130

— Ты лучше расскажи, что там случилось! Говорят, мутанты из испытательного цеха полезли, сотни людей погибли, — перебив Анатолия, прищурившись, спросил Рыхлый.

— Я читал, что взрыв газа произошёл и цех обрушился, — вмешался в разговор Дмитрий.

— Не, в интернете видео было, но уже удалили — небо чёрное от дыма над заводом. Пожар, наверное, был сильнейший, — предложил новый вариант Анатолий.

— А почему тогда травмы полные? Я тебе говорю — это взрыв был! — резко ответил Дмитрий.

— Цезарь, не томи, рассказывай! — пододвинувшись к краю койки, спросил Рыхлый.

Василий уселся на кровать и, осмотрев всех, прищурившись, произнёс:

— Я сам не знаю, что именно произошло. Резко небо стало чёрным. Тысячи ворон слетелись на территорию завода и начали бросаться на людей. Они залетали в цеха и производственные корпуса, разбивая стёкла, через открытые ворота. Ужас что творилось! Люди без глаз, окровавленные, ползали между станков. А потом — оп! — словно выключатель щёлкнул в голове у птиц, и они улетели.

— Да гонишь, фраер! — изумлённо закричал Рыхлый.

— Так и было, правду говорю! — приподнявшись на кровати, закричал в ответ Вася.

— Я вам говорил, что там выброс был или взрыв. Наверное, какую-то химию упустили, вот и вороньё с ума сошло! — недовольно крикнул Дмитрий со своей койки.

— Это, наверное, диверсия была — новый вид дронов, замаскированных под птиц! — выдвинул свою версию Анатолий.

По коридору раздался грохот тележки, лязг металлических крышек и глухой стук кастрюль. Запах манной каши и перекипячённого чая просочился в палату ещё до того, как дверь распахнулась.

— А вот и завтрак! — радостно воскликнул Рыхлый, потирая руки. Его золотые зубы блеснули в утреннем свете.

В палату въехала двухъярусная тележка, скрипя колёсами. За ней шагала грузная женщина в белом фартуке, на котором красовалось пятно кофейного цвета. Её лицо, напоминающее спелое яблоко, было раскрасневшимся от усилий, а седые волосы собраны в небрежный пучок.

— Наталья Владимировна, доброе утро, а что у нас сегодня на завтрак?! — потянув носом, спросил Толя.

— Каша манная, чай без сахара, кому надо — булка с повидлом.

Дмитрий, сидя на кровати, скривил лицо:

— И как всегда, аромат, будто тряпку жареную принесли…

— А ты не нюхай, а ешь! — фыркнула раздатчица, наливая чай в стакан Рыхлого. — Тебе, лётчик, двойную порцию?

— Конечно, Наталья Владимировна! — протягивая огромную салатную миску, ответил Толя.

— Может, не надо? Я боюсь, что умру от вашей кухни! — воскликнул Дмитрий.

— Умрёшь — похороним! — она шлёпнула ложкой по краю кастрюли, и манная каша плюхнулась в тарелку Дмитрия.

— Эй, а ты что сидишь? Сытый, что ли?! — спросила Наталья у Васи.

— Нет, тарелки нет и стакана просто…

— И что теперь? Я что, должна тебе в руки накладывать?! А чай прямо в рот из чайника наливать?! — нависнув над Васей, гневно причитала раздатчица.

— Натали, не гони ты на Цезаря! Видишь, парнишка с САНЕФа, гол как сокол. Сама знаешь, что там произошло! — вступился за Дымовского Рыхлый.

— А… с завода привезли. А родственники что? — сменив гнев на милость, поинтересовалась Наталья Владимировна.

— Нет тут родственников. Вчера только приехал в город и сразу на смену вышел. Обещали общагу дать.

— Ох, горе-то какое! Не задалась работа, значит… Ладно, держи, — выудив с нижней полки тележки тарелку и гранёный стакан, произнесла раздатчица.

— Спасибо, — принимая из её рук горячий стакан с бледно-коричневым чаем, ответил Дымовский.

— Ох, горе-работяги… На обратном пути посуду заберу. И ложку смотри не сломай — подотчётная! — воткнув потёртую алюминиевую ложку в манную кашу, воскликнула Наталья Владимировна и, развернув тележку, вышла за дверь.

— Значит, ты один в городе? И что, даже носки с трусами некому принести? — чавкая, спросил Рыхлый.

— Да. Тётка раньше тут жила, да умерла недавно. А я и не знал. Приехал к ней, стучусь в дверь, а там уже другие люди живут.

— А что не позвонил? — залпом осушив стакан, спросил Лётчик.

— Так телефон домашний был отключён, а других номеров я и не знаю. Думал, может, за неуплату отключили. Приеду, сюрприз сделаю, — ответил Дымовский, с жадностью поглощая остывающую кашу с комками.

— А деньги-то есть у тебя? Одежду там купить и всё такое, а, Цезарь? — отставив тарелку, спросил Рыхлый.

— Да так... сущие копейки остались. Тысяч пять, не больше. Обещали подъёмные дать, как оформлюсь и в общагу заселюсь.

— Мда, негусто. Хватит только на трусы с майкой. Ты смотри, если что, я парням маякну на воле. Они тебе быстро шмотки достанут.

— Спасибо. Сначала нужно забрать документы.

— А паспорт-то есть? Если что, кредитнуться можно по-быстрому. Там и на хавчик с бухлом хватит, и на шмот порядочный, — не унимался Рыхлый.

— Сначала с матерью свяжусь, может, поможет чем-то, — доев кашу, ответил Василий.

— Ну смотри. Если что, я мигом всё устрою. Парни ровные, всё чётко организуют, — бросил в ответ Рыхлый и продолжил есть.

После завтрака все пошли в туалет. Громко стуча костылями по кафельной плитке, пациенты палаты гуськом вышли в коридор, оставив Дымовского в гордом одиночестве. Ему снова хотелось в туалет, и он, воспользовавшись отсутствием соседей, по-быстрому облегчился.

По возвращению в палату все улеглись на койки и уткнулись в смартфоны. Со всех сторон орали песни, разговоры — каждый сосед пытался сделать звук как можно громче.

— Бляха тёртая, наушники для кого на хрен придумали?! — выругался Дымовский, но на него никто не обратил внимания.

Вася уставился в белый потолок, где трещины сплетались в причудливую карту миров. Побелка осыпалась по краям, образуя звёздные скопления из плесени. Где-то за стеной стонал пациент, а в палате всё так же доносилась музыка со всех сторон.

— Муд, ты тут, сука? — прошептал он, сжимая край простыни. В горле першило от сухости.

Сначала — тишина. Потом где-то в глубине черепа, будто из дальнего тоннеля, донёсся слабый гул. Не голос, а скорее вибрация, от которой задрожали кончики пальцев.

«Не ругайся. Это неприлично. И веди себя тихо. Мне нужно время, чтобы восполнить энергию, потраченную на выполнение миссии вместо тебя».

— Вместо меня? Да ты, тварь, меня чуть не угробил! Ногу мне, падла, сломал! — зашипел Вася, охреневший от услышанного.

— Эй, Цезарь, ты чего там бормотал? — приподнявшись, спросил Рыхлый.

— А… это я песню вспомнил. Мотив дурной, прицепился как банный лист, — ответил Василий.

— А… понял. Я уже думал, крыша у тебя поехала — нужно коновалов звать, — ответил Рыхлый, лениво перелистывая пальцем экран смартфона.

«Ногу ты сломал сам, когда спрыгнул с ворот, спасаясь от воронов».

— Ага, а почему тогда я ходил ещё как минимум целый час, как ни в чём не бывало? — тихим шёпотом задал вопрос Вася Муду.

«Мне пришлось пустить энергию на усиление твоего слабого организма и временно укрепить и срастить твои хрупкие кости. Сейчас твоя цель — дождаться полного восстановления моей энергии и забрать кристалл у персонала больницы».

— Да на хрен он вообще нужен? !

«Потом поймёшь. Ожидай Любовь и забери кристалл».

— Эй! — прошептал Вася, но ответа не последовало.