Страница 89 из 96
— Неужели? Ваши земли опустошены, дороги разрушены, управление держится на авторитете всего одного человека. Простите за прямоту, арх, но это не государство — это лагерь выживших, который возглавил самый сильный воин. А что будет, если с этим воином что-то случится? Или если он… попадёт под неправильное опасное влияние.
Алан не посмотрел на меня. Но я ощутила взгляд его зверя — пристальный, проникающий под кожу. Было ясно, кого Алан имеет в виду!
Влияние чёрной ведьмы — что может быть опаснее?
Дейвар не двинулся с места, но я ощутила, как в нём закипает гнев. Его зверь обнажил клыки, рык отозвался тревожным гулом в алааре.
— Вы имеете в виду кого-то конкретного? — медленно предостерегающе спросил арх. — Говорите прямо. Или мне может померещиться, что нам не о чем дальше разговаривать.
Виктория замерла. Алан откинулся на спинку стула, якобы расслабленно, но на самом деле его внутренний волк собрался, как для прыжка.
Казалось, ещё одно неаккуратное слово, один неверный жест — и случится взрыв.
— Беда пришла на ледяные земли из-за кровавой магии, — произнёс Алан. — Моя семья однажды пострадала из-за ведьмы. Зная, что ваша жена в прошлом обращалась к тёмной силе, разве не естественно испытывать сомнения?
Я держала лицо. Но моё сердце колотилось так, что его наверняка слышали все! Ведь у оборотней отличный слух.
— Забавно, что вы остерегаетесь её, а не меня, — с угрозой оскалился Дейвар. — Тогда как именно Элиза настаивала на мирных переговорах. Должно быть зря.
— Мы можем решить этот вопрос через магическую проверку. Если блокировка на тёмную магию у леди Элизы стоит, то…
— Никто к моей жене не прикоснётся, — арх говорил спокойно, но от его тона у меня кровь застыла в жилах, — если только не хочет заработать второй сустав на руке.
— Значит, это ваш ответ?
— Именно.
— Тогда…
В этот миг напряжение во мне достигло предела.
Будто струна в груди порвалась.
— Подождите! — воскликнула я. И моя Тения, до этого прятавшаяся в глубине, встрепенулась. Рявкнула. Уши охватило знакомое щекотное чувство… И тут же усилились звуки, запахи. Голова закружилась.
Разговор замер.
Взгляды приковались ко мне.
Дейвар взял меня за руку. А Тения внутри оскалилась, ударила пятнистыми лапами, демонстрируя своё присутствие.
В глазах Виктории мелькнуло изумление, а в глазах Алана — внимательная переоценка. Их вторые ипостаси тут же заинтересовались…
Теперь я ощущала их ярко — зверь внутри Виктории любопытно и чуть настороженно принюхался. Я впервые поняла, что её зверь — рысь! Притом даже… рысёнок. Чёрный мощный волк внутри Алана низко опустил тяжёлую голову, вглядываясь в меня, оценивая угрозу и намерения.
Тения хотя и трусила — но воинственно вздыбила шерсть, пытаясь казаться больше, а рядом глухо рычал ирбис Дейвара, сообщая, что Тения под его защитой и никто её не тронет.
Казалось, внутренние звери вели свои собственные переговоры на языке инстинкта и эмоций — без масок и вежливых формулировок, но от этого всё происходило честнее. Как если бы вскрывались пласты намерений — и сразу передавались смыслы.
— Так это правда, — тихо произнесла Виктория, не сводя взгляда с моих ставших звериными ушей. — Донесения не врали. Ты… обрела своего барса, Элиза. Поздравляю.
Виктория улыбнулась, и на этот раз улыбка коснулась её глаз, сделав их мягче. Напряжение в воздухе чуть-чуть, на волосок, спало.
— У тебя красивый зверь, — в её голосе прозвучала неподдельная искренность. — Как давно он с тобой?
Я смущённо прикрыла рукой одно ухо, но потом опустила ладонь. Прятаться было бессмысленно.
— Тения… она со мной давно. Но я… я осознала её суть и приняла только недавно. После всего.
— Тения? — Виктория слегка наклонила голову. — Ты дала ей имя?
— От слова «тень». Она долго была моей тенью.
— Мой… мой зверь тоже не так давно со мной, — кивнула Виктория. — Бывает непросто, когда он пугается громких звуков или резких запахов. Или рвётся наружу, когда совсем не время и не место. Приходится успокаивать, разговаривать.
Зверь у Виктории тоже недавно?… необычно.
Я невольно улыбнулась, обнаружив неожиданную точку соприкосновения. Или дело было в той тёплой светлой ауре, которая исходила от Виктории? Рядом с ней будто греешься на солнце.
— Мне… тоже пока что непривычно… Я ещё ищу подход и…
Но я засмущалась и замолчала. Слишком много внимания. Алан так и продолжал на меня смотреть. Суровое лицо Короля Руанда ничего не выражало, но жёсткость в уголках губ чуть смягчилась. Его огромный чёрный волк тоже казался не таким напряжённым, прежде мрачный острый взгляд зверя превратился в снисходительно-высокомерный, но куда как более мягкий. Будто моя Тения для этого волка была абсолютно понятна.
Дейвар тоже расслабил плечи.
Повернувшись к мужу, Виктория положила свою изящную руку поверх его большой. Алан перевёл на неё взгляд, и в его холодных серых глазах произошла удивительная перемена. Лёд растаял, обнажив теплоту.
— Алан, — тихо сказала Виктория. — Думаю, мы можем прийти к компромиссу…
Казалось, эти слова наполнены каким-то особым смыслом. Возможно, они стали продолжением разговора, начавшимся ещё задолго до этой встречи.
— Ты уверена?
— Да.
Король Руанда медленно кивнул.
Когда он снова посмотрел на Дейвара, в его взгляде всё ещё сохранялась осторожность, но явной враждебности уже не было.
— Один из вариантов — оставить спорные земли нейтральными, с правом прохода двух сторон, и обменяться посольствами. Для взаимного информирования и… выстраивания тех самых мостов доверия.
Дейвар обдумал это несколько мгновений.
— Приемлемо, — заключил он. — Но детали нужно обсудить.
Последующее обсуждение границ, объёмов помощи и протоколов движения уже не было отравлено ядом прямой угрозы. Голоса мужчин звучали деловито, иногда резко, но без прежней смертельной хватки. Алан оставался жёстким переговорщиком, но его предложения теперь носили конструктивный, а не ультимативный характер. Дейвар по-прежнему легко раскусывал его формулировки, вынуждая говорить напрямую.
Когда основные пункты были намечены, Виктория внезапно поднялась.
— Если айла Элиза не против, — её лазурные глаза снова встретились с моими, — я бы хотела ненадолго отлучиться с ней поговорить. Женщинам иногда нужно своё пространство, не так ли?
Во взгляде Алана, направленном на жену, промелькнуло что-то вроде вопроса и предостережения. Но Виктория лишь чуть сжала его руку в ответ, и он, склонив голову в почти незаметном кивке, отпустил её.
— Это будет чудесно, — сказала я вставая. Дейвар вопросительно поднял бровь, но я послала ему по связи лёгкий, успокаивающий импульс.
Мы вышли из тяжёлых дверей зала, оставив мужчин договариваться о тонкостях мира, который, хрупкий, как ледяной узор, начал вырисовываться между нашими землями…