Страница 23 из 80
Я откладываю меню и устало произношу:
— Хорошо. Тогда закажите что-нибудь на свой вкус.
Арина спокойно кивает официанту и перечисляет несколько блюд. Парень делает пометки и уходит. Я ловлю себя на том, что нервно сжимаю и разжимаю пальцами салфетку.
Вскоре официант возвращается с подносом. Он расставляет перед нами тарелки, и сразу же пространство наполняется ароматами свежих трав, хлеба и пряностей. Я делаю усилие, чтобы взять вилку, хотя аппетита все еще нет.
Я волнуюсь.
Ариша пробует несколько кусочков, но быстро отвлекается. Она снова устремляет взгляд на сияющий аквариум, встроенный в стену.
— Мамочка… — тянет она, чуть наклонив голову. — Можно я пойду посмотреть на рыбок поближе?
В глазах дочери искренний восторг. Отказать ей невозможно.
— Иди. Только не отходи далеко, — разрешаю я мягко.
— Хорошо! — улыбается она и почти вприпрыжку бежит к прозрачной стене.
— Я очень хочу знать, как вы жили все последние годы, Амелия. Ты уехала из города, я верно понимаю?
— Все верно. Я долго искала Эмина. Ждала его… Хотела сообщить о беременности…
— Я помню.
Мой телефон вибрирует и я отвлекаюсь. Достав его, вижу на экране имя Амины. Черт! Она же ждет нас и, конечно же, волнуется. А я совсем забыла сообщить ей, что буду поздно.
— Прошу прощения. Я на минуточку, — говорю Арина, приняв звонок. — Амиш, прости, я тут немного…
— Знаю-знаю, — перебивает подруга. — Звонила тебе несколько раз. Ты не взяла трубку. Пришлось связаться с Марианной. Она все рассказала. Все хорошо ведь?
— Да, все замечательно. Не переживай. Ты как? Температура сбилась?
— Да нормально. Завтра буду ещё лучше. Все, давай, не отвлекаю…
Амишка отключается. А я, положив телефон на край стола, выдыхаю.
— Она единственный человек, кто был рядом со мной все последние годы. Мы вместе уехали. И если бы не она… Даже не знаю, как справилась бы.
— Представляю, — глухо отзывается Арина. — Я тоже многое пережила. И прекрасно понимаю все твои чувства. В ту ночь… Как же так получилось, что ни ты, ни я не назвали имя моего сына… Все бы встало на свои места. Я тебя не отпустила бы, знай, что в ты в том состоянии была из-за Эмина.
Ни капли не сомневаюсь в ее словах.
— Судьба… — нервно улыбаюсь. — Так вышло. Теперь надо смотреть только вперед.
— Ты не смотри, что Эмин сейчас так грубо. Он на эмоциях. До конца не верит в происходящее. Обязательно поговорит с тобой.
— Необязательно это делать… Скоро познакомлю их с Аришей. Пусть общаются. Уверена, Эмин найдет с ней общий язык и будет хорошим отцом для нее. А со мной не нужно идти на контакт.
— Ты тоже злишься. Обида и боль не прошли. Поэтому не подпускаешь его к себе. Уверена.
— Это не так… Я давно отпустила ситуацию и смирилась. Просто не хочу ломать чужую жизнь. У него она своя, у меня своя. Он сделал свой выбор еще несколько лет назад, когда исчез.
— Я не знаю, что между вами тогда произошло, Амелия. Но в тот момент, когда ты его искала, Эмин был в ужасном состоянии. Он попал в серьезное ДТП в Баку. Несколько недель лежал там в больнице, а когда ему стало лучше, мы прилетели обратно. Но все равно он постоянно был под наблюдением врачей. Полностью поднялся спустя несколько месяцев и… Начал пить как не в себя. Стал совершенно другим человеком. Тогда мы не понимали, в чем причина. А теперь… пазлы складываются. Он тоже страдал.
Глава 24
Сначала слова Арины-старшей звучат в моей голове, как гулкое эхо…
«Авария… больница… бессилие… алкоголь.»
Я никогда не думала, что с Эмином действительно могло случиться нечто настолько страшное, что он оказался на грани. Это выбивает почву из-под ног. Мир, который я строила, переворачивается. Шок, неверие и странное онемение окутывают меня: я не нахожу слов, чтобы сразу осознать услышанное.
Но вместе с этим во мне поднимается волна горечи. Какая разница, что было с ним? Какая разница, что он страдал? Ведь правда остаётся правдой: он не отказался от Стеллы. Даже после всего, что между нами было. Даже после моих слов, после моих попыток удержаться за нас — он выбрал ее. Он лег с ней в постель. А меня оставил с пустыми руками и растерзанным сердцем. Эти мысли пронзают, как нож. Они обжигают изнутри. Никакие оправдания не изменят того факта, что он отвернулся от меня. Но не отвернулся от неё.
Я не могу сказать этого Арине-старшей. Такие подробности не нужны никому, тем более ей — матери. Она видит сына иначе, и пусть так будет. Пусть для нее он остается тем, кого можно защищать. Я же храню свои раны глубоко внутри, где они и должны оставаться.
Отвожу взгляд, чтобы спрятать собственные эмоции, и останавливаюсь на своей дочери. Ариша стоит у прозрачной стены, прижимает ладошку к стеклу и тихо что-то шепчет рыбкам. Она считает их на пальчиках, иногда сбивается, смеется и снова начинает сначала. Будто для нее это игра, в которой обязательно должен быть порядок.
Как бы прошлое ни ломало мне жизнь, вот она — моя настоящая опора, мой свет, мой воздух и вода. Все остальное — лишь фон.
Сообщение на экране отвлекает меня. Вздрагиваю, забирая смартфон в руки.
«Здравствуй, Амелия. Пожалуйста, набери меня, когда у тебя будет время. Сархан.»
Это брат Амины. Я замираю, глядя на эту пару строк, но не ощущаю ни любопытства, ни готовности отвечать. Слишком не вовремя. Скорее всего, он повторит то, что недавно передала подруга. А я не хочу и не могу тратить силы на новые разговоры, на чьи-то чувства. Моя жизнь и без того снова перевернулась с ног на голову, и единственное, чего я хочу, — это удержать равновесие ради дочери.
— Добрый вечер, дамы, — вдруг раздается уверенный, но такой тёплый мужской голос. Я поднимаю голову.
Перед нами стоит Эмиль. В одной руке он держит два букета, а во второй — огромную плюшевую игрушку, почти в рост моей дочери. Его фигура заполняет пространство. На секунду мне кажется, будто вместе с ним в зал вошёл чистый, свежий воздух.
— Добрый вечер, — автоматически поднимаюсь. Жест больше продиктован уважением и вежливостью.
— Эмиль, я тебя заждалась, — голос Арины-старшей звучит с такой теплотой.
— Пробки, — он отвечает с улыбкой, пожимая плечами. В тоне Эмиля нет ни раздражения, ни усталости. Только нежность, обращенная к жене. Потом его взгляд переключается на меня. — Рад тебя видеть, Амелия. Это тебе, — он протягивает один букет мне. Теряюсь, принимая цветы, которые пахнут ранним утром. — А это тебе, женушка, — второй букет оказывается в руках Арины. Вместе с коротким взглядом, полным заботы.
Вручив нам цветы, Эмиль ищет глазами ту, ради кого приехал сюда.
— Спасибо, — шепчу, опускаясь на место.
— Наша малышка… Она? — Эмиль смотрит прямо на внучку.
— Да, — Арина слегка кивает в сторону аквариумной стены. — Та, которая в красном платье. Наша Аришка.
— Ариша… — шепчет мужчина с улыбкой. — Даже не верится. Я могу её позвать? Хочу познакомиться.
Вежливость и понимание этих людей меня поражает. Они действуют не как люди, уверенные в своем праве. Они просят разрешение, чтобы войти в хрупкий мир ребенка. В голосе Эмиля нет давления, нет приказа — только уважение и желание быть рядом.
Я думала, богатые люди любят давить. Шантажировать деньгами. Чего уж скрывать… Прямо представляла, как Эмин будет меня подставлять, постоянно наезжать. Но, как оказалось, в их семье нет таких людей, кто мог бы смотреть на меня сверху вниз. Что безумно радует.