Страница 37 из 80
Вчерашний вечер всё перемешал.
Ариша рядом с ним выглядела так, будто всегда была там.
А он, глядя на неё, искренне улыбался.
И впервые, наверное, я почувствовала, что тот Эмин, которого я любила, жив. Тот прежний Бестужев… Я была без ума от него.
Но доверие — не тумблер. Его нельзя включить одним обещанием.
Нужно время. Нужно, чтобы он доказал не словами, а поступками.
А сейчас… Очередное утро.
Суетное, шумное, живое. Ариша бегает по комнате, я же иду на кухню, наливаю себе кофе.
Где-то на фоне в голове звенит его голос: «Я за вами заеду».
Я знаю — он приедет.
И знаю, что я всё равно выйду.
Потому что, как бы я ни пыталась, он всё еще часть моей жизни.
И, наверное, всегда будет.
— Я смотрю… Ты никуда не торопишься. Впервые. Чего это вы не оделись, а? — Амина, умывшись, заходит на кухню.
— Начальник сказал, что у меня сегодня выходной. Поэтому не тороплюсь. Пойдём с Аришей погуляем.
— Вау! Класс! Хорошо мутить с боссом, да? — подмигивает подруга.
— Амина, что ты говоришь? С чего ты решила, что мы там что-то мутим?
— Видела бы ты себя со стороны… В облаках витаешь. Такая версия Амелии мне очень нравится. Ты круто изменилась.
Я это и сама понимаю, но упорно отрицаю:
— Бред какой-то. Хватит уже. Лучше скажи… Твой сводный больше не названивает?
Амина прикусывает нижнюю губу. Опускает глаза.
— Иногда пишет.
— Вы опять ссоритесь? Или он тебя больше ни в чем не винит?
— И то, и другое, — усмехается. — Он вообще странный. Порой такой классный, что готова влюбиться… А потом одним словом стирает из памяти все хорошее, что он делал до. Ладно, Амина, не нагружать себя моими проблемами.
— Не нагружаешь, дорогая.
— Как хорошо, что ты теперь будешь делать в агентстве все, что захочешь, — тихо посмеивается. — И будет кому забирать Витаминку из садика. А то я в спортзал записалась. Не смогу тебе помочь. Прости.
Амина меняет тему, а я не давлю. Захочет что-то рассказать — сама расскажет.
— Не переживай. Решу этот вопрос. Не проблема. А ты чего так? Ну, я же тебе говорила ведь, что надо спортом заниматься, а ты каждый раз забивала.
— Не знаю, — пожимает плечами. — Решила похудеть.
Что-то в ней явно изменилось, но пока, видимо, не готова обсуждать эту тему со мной.
Каждый идет по комнатом, чтобы подготовиться. Привычным движением собираю волосы в пучок, застегиваю жакет, поправляю воротник. Брючный костюм сегодня будто броня: строгий, сдержанный, собранный. Рядом крутится Ариша — я надеваю на нее легкое платье, с цветочным узором. Она смеется, вертится перед зеркалом.
— Мам, я как принцесса?
— Конечно, принцесса, — улыбаюсь, приглаживая подол.
Мы выходим из квартиры. Я вызываю такси. Немного воздуха, немного свободы. Нам обеим это нужно.
В машине Ариша без умолку рассказывает, как вчера обнимала папу. Я слушаю и невольно улыбаюсь. Ее детская искренность обезоруживает.
Такси останавливается у входа в парк. Мы идем по аллее, держась за руки. Солнце пробивается сквозь ветви, на лице дочери играют теплые отблески. Она подбирает листья, рассматривает каждый, как что-то очень важное.
Телефон звонит. Номер незнакомый.
— Алло? — беру трубку.
— Привет, Амелия. Это Эмилия, сестра Эмина. Есть минутка поговорить? — голос уверенный, спокойный. И теплый.
— Доброе утро. Конечно, я слушаю.
— Эмин сказал, что вы сегодня приедете в родительский дом. Это правда? Я не поняла, шутит он или говорит серьезно…
— Скорее всего, да. Он сказал заедем за нами вечером
— Отлич но! Я тоже приеду. Хочу познакомиться поближе — с тобой и с племянницей.
— Будем рады, — отвечаю искренне. — До вечера.
— До встречи, Амелия, — говорит она и отключается.
Некоторое время стою с телефоном в руке, глядя, как Ариша бегает по дорожке. В груди что-то сжимается — легкое волнение. Эта встреча неизбежна.
После прогулки возвращаемся домой. Ариша устала, в лифте прижимается ко мне, зевает.
Телефон ближе к шести подает признаки жизни. Сообщение от Эмина:
«Буду через полчаса.»
Сердце будто делает лишний удар. Полчаса. Значит, пора
Я помогаю дочери переодеться, сама меняю костюм на платье попроще, но со вкусом. Волосы распускаю. Пусть все выглядит естественно.
Мы спускаемся вниз. На улице уже прохладно. Во дворе стоит машина Бестужева. Эмин выходит навстречу. Высокий, собранный, в черной рубашке, рукава которой закатаны до локтей.
Ариша, увидев его, с радостным визгом бросается вперед. Он подхватывает её на руки, прижимает к груди, целует в макушку. Улыбается — но в этой улыбке я вижу напряжение. Плечи чуть скованы, пальцы сжимают дочь так, будто боится причинить боль.
Я стою чуть поодаль, наблюдаю.
В нём нет показного восторга, только глубина — боль, нежность, вина, всё сразу.
И впервые ловлю себя на мысли, что мне становится всё труднее сохранять дистанцию.
Глава 38
Жду Стеллу во дворе жилого комплекса, где она живет. Будет удивлена, когда меня увидит. Сюда не пускают кого попало, но благо тут живет брат моего друга. Поэтому оказаться здесь не составило труда.
Сижу в машине, глядя на подъезд, докуриваю вторую сигарету. Информация проверенная — Стеллы на работе нет, вернется к пяти.
Решил не звонить и не писать. Просто дождусь. Сегодня разговор будет. Исход один. В ином случае она свалит в закат, зная, что ищу я ее не просто так.
С утра держу себя в руках. Держусь за свои нервы, как за тросы. Хочу поговорить без вспышек, без лишних слов. Мне нужна правда. Чистая, без прикрас. Почему я ни хрена не помню…
Дверь подъезда открывается.
Появляется Стелла.
Изменилась. Волосы короткие, макияж яркий, платье вызывающее. Как будто собралась в клуб. Только глаза те же — холодные и расчетливые.
Сигналю коротко. Потом второй раз.
Она вздрагивает, ищет глазами, замечает меня.
Опускаю стекло, останавливаясь рядом.
— Садись, — говорю спокойно.
Подходит, улыбается нервно. Натянуто.
— Эмин? Не ожидала тебя увидеть. Приятный сюрприз.
— Садись, Стелла.
— У меня встреча. Срочная. Может, потом? — пытается выкрутиться.
— Сейчас, — отрезаю.
Замирает, потом тяжело выдыхает, открывает дверь и садится.
От нее пахнет духами — слишком сладкими и… дешевыми. Отдает фальшью, как и все в ней.
Закрывает дверь, делает вид, что спокойна.
— Что-то случилось?
— Да. Пора поговорить.
Она усмехается, но по глазам видно — нервничает.
— Ну, говори. Только учти, у меня мало времени.
— Времени у нас и так слишком много ушло, — бросаю коротко, включая зажигание. — Надо было разобраться раньше.
— О чем ты? — голос Стеллы подрагивает. Рука ложится на ручку двери. Блокирую их на всякий случай.
— Узнаешь.
Машина трогается. Я не смотрю на неё. Только на дорогу.
Сегодня я не дам ей юлить. Не хочу эмоций, не хочу игр.
Хочу правды. Пусть она горит глотку, но я ее выслушаю.
Веду машину молча.