Страница 103 из 1076
Внутренняя политика ордена
Занимаясь проблемами войны с Литвой и придавая большое значение обеспечению безопасности Померании, Карл фон Трир, как преемник прусских ландмейстеров, не забывал и основу ордена — земли Пруссии. Специфику изменений, проишедших там после окончательного завоевания, можно рассмотреть на примере комтурств Бальга и Бранденбург.
Большие площади этих комтурств были покрыты лесом. В соседней Самбии с наибольшей плотностью населения, где 15–16 человек приходились на 1 квадратный километр, лесные массивы составляли более 50 % территории. Пруссы жили большей частью на открытых, свободных от леса пространствах, в так называемых Siedlungskammer (камеральные поселения), относительно которых в тексте грамот употребляется слово campus
[655]
[Niess U. Hochmeister Karl von Trier. S. 90.]
.
Прусское население во время борьбы в XIII в. понесло значительные потери, но, несмотря на это, было ещё значительным. Тевтонский орден, в основном, оставил местным жителям их родовые имения и дворы. Об этом свидетельствуют письменные обязательства и изобилие записей в земельной книге амта Бальга, книге обязательств комтурства Бранденбург, в налоговых регистрах, в Мариенбургской казначейской книге и многих других источниках орденского периода.
Среди пруссов привилегированное положение занимали владельцы небольших вальных крепостей-замков (сеньоры), reges или nobiles. Они поддерживали орден и при покорении, и при христианизации края. За что были вознаграждены служебными имениями, "на которые возлагались определенные обязательства, как реальное (земельное) бремя".
Сохранившим верность орденской власти пруссам орден возмещал потери, давал им широкие привилегии, льготы. Например, живший в окрестностях Кройцбурга прусс Кристиан в 1283 г. получил в благодарность за заслуги его отца (уже умершего) целую деревню. Орден сохранил за собой лишь высшую и низшую юрисдикцию. Как правило, такие крупные владения дарились редко
[656]
[Ibid. S. 88, 89.]
. Орден давал небольшие площади в 2–3 хакена (22,4–33,6 гектара)
{90}
. В связи с этим большое количество грамот касалось так называемых "мелких свободных". Этот средний слой, позднее именовавшийся также Colmen, располагался между высшим прусским дворянством — нобилями (nobiles, reges) и крестьянами
[657]
[Wenskus R. Über einige Probleme der Sozialordnung der Prussen, in Acta Prussica. Würzburg, 1968. S. 23.]
. Для "мелких свободных" это конкретно означало, что они не должны платить десятину, что они свободны от всех крестьянских отчислений и барщины, т. е. не обязаны косить сено, рубить лес и перемещать его и т. п. Но они обязывались за это к военной службе и в качестве охранения должны были помогать при строительстве крепостей и замков. Предписание о военной службе присутствует почти во всех данных грамотах
[658]
[Niess U. Hochmeister Karl von Trier. S. 89.]
.
От этой службы орден не отказывался ни в деле обороны страны, ни в ходе дальнейшей экспансии. Относительно небольшая площадь владений, которая едва ли превосходила наделы крестьян, таила в себе угрозу того, что связанная с ними военная повинность будет восприниматься как слишком обременительная. Орден считался с этим, поэтому разрешал владельцам увеличивать свои владения путем вырубки (раскорчёвки), покупки, наследования и т. п. Так, потомки пруссов Мусли и Словатин, наделённые в 1287 г. 2 хакенами земли, приобрели дополнительно еще 4 хакена и одну хуфу (хуфа = 1
1
/
2
хакена или 17,03 гектара). Уже в 1300 г. сыновья трёх пруссов дополнительно к отцовскому наследству могли назвать своими еще три хакена. Последний пример показывает, что получатели свободных поместий не обязательно были отдельные личности, это могли быть целые группы, большей частью родственники — братья, дядья, племянники. Если орден передавал поместье такой группе или клану, то военная обязанность ложилась на всех членов группы мужского пола и их наследников мужского пола. Таким способом орден препятствовал расколу владений и создавал предпосылки для улучшения экономического положения за счёт дополнительных земельных участков за верную службу
[659]
[Ibid. S. 89, 90.]
.
Служебные имения содержала средняя прослойка — мелкопоместная знать, которая называлась rikijs, или господа. К этому сословию принадлежали витинги, служившие ордену в качестве сопровождающих, смотрителей, обслуживающего персонала, затем переводчики (толмачи), камерарии, конвойные, ленники, по-прусски laukinikis, ибо те, в противоположность крестьянам, жившим в деревнях, обитали на хуторах в полках (прусск. Lauks)
[660]
[Guttzeit E. J. Op. cit. S. 138.]
.
Все названные владельцы служебных имений образовывали сословие свободных, потому что были освобождены от барщины и десятины. Различали больших и малых свободных — по величине и правовым отношениям их имений. В комтурствах Бальга и Бранденбург малые свободные были представлены особенно многочисленно. Примечательно, что все свободные принадлежали к "почтенным людям", стало быть, к знати, которые "во всех войнах, а также во время 13-летней войны (1454–1466) были верными приверженцами ордена"
[661]
[Preußenland. Mitteil. D. Histor. Komm. f. ost-und westpr.Landesforschung aus den Archiven der Stiftung Preußischen Kulturbesitz // Weise E. 12. Jg. (1963). S. 652.]
.
Третью прослойку населения составляли бауэры, безземельные крестьяне, кнехты и прислуга. Бауэры обязаны были к безмерной (т. е. постоянной) военной службе (как пехота), кнехты и прислуга — для замковой службы, безземельные крестьяне привлекались к крестьянской работе разного рода. Все они платили налоги, десятины и Dienstgut. Десятина платилась хлебосдачей; под Dienstgut (служебное имение), также называвшимся Slusim, понималась денежная выплата (повинность).
Тройная прослойка отражалась также в праве (законах) орденского периода, а именно — в законах выплат. Для случаев, когда один из пруссов был убит, орден, чтобы предотвратить кровную месть, ввёл закон, по которому родственники убийцы ваплачивали родственникам убитого соответствующее их сословию и имению возмещение. Один свободный, имеющий до 5 гаков, был "застрахован" выплатой обычно в 16 марок, до 10 гаков — в 30 марок и свыше 10 гаков — в 60 марок.
Бауэры, как и мелкие свободные, жили в деревнях и имели только ограниченное землевладение, которое было определено им в гаках, в прусском измерении. Один гак включал в себя 2/3 старокульмской хуфы, до 30 моргенов (=16,86 гектара), стало быть, 11,2 гектара. Многие свободные проживали на хуторах.
Особенностью поселения пруссов было поле — полка (лат. — campus, прусск. — Lauks). При этом речь идёт о различных больших населённых центрах с пахотными полями, пастбищами, кустарниками и участками леса. Поселения пахотных культур, отдельные хутора (крестьянские усадьбы) и различные деревни образовывали единство, ибо были населены родственниками и ими обрабатывались. Прусское поле (полка) никогда не давалось отдельному пруссу, а постоянно многим семейным родственникам, даже близким родственникам — братьям, отцам и сыновьям, порой братьям и двоюродным братьям, братьям и их дядьям. В этой ситуации можно говорить об "общине родственников". Некогда на территории комтурства Бальга возникла прусская полка Навекейн, когда в 1300 г. пруссу Наутинге было передано в лесу Верцо 3 гака для корчевания