Страница 13 из 80
Не сразу понимаю, о чем она. Поднимаю голову, смотрю на нее в отражении зеркала.
— В каком смысле?
Марианна ставит руки в бока, явно готовясь читать нотацию.
— В смысле, что сегодня снимаем главный рекламный ролик для нового контракта. И, угадай, кто в нем участвует?
— Я… Или просто второстепенной буду? — морщусь от мысли, что мне могут дать такую ответственную роль.
— Ты! — Она кивает так, словно объявляет победителя конкурса красоты. — Лично Бестужев сказал, что, хочешь этого или нет — ты будешь в кадре. Главная роль, Амелия.
Имя Эмина звучит как выстрел. Я мгновенно напрягаюсь.
— Он что, специально… — выдохнуть, ворчу себе под нос.
— Амелия, — Марианна поднимает ладонь, прерывая меня, — я знаю, что между вами там… что-то. Меня это совершенно не интересует. Но предупреждаю сразу: многие девочки мечтали попасть в этот ролик. И да, ты только пришла, а уже забираешь место, которое кому-то обещали. Так что приготовься к взглядам, шепоту за спиной и прочим «приятностям».
Я невесело усмехаюсь.
— Отлично. Значит, у меня будут поклонницы.
— Не шути, — она смотрит серьезно. — Ты же понимаешь, что это… слишком быстро для новичка. Тут не верят в сказки. И будут говорить все, что угодно.
Я откидываюсь на спинку кресла, сцепив пальцы в замок.
Слишком похоже на очередную игру Эмина.
Он словно пытается доказать, что я всё ещё в его власти, даже здесь, на работе. Спустя столько лет!
Что может поставить меня под прицел чужого недовольства одним словом.
Все это я пережила в прошлом. На меня накинулись все, кто был недоволен тем, что у нас отношения с Эмином. В итоге у них получилось нас… отдалить друг от друга.
Хотя… в этом Бестужев был виноват больше всех.
Я закрываю глаза на секунду.
Если он думает, что я сломаюсь, он ошибается. Но и я понимаю, что он не остановится. Однако что творится у него в голове — понятия не имею.
Марианна трогает меня за плечо.
— Так что? Готовимся?
Глубоко вздыхаю.
— Выбора нет.
Уже через сорок минут стою в центре просторного зала, окруженная техникой — мощные прожекторы, камеры, стойки с отражателями. Яркий свет бьет в глаза, но я держу их открытыми — здесь нет места усталости или неуверенности. В руке изящный флакон, тонкое стекло которого мягко переливается в свете.
— Амелия, немного повернись влево, — уверенно командует оператор. — Да, так. Теперь опусти взгляд на флакон. Легкая, едва заметная улыбка. Помни: ты женщина, которая всегда знает, чего хочет.
Я следую указаниям. Губ касаются легкая, теплая улыбка. Пальцы нежно охватывают горлышко флакона, и я прижимаю его к шее.
— Отлично. Подбородок чуть выше, взгляд в камеру, — оживляется оператор. — Прекрасно.
В дальнем углу, в тени, я замечаю группу девушек. Знакомые лица — они работают здесь дольше меня. Одна из них та, за кем я наблюдала в тот день, когда оказалась в этом агентстве. Кто-то прикрывает губы ладонью, переговаривается шепотом. В воздухе звучит сдержанный смешок.
— Смотри, как старается, — произносит одна, а другая закатывает глаза.
— Думает, уже звезда, — отвечает третья.
Я слышу каждое слово, но не позволяю им коснуться меня глубже поверхности. Поднимаю подбородок, делаю плавный шаг в сторону, подстраиваясь под свет. Улыбка становится еще увереннее.
Плевать, что они говорят и думают обо мне. Я была слишком наивной, когда позволяла чужим людям вмешиваться в мою личную жизнь. Больше не позволю.
— Великолепно! — с явным одобрением произносит Марианна, стоящая рядом с оператором. Она понимает, что я делаю. Взглядом дает понять, что поддерживает меня.
— Продолжаем, — кивает оператор. — Закрой глаза, вдохни, будто впервые ощущаешь этот аромат.
Я подношу флакон к лицу, закрываю глаза. Аромат дорогой, сложной композиции окутывает меня, и я почти верю, что не играю, а живу этим мгновением.
Смех в углу становится громче. Кто-то демонстративно бросает:
— Да что она о себе думает? — женский голос раздражает.
— У вас нет работы? — глухо, но с металлическими нотками в голосе произносит мужской. — Какого черта вы здесь делаете?
Я поворачиваюсь. Высокий, в идеально сидящем темном костюме, Эмин стоит в дверях, а его жесткий, темный, пронзительный взгляд устремлен на девиц.
— Вон отсюда! — его голос становится еще холоднее. — Все, кто не участвует в съемке, — убирайтесь. Немедленно!
Девушки быстро покидают зал, пряча глаза. Кто-то бормочет оправдания, но он не слушает.
Я смотрю на него, и внутри разливается странное тепло. Он груб, резок, без тени вежливости. И это мне нравится.
— Продолжаем, — говорит он уже спокойнее, и в этот раз смотрит на меня. Он что, наблюдал все это время? Почему я не видела?
Я киваю и вновь подношу флакон к лицу. Теперь в моих движениях ещё больше уверенности. Придает эту уверенность мысль, что Бестужев выгнал их не только ради дисциплины.
— Амелия, — слышу его голос спустя некоторое время, когда удается забыть, что Эмин находится тут. Он сразу дает о себе знать. — Зайди ко мне после съемок.
Марианна, усмехнулась, опускает взгляд. Никто не подает виду, но я уверена, что всем любопытно знать, что я значу для Эмина. Наверняка думают, что я попала сюда через постель.
Он опять дает людям повод говорить про меня всякую чушь. Как это было несколько лет назад. Тогда он плюнул на меня, а сейчас… Сейчас я не та наивная девчонка, которая подпустит его близко к себе. Даже если у нас есть общий ребенок.
Глава 14
Съемки ненадолго прерываются — оператору нужно переставить свет, визажистам поправить макияж и укладку. Я выхожу из зала, и едва оказываюсь в коридоре, ощущаю, как падает напряжение от прожекторов и пристальных взглядов. Воздух здесь прохладнее, тише, чем на площадке.
Направляюсь в уборную. Закрыв за собой дверь, позволяю себе несколько секунд тишины, а потом включаю воду. Холодные струи мягко стекают по пальцам. Я тщательно мою руки, слегка освежаю шею, стараясь не задеть макияж — визажисты и так на взводе. Одно неверное движение, и все придется начинать заново. Глубокий вдох. Выдох. Нужно собраться, прежде чем вернуться в зал.
Я тянусь за бумажным полотенцем, когда дверь открывается, и в помещение заходят две девушки. Те самые, что еще недавно стояли в углу, наблюдали за мной, перешептываясь и усмехаясь.
Одна, высокая, с безупречно уложенными светлыми волосами, сразу фиксирует на мне взгляд. В ее усмешке нет ни капли дружелюбия. Она делает шаг вперед, намеренно сокращая дистанцию.
— Ну что, новенькая, — голос звучит холодно и насмешливо. — Только пришла, а уже умудрилась забрать главную роль. Соплячка, пустышка, ни на что не способная... Но в доверие к Бестужеву втереться смогла. Как, расскажешь? Или угадаю — умеешь ублажать в постели? Может, дашь совет? Я не против переспать с ним, да только он к себе не подпускает. Такую красавицу, как я, по которой все сохнут. А тебя он каким-то образом заметил... В чем секрет, а?
Слова бьют в виски, как ледяной ветер. Я клялась себе не реагировать на подобные выпады, но внутри всё вспыхивает мгновенно. Хочется врезать ей так, чтобы имя свое забыла.
— Заткнись, — отвечаю я резко, удерживая ее взгляд. Голос ровный и твердый, хотя внутри все дрожит. — Не твое дело, как я получила эту роль. Работай хоть десять, хоть пятнадцать лет... Но если во мне увидели то, чего не заметили в тебе, завидуй молча. Ясно? И прикуси язык, когда говоришь обо мне.