Немецкий орден

{160}

. В империи его надежды не оправдались — никто из князей и пальцем не пошевелил. Он вернулся домой во Франконию и, живя там на скудные доходы, искал возможность заработать деньги, в том числе в качестве командира наёмников на службе папе или императору. Альбрехт уже помышлял отречься от своего поста, передав его комтуру Мемеля герцогу Эриху фон Брауншвейгу

{161}

, и перейти на службу к королю Франции

[1324]

[Бокман Х. Указ. соч. М"2004. С. 178.]

. Но весной 1523 г., находясь на рейхстаге в Нюрнберге, ознакомился с новым учением Лютера. Он вступил в переписку с реформатором и передал ему устав Тевтонского ордена с просьбой просмотреть и дать рекомендации по его реформе. На начальном этапе Лютер предложил отказаться от обета безбрачия. Но при личной встрече в ноябре 1523 г. и в мае 1524 г. Лютер и его соратник Меланхтон рекомендовали магистру упразднить орден и создать светское княжество или герцогство. Альбрехт продолжал сомневаться, и тогда Лютер предложил направить своего проповедника в Кёнигсберг. Магистр согласился, и реформация в Пруссии стала набирать обороты.

Движение к реформации.

В Кёнигсберге во время великого поста 1519 г. католическая церковь в последний раз продемонстрировала свое могущество и роскошное великолепие во время большой процессии, проходившей через все церкви города. От Кафедрального собора участники шествия направились к Альтштадтской и Штайндаммской кирхам, затем к кирхе Св. Марии Магдалены на площади Мюнцплатц, от неё к замковой кирхе и далее в сторону кирх Св. Креста и Св. Барбары, от альтштадтского госпиталя "К Святому Духу" и назад к Кафедральному собору. Вместе с соборным капитулом и городским духовенством в процессии шествовали верховный магистр Альбрехт со своим братом маркграфом Вильгельмом, герцогом Эрихом фон Брауншвейгом, бывшим в то время комтуром в Мемеле, епископами Георгом фон Поленцем и Иовом фон Добенеком, сопровождаемыми огромным количеством народа. Спустя несколько недель Поленц был возведен в Кафедральном соборе в сан епископа Замландского.

Мартин Лютер

Это было последнее большое католическое торжество в Кафедральном соборе.

По желанию Альбрехта Лютер послал в Пруссию своего сподвижника Иоганнеса Брисманна. В Кёнигсберге тот стал читать в трапезной каноников лекции по теологии, а 27 сентября 1523 г., будучи ещё в одеянии францисканца, прочитал в Кафедральном соборе первую евангелическую проповедь. Вскоре он стал советником епископа Поленца по вопросам теологии. Последний, более юрист и государственный деятель, чем теолог, встал на сторону Брисманна и четверть года спустя в рождественской проповеди объявил себя публично приверженцем учения Лютера. Он был первым епископом, сделавшим этот шаг. Вторым стал Эрхард фон Квайс, епископ Помезанский. Таким образом, прежде чем магистр вернулся из Германии, оба прусских земельных епископа стали приверженцами лютеранской веры.

Реформация пришла в Пруссию из Германии. Ни один из прусских реформаторов не был уроженцем Пруссии. Однако учение Лютера не было навязано жителям страны. Его посланцы нашли там хорошо подготовленную почву. Новое учение особенно быстро и с большой готовностью восприняли граждане Кёнигсберга. Правда, неизбежным было и то, что учение в таком многослойном обществе должно было вызвать социальные волнения. Впервые это проявилось в 1523 г., когда в Кёнигсберге появился новый проповедник.

Иоганнес Амандус, которого Лютер, видимо, не очень хорошо знал, но которого по инициативе Альбрехта послал в Пруссию, не был, в отличие от рассудительного Брисманна, гуманистом. Он владел нижненемецким диалектом и вульгарной латынью, говорил образно и выразительно, научившись этому будучи священником, отпускающим грехи. Он быстро завоевал в среде народа авторитет, обращаясь к его чувству зависти, натравливая бунтарски настроенную чернь на учреждения католической церкви и её сторонников. Фанатик по натуре, Амандус любое возражение клеймил как богохульство, притязая на то, что только он способен вещать правдивое слово Божье. Своих противников из состоятельных граждан он даже отлучал от церкви, обвиняя их в ереси, опираясь при этом на своих друзей из числа ремесленников.

Амандус был ответственен за акт насилия, произошедший в Кёнигсберге. В понедельник после Светлого Воскресенья 1524 г. он, вопреки традиции, читал свою проповедь не в альтштадтской, а в лёбенихтской церкви, и призвал народ на штурм близлежащего францисканского монастыря: "Монахи достаточно долго ели и пили с вами, а теперь идите к ним и поешьте и попейте с ними". После этого толпа захватила монастырь и разорила его. Была сожжена деревянная скульптура Св. Франциска. Монахам удалось спастись благодаря кёнигсбергскому комтуру, который, узнав о беспорядках, помог им свободно покинуть свою обитель. Позднее монастырь снесли, женский же остался нетронутым.

За исключением этого случая, декатолизация церквей проходила спокойно. Картинные украшения и одежда духовенства изымались, отдавались на хранение или продавались. Большинство серебряных предметов из церковной утвари было переплавлено ещё во время войн с поляками.

Воинственный Амандус не удовлетворился своим успехом. Он обрушился на альтштадтский муниципалитет и обвинил Сператуса, только что приехавшего в Кёнигсберг, в недостаточном реформатском усердии, упрекая его в том, что тот добивается благосклонности князей и властей, чем и заслуживает ненависть благочестивых. Эта демагогия переполнила чашу терпения муниципалитета. В октябре 1524 г. Амандус вынужден был покинуть город. Он умер в 1530 г. в Госларе.

Благодаря деятельности этих людей Кёнигсберг стал евангелическим городом ещё до того, как магистр снял своё орденское платье. Выступлений против реформации со стороны католической церкви в Кёнигсберге не было, если не считать отклонённой комтуром жалобы монахов по поводу народного представления на Масленицу 1524 г., в котором Лютер выступал против папы римского. О судьбе распущенного в это время капитула Кафедрального собора мало что известно. Так, один из настоятелей принял лютеранство, другой, сложив с себя духовный сан, занялся торговлей. Соборный декан Адальберт Дойчманн подался к епископу Эрмландскому. Оставшиеся в Кёнигсберге каноники обеспечивались ведомством в Заалау, принадлежавшем капитулу. На подворье старшего священника в Нойхаузене разместилось герцогское казначейское ведомство, а сам замок стал летним и охотничьим замком герцога

[1325]

[Гаузе Ф. Указ. соч. С. 57–61.]

.

Тайные переговоры.

Ещё до окончания перемирия Альбрехтом при посредничестве брата Георга фон Бранденбурга-Ансбаха и герцога Фридриха фон Лигница унд Брига велись переговоры с Сигизмундом I. На них рассматривалось несколько проектов мирного договора.

Совершенно неожиданно для Альбрехта он получил предложения с польской стороны, которые вызвали важные изменения в его планах.

Об этом событии он оставил собственноручно написанный документ: "Воспоминания о том, что сказал мне в 1524 г. в Нюрнберге тайно ночью в доме Михаэля Родена Ахатиус Цемен, глава Штаргарда и поверенное лицо господина Домецки (Томицкого), епископа Польши, вице-канцлера Польши и господина Кристофа фон Шидловитца (Шидловецкого), воеводы Кракова, верховного канцлера Польской империи, передавший мне их послание с их собственноручными подписями.

Для начала он убедил меня дать ему клятву, что я ни одному человеку в мире не скажу ни слова о том, что ему приказано было мне передать.

После обсуждения этого вопроса, когда выяснилось, что Ахатиус дал обоим господам клятву, что их предложение он передаст только мне одному, я пообещал ему это. Как оказалось, посланник короля Франции в Кракове сообщил этим господам, что я намереваюсь перейти под власть короля Франции и даже лично отправиться к нему, а Пруссию и народ передать комтуру Мемеля герцогу Эриху фон Брауншвейгу. Как только они узнали об этом, они отправили его (Ахатиуса Цемена) ко мне, чтобы отговорить меня от этих шагов, так как они как советники польской короны большое значение придают кровной дружбе и тому, что я племянник польского короля. Так как они поняли, что я хочу передать