заниматься торговлей, а также принимать наследство, доставшееся от родителей. Это высокое покровительство Святого престола очень способствовало усилению ордена и росту его численности. В Германии никогда ранее не видели подобного наплыва молодых рыцарей в орденских плащах

[305]

[Voigt J. Handbuch. Bd. 1. S. 194, 195.]

. Но подавляющее большинство их предназначалось для отправки в Палестину.

Герхард фон Хирцберг, 1257–1259 гг.

Вице-ландмейстер Пруссии Бурхард фон Хорнхаузен в 1257 г. был переведён вице-ландмейстером в Ливонию, его заменил Герхард фон Хирцберг

[306]

[Voigt J. Namen. S. 3.]

, комтур Мемельсбурга.

Он относился терпимо к новообращённым пруссам, понимая, что отсутствие епископа Самбии, постоянно находившегося за границами своей диоцезии, не способствует духовному спасению новоявленных христиан. Епископом Хайнрихом не было построено ни одной кирхи, и он только спорил с конвентом в Кёнигсберге о деньгах и имуществе своего епископства. Таким образом, покорённый народ оставался без должной христианской проповеди и учения. Понимая это, Герхард фон Хирцберг смотрел сквозь пальцы на продолжающиеся в среде самбов языческие обряды, направляя основные усилия на поддержание порядка и выполнение военных обязательств, данных ордену пруссами.

Наконец, в мае 1258 г. последовал церковный раздел Самбии, и из трёх частей епископ, наконец, выбрал северо-западную часть, наиболее удалённую от вторжения язычников с востока. При этом он обещал подтвердить выделенные орденом для знатных пруссов имения. Но и теперь, когда епископ обеспечил себя доходами с земель епископства, в Самбии он так и не появился, отсиживаясь в Торне.

Особое внимание Герхард фон Хирцберг уделил внешней политике, улаживая затянувшиеся территориальные споры с князем Казимиром Куявским. Только в августе 1257 г. в Риме при папском престоле князь дал обещание впредь не предъявлять претензий. За отказ от области Зассен (Сассовия) орден уступил ему деревню Орлау, а также гарантировал владение половиной Любавской земли. Но и эту половину князь вскоре в качестве благочестивого дара передал кирхе в Кульмзее. Вслед за этим вице-ландмейстер разрешил спорные вопросы с епископом Плоцким Андреасом о ранее подаренных ордену (бывшим епископом Гюнтером) областях Хельмской земли. Были решены проблемы о десятине, отдельных владениях, правах, светской подсудности и рассмотрены остальные претензии. Епископ отказался от повышения десятины и других притязаний, за что и был вознаграждён наследным имением неподалеку от Кульмзее и владениями в Любавской земле

[307]

[Voigt J. Handbuch. Bd. 1. S. 192, 193.]

.

Герхард фон Хирцберг в 1258 г. основал два новых замка на границе с Надровией — Лабиау и Лаукишкен, а также дал распоряжение укреплять старые и вновь построенные замки, в том числе Кёнигсбергский. На 14 апреля 1257 г. крепость Кёнигсберг выглядела таким образом: на востоке, на небольшом холме над поймой реки, находилось главное укрепление; к нему примыкало предзамковое укрепление (форбург), а на западе была площадка, где "братья складывали камни для строительства новой крепости". То, что новый каменный замок к 1260 г. не был построен, не вызывает сомнений, так как в марте 1258 г. орден договаривается с епископом Самбийским, что если рыцари отсюда уйдут, то деревянный замок передадут ему. Это говорит о том, что орден не был уверен в необходимости иметь в этом месте свой укреплённый пункт

[308]

[Lahrs F. Das Königsberger Schloss. S. 10.]

. На северо-западе от крепости вскоре образовалось городское поселение, была построена кирха Св. Николая

[309]

[Гаузе Ф. Кёнигсберг в Пруссии. Реклингхаузен, 1994. С. 11.]

.

Однако общее положение ордена в Пруссии было достаточно неустойчивым; об этом говорит и величина захваченных территорий, на которой к 1260 г. имелось только 28 орденских крепостей. Все они, как правило, представляли собой вальные укрепления с деревянными стенами и башнями. Неуверенность также вызывало многочисленное и ненадёжное прусское население, которому орден мог противопоставить лишь несколько десятков рыцарей и несоразмерное с пруссами количество немецких горожан. Всё меньше приходилось рассчитывать на прибывавшие с запада отряды пилигримов. Из-за их отсутствия на годы откладывалось окончательное завоевание Пруссии. Да и сами эти отряды из года в год становились всё меньше и слабее. Вице-ландмейстер всё это прекрасно осознавал и за счёт подарков и хороших взаимоотношений с прусской знатью добивался лояльности местного населения. Большое количество детей прусских вождей предусмотрительно отправляли на воспитание и обучение в Германию, где их приобщали к христианской культуре и цивилизации.

Тем временем на Генеральном капитуле было принято решение о назначении комтура Кристбурга Хартмуда фон Грумбаха (Hartmud von Grumbach) новым ландмейстером Пруссии и Ливонии взамен Дитриха фон Грюнингена, который по большей части в Пруссии отсутствовал. В связи с этим и Герхард фон Хирцберг в апреле 1259 г. покидает свой пост и отправляется в Германию

[310]

[Voigt J. Handbuch. Bd. 1. S. 198, 199. Voigt J. Namen. S. 3.]

.

Поражение при Дурбе: 1260 г.

Новый вице-ландмейстер Ливонии — брат Бурхард фон Хорнхаузен, который прекрасно знал положение дел в Пруссии, предложил ланд-мейстеру Хартмуду фон Грумбаху совместными усилиями соорудить в Карсовии (северная часть Скаловии)

[311]

[Петер из Дусбурга. С. 296.]

замок. При равных затратах сил и средств замок Георгенбург в 1259 г. был построен

[312]

[Там же. С. 88.]

. Для чего он был основан в глубине вражеских земель — сказать трудно, можно лишь предположить, что этот замок выполнял сразу несколько задач. Во-первых, отвлечь жемайтов от вторжения в Ливонию и угрожать им с юга; во-вторых, попытаться наладить прямую связь между Ливонией и Пруссией, которая до той поры поддерживалась только по Куршской косе. Но это только предположение, так как к этому времени ордену в Пруссии ещё только предстояло завоевать Надровию и Скаловию, чтобы подойти к границам Жемайтии. Судя по всему, с постройкой этого замка орденская администрация сильно поторопилась.