Страница 104 из 1076
[662]
[Guttzeit E. J. Op. cit. S. 138–140.]
.
Самые большие прусские полки были Покарве и Спарвин, включавшие каждая по 60 хуф. Они состояли из многих хуторов и деревень. Полка Покарве простиралась, вероятно — так у Хенненбергера, — от Бранденбурга до Камникена, Альбенена, Тенгена и Шошена, что также доказывает один документ 1290 г. В полке Спарвин наряду с главным двором располагались Баумгарт, Грюнвизе, Гросс Клинбек, Вессельсхёфен, Дидерсдорф, вероятно, также Кельмкайм и Ворвеген. В Банав чы находим Пройсиш-Банау и Шеттнинен, рядом — более мелкие полки Драквдин, Гелетейн (Gelitten — Гелиттен).
Многочисленнее всего были прусские полки на территории, прилегавшей к заливу и в области южнее Пёршкена и вокруг города Цинтена, стало быть, там, где имеется больше всего прусских населённых пунктов. Южный район, напротив, с раннего железного века до раннего орденского периода был почти незаселённым, только в южном краешке располагались пблки Зигитен, Вомегитен, Вальдове, Тустейнен и Гройвитень. Между Вальдове и Гройвитенем возвышалась гора Тустегарбен, это название дожило до 1945 г. как Тушкеберге (Tuschkeberge) или Тушкегебирге (Tuschkegebirge) для ряда холмов между Волау и Кёльмом, Гедау.
Какие повинности должны были исполнять пруссы? О бауэрах уже говорилось: они не имели письменных свидетельств владения своими гаками. Свободным ленникам орден передавал грамоты об их владениях, в которых были указаны размер и название служебного имений, имя или имена награждённых, число служб и право, по которому было наделено имение. Над всеми служебными имениями орден постоянно оставлял за собой право верховной собственности на земельные владения. Он выделял их по Прусскому, Кульмскому или Магдебургскому праву.
Владения по прусскому праву при смерти владельца возвращались власти страны (ордену). Эта власть впоследствии наделяла ими приемлемого прусса.
По Кульмскому праву право на наследство имели по мужской и женской линии. В противоположность Кульмскому праву стояло Магдебургское право, которое предоставляло право на наследство только наследникам по мужской линии. В XV в. оно было также распространено на женских наследников и называлось затем Magseburger Recht zu beiden Ku
Основной тяжестью служебного имения была военная служба, которую прусские свободные (и витинги) должны были исполнять на коне, с лёгким, вооружением. Различали три разных вида военной службы: конная, служба с доспехами (платами) и "служба". Конная служба должна была исполняться владеющим более чем 40 хуф. Военнообязанный в полном снаряжении и на соответствующем боевом коне должен был сопровождаться по меньшей мере двумя всадниками; в целом к этому также принадлежала повозка с провиантом и корм для лошадей. Кто имел менее 40 хуф, служил с платами (доспехи, кольчуга) и другим лёгким снаряжением, на коне. Конная служба с доспехами являлась также обязанностью немецких дворян, которые имели Кульмское или Магдебургское право.
Пруссы, которые получали свои служебные имения по Прусскому праву, исполняли "службу", иногда службу с платами (доспехами). Необходимы были железный шлем или прусский шлем, щит и копьё. При этом пруссы использовали небольших, но выносливых и стойких местных коней, называемых Schweike. Немцы выращивали на конных заводах более крупную породу лошадей. Прусские витинги, которые имели только малое служебное имение до 10 хуф, были обязаны для "службы с жеребцом и латами" (боевой конь мог быть также мерином), "по обычаю края" с кольчугой (латами) и прусским оружием.
Кроме военной службы, витинги исполняли также другие службы и различные повинности. Служба в замке обязывала их находиться в составе гарнизона. При строительстве или разборке замка они охраняли или контролировали работы. Кроме того, они должны были платить сторожевые деньги и давать плужное зерно. Сторожевые деньги, которые были определены для сторожевой службы на границах, уплачивали с каждого плуга. Плуг являлся хозяйственной единицей, в среднем от 2 до 3 хуф. Плужное зерно насчитывало 1 шеффель (=55 литров) пшеницы и 1 шеффель ржи с одного хакена. Это было заменой десятины. В. Кун доказал, что "взимание десятины по плугам в Пруссии было на немецком востоке единственным в своём роде"
[663]
[Preußenland. Mitteil. D. Histor. Komm. f. Ost-und Westpr.Landesforschung aus den Archiven der Stiftung Preußischen Kulturbesitz//Kuhn W. 12. Jg. 1963. S. 494.]
.
Витинги также поставляли шалауэнское зерно — налог, которым обеспечивали пограничные замки в Шалауэне (Скаловии), прежде всего Рагнит и Шалауэнбург. Он составлял шеффель зерна с хакена. Это было связано с тем, что эти замки ввиду своего пограничного положения не могли сами обеспечить себя продуктами питания.
Все эти налоги и повинности лежали на служебных поместьях, но частично также на немецких. Налоги должны были к определённым числам направляться в орденские замки Бальга и Бранденбург. Вероятно, они собирались ратманами и доставлялись в орденские дома ланд-камерариями. Ратман представлял многие прусские деревни в качестве старосты. Известен ратман (без имени) из Павстникена под Вилькниттом — Wilknitt (1427 г.), Кирстан из Немриттена, который в 1427 г. имел имение в 2 хуфы 10 моргенов, Ганс Роман, который в 1496 г. купил большое имение в 4 хуфы и 1 хакен. Старый ратман Кристофель, который в 1534 г. владел прусским свободным имением Петерсгут, называемым также Петерсхофф, с 4 хакенами в Ширтене.
Ландкамерарий был управляющим, которому принадлежали только прусские деревни и свободные имения. Если деревня состояла из прусских и немецких крестьянских дворов, как Киршайтен и Лагендорф, то прусские принадлежали к каммерамту (Натанген), а немецкие — к вальдамту (Эйзенберг). Камерарий имел полицейские, хозяйственные и военные, но не правовые полномочия. Он принимал участие в суде комтура, который проводился дважды в год на "судном дворе" каммерамта. В качестве вознаграждения за работу камерарию выдавалось служебное имение. Его подчинённые чиновники состояли из двух унтер-камерариев, или Расктоге, и они также были пруссами
[664]
[Guttzeit E. J. Op. cit. S. 140, 142.]
.
Основание городов и немецких деревень
Несмотря на большое число прусских имений и крестьянских деревень, около 1300 г. ещё оставались незаселёнными обширные площади комтурств, прежде всего, в южных областях, где простирались обширные леса, топи и болота. Здесь комтуры Бальги в первой половине XIV в. основывали деревни, в которых планомерно селились немецкие крестьяне.
Из-за экономических, а также стратегических причин они располагались посреди прусских окраинных территорий.
Город Хайлигенбайлъ (г. Мамоново)
Селили их также на городских землях Хайлигенбайля и Цинтена, которые исполняли роль немецких торговых площадей и немецких укреплений. В городах пруссы и немцы могли менять свою продукцию на товары, прежде всего на предметы обихода, а также покупать их.
Город Хайлигенбайль (Heiligenbeil) возник, по словам многих хронистов, в 1301 г. на земле прусского поселения Swentomest, рядом со священной крепостью вблизи священного леса. Его прусское название — Swents — священный и mestan — место, жилище, очаг — было переведено на немецкий язык и дано вновь основанному городу. Впервые оно появилось в документах в 1330 г. как Heyligenstat и в переводе на латынь в качестве легенды старейшей городской печати: SIGILLVM CIVIUM DE SANCTE CIVITATE +. Под влиянием прусского населения вскоре название изменилось в гибридное Heiligenbil (1344, 1349 гг. и позднее), из чего затем в XV в. появилось Heiligenbeil. Это развитие названия объясняет, насколько крепко продолжало жить в памяти коренных жителей первоначальное поселение со священной крепостью, как и прусское mestan означавшее "место, жилище, крепость".