Страница 31 из 84
Глава 11
Глава 11
ЗИЛ, слегка пробуксовывая задними колесами на заснеженном повороте, свернул в поселок, проехав мимо разбитого указателя «Аэропорт», раскрашенного нечитаемыми граффити.
От резкого толчка на ухабе девушка на пассажирском сиденье качнулась и ударилась виском о стекло. Тихий, болезненный стон вырвался из ее груди, и она медленно приоткрыла глаза, помутневшие от боли и шока.
Вася сбавил скорость, аккуратно объезжая глубокие колеи, и бросил на нее взгляд.
— Привет. Как себя чувствуешь? — спросил он, стараясь, чтобы голос звучал спокойно.
— Относительно... нормально... — прошептала она, неуверенно дотрагиваясь пальцами до распухшего носа и тут же вздрогнув от боли. — Ой...
— Меня Василий зовут. Ты не переживай, скоро уже к фельдшерскому пункту подъедем. Помощь получишь.
При этих словах девушка резко дернулась, как от удара током. Ее глаза, несмотря на отеки и синяки, расширились от чистого, животного страха.
— Не нужно! Только не в больницу! — ее голос сорвался на визгливый, умоляющий шепот. — Я умоюсь, приду в себя... Все будет нормально...
«Вероятность сотрясения мозга 68%. Наличие возможности переломов лицевых костей требует исключения. Ее реакция иррациональна и свидетельствует о посттравматическом шоке. Это повышает операционные риски», — холодно проанализировал Муд.
— Не говори глупостей, — покачал головой Вася, глядя на ее избитое лицо. — У тебя, как минимум, сотрясение. Тебя эти уроды с машины выкинули, как мешок с мусором. Тебе точно нужен врач.
— Нет! Ты не понимаешь! — она попыталась отстраниться, прижалась к дверце. — Они... они меня найдут. Или вызовут полицию... Пожалуйста... — в ее глазах стояли настоящие слезы, смешиваясь с кровью на скуле.
Вася притормозил и повернул голову в сторону пассажирки. С одной стороны — логичный, безжалостный расчет Муда. С другой — страх и ничем не прикрытый ужас в глазах живого человека. И его собственное, глупое, упрямое желание поступить не по логике, а по совести.
— Ладно, — тяжело выдохнул он, принимая решение. — Сначала просто отмоемся и посмотрим, что и как. Обещаю, ни в какую больницу тебя насильно тащить не буду. Договорились?
— Спасибо. Мне правда нельзя в больницу. Меня Аня зовут. Мы что, в Быковке? — её голос был слабым, но уже более осмысленным.
— Да, — кивнул Вася. — Бывала тут?
— Много раз. Меня на работу сюда привозили.
— Так ты местная?
— Почти. С Березовки, это в часе езды дальше по трассе.
Василий плавно съехал на обочину, засыпанную чистым, пушистым снегом, и выключил зажигание.
— Давай попробуем отмыться, — констатировал он, выпрыгивая из кабины. Он обошел машину и открыл пассажирскую дверь, протянув руку, чтобы помочь ей выбраться. Её пальцы были ледяными и дрожали.
Аня неуверенно ступила на снег, оперлась рукой о холодный капот «Золотаря» и слабо улыбнулась, глядя на падающие хлопья.
— Первый снег… — она прищурилась, — смешно.
— Зато сразу оптом навалило, — усмехнулся Дымовский, доставая из-под сиденья полуторалитровую бутылку с водой.
Девушка собрала свои длинные каштановые волосы в пучок и стянула их резинкой. Вася лил тонкой струйкой ледяную воду ей в сложенные ладони, а она старательно, хоть и болезненно, смывала запекшуюся кровь с лица. Парень сразу обратил внимание на то, что ладони девушки видели грубый труд и в изрядном количестве.
— На, вытрись, — он протянул ей застиранный, но чистый лоскут от старого пододеяльника, исполнявший роль универсальной тряпки.
Анна вытерлась, и в ту же секунду её тело согнулось пополам. Её вырвало прямо на ослепительно-белый, нетронутый снег.
— Ууу, родная, точно сотряс, — с тревогой в голосе констатировал Вася, снова протягивая ей тряпку. — Хочешь ты или нет, а придется ехать в больничку. Это не шутки. Тем более для такой молодой и красивой.
— Не нужно! Всё нормально! — испуганно, почти панически, ответила Аня, отшатнувшись, будто он предложил ей яд.
— Значит, не хочешь в больницу? — Вася вздохнул. — Давай я, так и быть, до дома тебя докину. Бешеной собаке семь вёрст не крюк.
— Нет! — её ответ прозвучал резко и бескомпромиссно. В её словах слышался ломающийся от страха и отчаяния голос. — Лучше оставь меня здесь.
Она помолчала, переводя дух, и посмотрела на него, оценивая. — Ты на гонки ехал? На «бетонку»? — спросила она неожиданно.
Вася на мгновение запнулся.
— Да. В аэропорт.
Лицо Ани озарилось слабой, но решительной надеждой.
— Довези меня до туда.
— Зачем? — удивился он.
— Мне нужно уехать отсюда. И как можно быстрее, — она посмотрела на уходящую в белую пелену дорогу, и в её глазах читалась непоколебимая решимость.
— То оставь прямо здесь, то срочно увези... Тебя не поймешь. Но поехали тогда, красавица неписаная, — кивнул Вася, снова открывая пассажирскую дверь и помогая Ане забраться в высокую кабину. Девушка вжалась в сиденье, стараясь занять как можно меньше места, ее плечи были напряжены, а взгляд беспокойно скользил по салону.
ЗИЛ плавно тронулся. В салоне пахло табаком, открытой банкой энергетика и странным, едва уловимым запахом озона.
Вася, не сводя глаз с дороги, нарушил тягостное молчание:
— Можно нескромный вопрос? Это что за черти были, которые тебя выбросили на дороге?
Аня вздрогнула, словно от прикосновения к ране.
— Я их не знаю… — наконец выдохнула она. — Я голосовала на развязке у съезда в центр. Они остановились, сказали, что едут в Самару, обещали подвести. В машине было трое, все в темном, бородатые…
— А зачем ты вообще ехала в Самару? Да еще и таким… опасным способом? — не унимался Вася.
Девушка задумалась, её пальцы нервно теребили край куртки.
— Я сбежала из дома… — выпалила она наконец.
— Понятно, — кивнул Вася. — Значит, родители тебя ищут, и поэтому ты не хочешь в больницу?
— У меня нет родителей, — тихо, но четко ответила Аня. — Они умерли десять лет назад, в аварии. Мне было девять. Меня взяла к себе тетка.
Он бросил на нее быстрый взгляд, стараясь не отвлекаться от разбитой дороги, покрытой толстым слоем свежего снега.
Девушка сидела, сгорбившись, и продолжала монотонным голосом:
— Руслан, тот, что за рулем был, сначала много шутил… Потом… потом тот, что сидел сзади рядом со мной, резко схватил меня за шею. Водила сказал: «Проезд, красавица, будет платный»… — ее голос дрогнул. — Я испугалась, начала кричать, чтобы они остановили машину… А тот, сзади… он расстегнул ширинку и спустил штаны… Пытался… пытался заставить меня… — она замолчала, сжимая кулаки. — Я вывернулась, ударила его по лицу… Это его только разозлило. Он ударил меня кулаком в нос… Кровь… — её рука непроизвольно потянулась к лицу. — Сказал, что я должна его «удовлетворить», если хочу жить…
Она закрыла глаза, её дыхание участилось.
— А потом… меня просто вырвало. Прямо на него, на сиденье… Они начали дико ругаться на каком-то своем языке… Кто-то ударил меня еще раз, по голове… Машина резко затормозила… Дверь открылась… Дальше только свет твоих фар и шум машин…
Она замолкла, обхватив себя руками. В салоне повисла тяжелая тишина. Вася видел, как по ее щеке медленно скатилась слеза.
— Суки… — тихо, но с лютой ненавистью выдохнул Вася. — Конченые ублюдки.