Страница 11 из 145
— Джон Бартоломью, — подсказал мистер Дануорти.
— Судя по виду, еще одна жертва леди Шрапнелл. Дануорти, ее надо остановить. — Наладонник снова запищал и принялся выталкивать бумажную ленту. Чизвик зачитал вслух: — «Почему до сих пор нет сведений о Генри? Жду. Требуются еще двое в 1851 год, на Великую промышленную выставку, проверить возможное происхождение епископского пенька». — Скомкав ленту, Чизвик швырнул ее на стол мистеру Дануорти. — Нужно срочно ее угомонить! Иначе она развалит весь университет!
Чизвик вылетел из кабинета.
— Или обозримую Вселенную, — пробормотал ему вслед Дануорти.
— Догнать его? — спросил Финч.
— Нет. Попробуйте связаться в Эндрюсом и посмотрите, что есть в Бодлеинке по парахроническим диссонансам.
Финч вышел. Мистер Дануорти, хмурясь, принялся рассматривать на просвет снятые очки.
— Я понимаю, что момент неподходящий, — напомнил я о себе, — но, может, подскажете, где бы мне залечь на дно? Подальше от Оксфорда.
— Вмешательство… — протянул Дануорти. — Вмешательством мы заварили эту кашу, дальнейшее вмешательство только все ухудшит. — Он нацепил очки на нос и встал. — Лучше всего, конечно, выждать и посмотреть, что будет дальше, — рассуждал он, расхаживая по кабинету. — Статистическая вероятность того, что ее исчезновение изменит ход истории, стремится к нулю, особенно по тем временам. Их ведь тогда в порядке вещей было топить, чтобы не заполонили все.
Это брошки-то?
— Сеть ее пропустила, что само по себе свидетельствует об отсутствии диссонанса, иначе она бы не открылась. — Дануорти протер очки полой пиджака и посмотрел на просвет. — С тех пор прошло полтора века с лишним. За это время Вселенная уже давно бы погибла, если исходить из худшего сценария.
Он подышал на стекла и протер их еще раз.
— А в образование параллельной действительности, где леди Шрапнелл тоже отстраивает Ковентрийский собор, я решительно отказываюсь верить.
Леди Шрапнелл. Она в любой момент может вернуться из Ройял-Масоник.
— Мистер Дануорти! — взмолился я. — Я так надеялся, что вы придумаете, где мне отлежаться после перебросочной болезни…
— С другой стороны, отсутствие диссонанса вполне может объясняться именно тем, что ее тотчас же вернули, предупредив возникновение разрушительных или каких бы то ни было последствий.
— Сестра сказала, две недели, но мне хватит и трех-четырех дней…
— И даже в этом случае, — мистер Дануорти снова зашагал туда-сюда, — ничто не мешает нам выждать. В этом прелесть путешествий во времени. Можно подождать три-четыре дня, две недели — да хоть год! — и все равно вернуть ее «тотчас же».
— Если меня найдет леди Шрапнелл…
Он остановился.
— Да, об этом я не подумал. Боже, стоит ей узнать…
— Если вам вдруг придет в голову какое-нибудь укромное и тихое…
— Финч! — крикнул мистер Дануорти, и секретарь возник в дверях с распечаткой в руке.
— Это библиография по парахроническим диссонансам, — пояснил он. — Не густо. Мистер Эндрюс в 1560 году, изучает клерестории по заданию леди Шрапнелл. Позвать обратно мистера Чизвика?
— Есть дела поважнее. Нужно придумать, где укрыть Неда, чтобы он спокойно выздоравливал от перебросочной болезни.
— Леди Шрапнелл… — начал я.
— Именно, — подхватил мистер Дануорти. — В нашем времени оставаться нельзя. И в двадцатом веке тоже. Нужно что-то тихое, укромное, загородный дом, например, у реки. У Темзы.
— Вы хотите сказать… — догадался Финч.
— Его необходимо переправить немедленно. Пока леди Шрапнелл не добралась.
— Ага! — выдохнул Финч. — Понимаю! Но мистер Генри не в том состоянии, чтобы…
— Нед, — перебил его Дануорти, — как вы смотрите на то, чтобы отправиться в викторианскую эпоху?
Викторианская эпоха. Дремотные летние вечера, катание на лодке по Темзе, крокет на изумрудных газонах, девушки в белых платьях, ветерок играет ленточками на шляпах… А потом чай под ивами, севрский фарфор, услужливый дворецкий, предугадывающий любую вашу прихоть, чтение стихов из тонкого томика, и нежные девичьи голоса летят стайкой легких лепестков по напоенному цветочным ароматом воздуху… «Июльский полдень золотой… И тянется неспешно нить моей волшебной сказки… В том тайнике, где ты хранишь младенческие сны…»[1]
Финч покачал головой:
— По-моему, не самая лучшая мысль, мистер Дануорти.
— Ерунда. Вы слышите, что он несет? Ему там самое место.