Немецкий орден

Женских монастырей в Пруссии было мало. В Торне с давних времён стоял монастырь Дев Святого Духа, подобный был также в Кульме, каждый со своей собственной аббатисой. В знак благодарности за победу при Штребе верховный магистр Генрих Дуземер фон Арфберг построил женский монастырь в кёнигсбергском Лёбенихте и наделил его некоторыми привилегиями, свободами и земельными владениями. Позднейшие магистры неоднократно выделяли средства, и он был относительно состоятельным монастырём, долгое время единственным в Кёнигсберге. В Данциге находился монастырь Бригитты Августинского ордена, в котором проживали кающиеся девы и вдовы. Хотя монастырь имел небольшие постоянные доходы, жили монахини преимущественно на подаяния, при этом давая взаймы деньги. С августинским монастырём кающихся братьев у них постоянно происходили споры и перепалки. Как кажется, это происходило по причине отсутствия определённых правил, или же монахи и монахини не строго их придерживались. Монастырь Бригитты конфликтовал и с бюргерами города, жаловавшимися на его неправомерные притязания на недвижимое имущество, а также на то, что, занимаясь торговлей, монастырь не выплачивал обязательных налогов. Ко времени Конрада фон Юнгингена женский монастырь получил строгое предписание принимать под свою крышу только вдов.

Каждый женский монастырь имел своего священника (пробста), руководившего им в качестве управляющего и представителя по внешним связям. Его назначение и отстранение осуществлял верховный магистр как непосредственный покровитель женских монастырей в стране.

Таким образом, монастырская жизнь в Пруссии не имела большого значения для религиозного и культурного развития этой территории. Если на начальном этапе доминиканцы и францисканцы имели перед орденом некоторые заслуги, то позднее они погрузились в проблемы мирской жизни. Бедность монастырей сказалась и на дисциплине — внешний мир воспринимался через призму меркантильности. Отчасти виноват в этом Немецкий орден, не позволявший монашеству и монастырскому делу двигаться к преуспеванию и развитию

[1104]

[Ibid. S. 466, 467.]

.

Том III

ФИНАЛ

ГЛАВА 1

Ульрих фон Юнгинген: 1407–1408 гг.

Новым магистром был избран младший брат Конрада фон Юнгингена Ульрих, который, так же как и его брат Конрад, поступил на службу в Немецкий орден. Успешной карьере Ульриха в Пруссии, вероятно, содействовал его брат, но развивалась она не столь стремительно, как у Конрада. Первые упоминания об Ульрихе фон Юнгингене появились в 1383 г., когда он числился в должности рыбного магистра в Драузене, затем был управляющим — пфлегером в Мортеге Кристбургского комтурства. В 1387 г. Ульрих был кумпаном верховного маршала Конрада фон Валленрода, в 1387–1391 гг. — кумпаном верховного маршала Энгельхарда фон Рабе ив 1391–1392 гг. — кумпаном верховного магистра Конрада фон Валленрода. Должность фогта Самбии (Замланда) Ульрих занимал с 1393 по 1396 г. Далее последовали должности комтура Бальги и фогта Натангии (1396–1404), перед избранием его верховным магистром он занимал должность орденского маршала (1404–1407). На Генеральном капитуле 26 июня 1407 г. Ульрих фон Юнгинген достиг вершины своей карьеры, будучи избранным верховным магистром.

Годы его службы в ордене были полны политических и военных событий, начавшихся с возникновения польско-литовской унии в 1386 г. Как кумпан верховного маршала Ульрих, безусловно, участвовал в большом походе в Литву и осаде Вильни в 1390 г. При заключении мира в Заллинвердере (1398) и союза в Риттерсвердере (1404) он присутствовал уже как комтур Бальги. Также он принимал участие в походах ордена на Готланд (1398 и 1404) и в 1404 г. вёл переговоры в Висби. Как орденский маршал, он находился в постоянном контакте с Витовтом. Это были ответственные задачи, с которыми он прекрасно справился.

По своему характеру Ульрих фон Юнгинген являлся представителем рыцарской культуры и, как метко заметил один летописец, "дворянином сердцем". Это означало прямолинейность, добросердечность и одновременно воинственность, а также надёжность в словах и делах — это те качества, которые Ульрих с определённой наивностью надеялся найти в друзьях и врагах. Это крайне ему мешало в той политике лицемерия, предательства и обмана окружающих его политических деятелей в лице Ягайло, Витовта и других европейских правителей.

Верховный магистр

Ульрих фон Юнгинген

Распространённые клише "вспыльчивый" и "воинственный" не находят подтверждения в его переписке и должны рассматриваться как выдумки хронистов более позднего времени, чтобы сделать разгром ордена под Танненбергом объяснимым и понятным. То же самое касается предостережения умирающего Конрада фон Юнгингена от выборов его брата в верховные магистры, это также можно отнести к миру легенд. Напротив, выбор был сделан единогласно, и современники сочли его правильным.

В новом качестве Ульрих фон Юнгинген решил обременительный готландский вопрос (1407–1408) и обратился к другим задачам: пограничным и торговым, обустройству страны, законодательству, вводу в эксплуатацию пограничных крепостей на северо-востоке, сооружению новых крепостей в Жемайтии и т. п

[1105]

[Ekdahl S. Ulrich v. Jungingen/Der Hochmeister. S. 106–108.]

.

Переговоры Ноймарк — Дризен (Дрезденк), 1408 г.

Ещё во время правления Конрада фон Юнгингена между Польшей и орденом возникли трения вокруг Ноймарка (Новой марки), часть которой венгерский король Сигизмунд заложил ордену. Границы Ноймарка были крайне неопределёнными, и особый спор вызывала принадлежность замка и городка Дризена, расположенных на острове реки Нетцы. (Ещё в 1370 г. рыцари Генрих и Бурхард фон дер Остен получили это владение от маркграфа Бранденбургского.) Для решения этого вопроса мирным путём заинтересованные стороны собрались в самом начале 1408 г. в Ковно. На переговоры прибыли король Ягайло, великий князь Витовт, верховный магистр Ульрих фон Юнгинген и ландмейстер Ливонии Конрад фон Фитингхоф. Съезд открыл свои заседания 6 января. Основным предметом обсуждения являлись границы Ноймарка, говорили о пограничных отношениях и многом другом, но когда речь зашла о правах на Дризен, то ни одна из сторон не пошла на компромисс. Был вызван владелец Дризена Ульрих фон дер Ост, заявивший с документами на руках, что Дризен с давних пор по факту и по праву является леном маркграфов Бранденбургских, как и всё в Ноймарке. Сам он присягал верховному магистру, и если раньше признал ленную зависимость от короля Польши, то это случилось по незнанию. Тем более что он не имел на это права без разрешения своих подопечных, следовательно, его решение о ленной зависимости от короля по праву не имеет силы, а потому недействительно.

Опираясь на это положение, верховный магистр заявил о своих правах на Дризен, но Ягайло твёрдо решил не уступать ордену это владение. Нашлись и другие поводы для обострения ситуации. Переговоры не достигли никаких результатов, и стороны разъехались в крайнем раздражении. Дело не дошло до открытой войны в 1408 г. только потому, что Витовт был занят на востоке войной с московским князем. К тому же до Ягайло дошли известия, что между орденом и королём Венгрии заключён союзный договор, согласно которому обе стороны обязались оказывать друг другу помощь в войне против Польши

[1106]

[Гудавичус Э. Указ. соч. T. 1. М, 2005. С. 214, 215. Чешихин Е. В. Указ. соч. Том III. С. 450, 451. Voigt J. Handbuch der Geschichte Preussensbis zur Zeit der Reformation. Bd 3. Königsberg, 1843. S. 6–8.]