Немецкий орден

Витовт двинулся в поход, окружённый пышной свитой и с королевской роскошью. В огромном обозе имелась артиллерия. На реке Ворксле армия Витовта встретилась с татарами, руководимыми опытным военачальником Эдигеем (Едигей). Лагерь союзников был сильно укреплён, и Эдигей, не желая переправляться на правый берег, вступил в переговоры, всячески провоцируя Витовта. Тем временем к татарам подошло подкрепление с Темир-Кутлуем. Великий князь, 12 августа найдя брод, приказал переправляться на левый берег. Не успев перестроиться, войска подверглись атаке татар, выдвинутая в центр немецкая и польская тяжёлая кавалерия ситуации не изменила, армия была окружена и почти полностью уничтожена. В отряде комтура Маркварда фон Зальцбаха пало девять орденских рыцарей

[1019]

[Voigt J. Handbuch. Bd. 2. S. 317.]

и несколько рыцарей-крестоносцев: "Так, в этой битве было убито 9 господ из ордена. Также были убиты два благочестивых рыцаря — господин Ханнус и господин Томас"

[1020]

[Scriptores rerum Prussiarum. Bd. 3. S. 230, 231.]

, остальным удалось спастись. Польско-литовско-русское войско, понеся огромные потери, бежало. Витовту с братом Сигизмундом и Свидригайло с немалым трудом удалось уйти от погони.

Грандиозный план Витовта изменить положение в Золотой Орде потерпел крах.

В результате поражения надежды на триумфальное торжество в татарских степях и на русских просторах рухнули. Это сражение имело большое историческое значение: Литве пришлось отказаться от гегемонических планов в Восточной Европе

[1021]

[Бокман Х. Указ. соч. С. 143.]

. Но прежде всего это поражение ослабило Литву перед Польшей в борьбе за суверенитет. Заключённый с Тевтонским орденом мир, оплаченный Жемайтией, не принёс Литве независимости от Польши

[1022]

[Гудавичус Э. Указ. соч. Т. 1. С. 206.]

.

Борьба с пиратами.

Добившись в отношениях с Польшей и Литвой относительного затишья, магистр направил свои усилия на борьбу с пиратами. Торговля для Пруссии играла значительную роль, и Конрад фон Юнгинген вёл переговоры с Данией и Швецией по спорным вопросам для налаживания свободной торговли на Балтике. Но главной целью этих переговоров была безопасность мореплавания и освобождение моря от пиратов, приносивших Пруссии и другим государствам неизмеримые убытки.

Находясь какое-то время под покровительством мекленбургских герцогов, пираты укрепились на острове Готланд. Попытки уничтожить их собранными миротворческими флотилиями успеха не принесло. Флотилии понесли большие потери, а нападения пиратов стали ещё отчаяннее и опаснее. После заключения мира между Данией и Швецией их действия сместились в восточный бассейн Балтики, в район Ливонии и Руси, и стали угрожать орденской торговле. Из порта Висби на Готланде они совершали налёты в южном направлении в сторону Пруссии, в восточном — против Курляндии и Лифляндии, вплоть до Финского залива. Действия дерзких каперов в этом районе достигли такого размаха, что шансов у торговых судов достичь порта назначения практически не было. По постановлению собранных в Мариенбурге представителей ганзейских городов в 1397 г. для очистки моря была направлена новая флотилия судов под командой двух Гауптманов из Пруссии и одного из Любека. Этот флот очистил окрестности Борнхольма. Подойдя к Готланду, он захватил значительное количество морских разбойников и сжёг часть пиратских судов. Однако полностью достичь цели предприятия не удалось. Во-первых, не хватило настойчивости ганзейских городов довести дело до конца, а во-вторых, часть пиратов находила защиту в гаванях герцогов Штеттина и Мекленбурга. Другая часть нашла убежища на побережье Дании и Швеции. Затраченные средства на борьбу с морскими разбойниками в 1397 г. не достигли результатов. Обращение магистра к королю Альбрехту Шведскому о гарантии безопасности своих торговых кораблей от пиратов Готланда также не имело успеха. Официально власти прибалтийских государств и представители ганзейских городов осуждали и жестоко пресекали деятельность корсаров, но неофициально как отдельные города, так и некоторые правители пользовались услугами корсаров в проводимой конкурентной борьбе. Пруссия несла большие убытки, и не оставалось другого способа, как захватить это гнездо морских разбойников. Было известно, что представитель пиратского сообщества гауптман острова Свен Стуре получает на хранение половину добычи морских разбойников и всеми способами оберегает её в Висби.

Экспедиция на Готланд, 1398 г.

Верховный магистр Конрад фон Юнгинген пригласил представителей прусских городов на 21 января 1398 г. на совещание в Мариенбург. Здесь он представил им план крупной операции против Готланда, которую следовало предпринять уже в марте этого года. Расходы на эту операцию орден и города должны были нести поровну. Следовало мобилизовать 10 коггов и 30 судов меньшего размера с военными силами в 4000 человек. Орден взял на себя обязательство выставить сверх этого числа 400 конников, 50 орденских братьев и осадные машины. Этой грозной армаде, самой могучей из всех появлявшихся до тех пор на Балтийском море, следовало быть готовой к выходу к 22 февраля. Представители городов согласились. 22 февраля назначенный командующим комтур Швеца смог доложить о готовности к выходу флота из 84 парусных судов. Из них Данциг на свои средства мобилизовал для перевозки войск 4 больших и 12 малых судов. Флот принял на борт 4000 орденских войск и 400 коней. В том числе 400 человек из городского ополчения, в основном это были пешие воины

{118}

. Даже верховный магистр не ожидал такой исполнительности мобилизационного аппарата: ведь в феврале флот едва ли смог бы выйти в море. Кроме прекрасного вооружения, замечательным было также молчание посвящённых. Ни Маргарита, ни ганзейцы не догадывались, против кого была предназначена эта флотилия. Скорее всего, они предполагали очередной из ставших привычными походов на литовцев. Корабли отошли от причалов 17 марта. Этой армаде корсары не в силах были противостоять на море, и тевтонский флот без особых трудностей достиг побережья Готланда и 21 марта без потерь прибыл в Висбю. Привыкшие к зимним литовским походам воины ордена без труда переправили на берег осадные машины и по глубокому снегу доставили их на позицию. Меньше чем за три недели после начала операции был захвачен Висбю (7 апреля) и три пиратских крепости на Готланде

[1023]

[Tumler М. Ор. cit. S. 335, 336.]

. Не в силах отстоять город, Свен Стуре бежал с острова с 400 пиратами. Все пойманные морские разбойники были обезглавлены.

Замок Висбю, 1400 г.

Воспользовавшись поражением, ганзейские города сразу выделили средства, чтобы окончательно добить главенствующий на море пиратский флот. Во время данной экспедиции флот корсаров не решился вступить в открытую битву и, лишенный баз даже в финских шхерах, был вынужден перебраться с Балтики на Северное море. Новой базой пираты избрали остров Гельголанд

[1024]

[KosiarzE. Wojny na Baltyku X–XIX w. Gdansk, 1978. S. 76, 77.]

.

После крупного военного успеха возник вопрос: как следует поступить с Готландом? Его нельзя было рассматривать как бесхозное имущество, так как Альбрехт никогда не отказывался от шведской короны и даже никогда не терял этот остров; с другой стороны, можно было ожидать, что Маргарита потребует вернуть остров, как часть шведской монархии. В этом случае требовалось решить, удерживать ли Готланд за собой. Решившись на это, орденское государство, при постепенном развитии морского дела, могло выйти на позиции первой торговой и морской державы на Балтийском море. При этом необходимо было считаться с враждебностью Маргариты. Северный союз определенно не был монолитным, но Маргарита в любом случае могла полагаться на датчан, да и в самой Швеции было легко организовать движение за возвращение острова. Выступить против этих двух сил, направляемых умной, деятельной королевой, имея в тылу Польшу и ненадёжную Литву, было бы неразумно. На начальном этапе