Академия Теней

А я что? По документам все мое дело вела Айра Велан, мы как-то оформляли документы на выезд, случайная поездка была, папенька перестраховался.. но документы, истинные, с государственной печатью и проверкой магов, остались. И в результате магической проверки, ни у кого из моих сотрудников, как и ни у кого из совладельцев, никакой магии не имелось. Мы были чисты. Более того, мы подали документы о том, что совершенное нападение недругов Рагнаэров, плохо повлияло на нашу репутацию и соответственно доходы.. В итоге Рагнаэров обязали выплатить нам и стоимость заказа, и моральный ущерб, и даже компенсацию за упущенную прибыль. Один из самых счастливых моментов в моей жизни был.

Более того, позже, мне были доставлены все девять тортов и все наборы пирожных, ведь я, на глазах у всего ошеломленного народа, устроила истерику по поводу того, что теперь мне не доведется попробовать такие вкусные сладости и аааааа какая я несчастныя. Актерский талант мне достался от матушки, голос тоже ее – звонкий и разносящийся на дальние расстояния, так что истерика то случилась в карете, зато услышали ее абсолютно все, все кто хотел, и даже кто вообще не хотел.

Папеньке конечно за все случившееся, то есть за истерику и мои завывания, стыдно было, но он страдальчески повторял про подростковый возраст, который ну очень трудный, и его нужно как-то пережить.

А я перепродала все торты все в той же кондитерской лавке, чего прибыли пропадать, и начала шить себе платья на три размера больше. Правда неудобство одно было – ватные шарики приноходилось за щеками носить, но я и к этому привыкла. Вообще ко всему можно было привыкнуть, кроме брака с Ивором Рагнаэром.

И вот все бы было замечательно, и после той истерики в карете у меня совершенно не магическим образом растворились все остававшиеся стойкими подруги из высшего общества, а приглашать нас с папенькой в приличные дома старательно перестали, но тут этот недобитый магией взял и умудрился получить вторую королевскую награду.И приглашение на празднество по данному поводу он даже доставил лично.

Я не вышла поприветствовать гостя. Я была так зла, что все ногти сгрызла, нервно расхаживая за дверью в гостиную, где лорд Ивор Рагнаэр рассыпался в любезностях и заверял папеньку в том, как старательно и с любовью будет носить меня на руках до конца моей жизни, очень долгой жизни, уж он-то об этом позаботиться.

Когда Ивор ушел, отец в растерянности посмотрел на меня, и осторожно спросил: «А что, у Рагнаэров может денег нет?». В смысле намекал, что Ивор на браке настаивает, потому что я богатая невеста. Если бы! Если бы это было так, я бы для этих двоих сама бы денег заработала! Но три года назад дядя Гриэр перехватил у меня контракт на военные поставки, сумма там была такая, что мне хотелось пойти поплакать укутавшейся в одеяло. К сожалению, Рагнаэры были адски богаты, просто непостижимо, чудовищно, бессовестно богаты. И если бы я свои дела не вела, даже не представляла бы насколько, а так..

Но на второе празднество мы даже не доехали, хотя платье и на этот раз папенька выбирал и мне даже шанса не представилось, запихать в рот ваты. Не то, чтобы я сильно переживала, мне было прекрасно известно, что никакого торжества не будет априори, и я была именно тем, кто приложил к этому руку.

Двести пятьдесят. Ровно двести пятьдесят блудниц, портовых ночных бабочек, куртизанок и и прочих выдающихся личностей, в своих самых лучших нарядах, с самыми глубокими декольте и наиболее ярким макияжем, прибыли практически одновременно.

От кого Ивор Рагнаэр получил столь примечательный подарок в свой двадцать пятый день рождения, никто так и не понял. Блудницы получили приглашения, отпечатанные на подпольной типографии, что сгорела еще до появления взбешенных магов. Оплатить появление на вечере девушкам было обещано в полученных, и выглядящих абсолютно настоящими, приглашениях, соответственно денежный след отсутствовал, а потому.. Говоря откровенно типография принадлежала мятежникам, они сбежали, заплатив ликвидаторам, которые работали на меня и работали чисто. В итоге, даже если бы их схватили, они все равно ничего не знали о той партии отпечатанных пригласительных, что была создана с помощью бытовой магии. Но мятежники на то и мятежники – они были мастерами сбегать и оставаться непойманными. Такчто власти зашли в тупик.

А в тот примечательный вечер, наполненный криками и негодованием блудниц, громче всех кричала та, за кого папеньке было неимоверно стыдно. А кому бы не было стыдно, если бы его дитятко ругалась на беспутного гуляку лорда Ивора так, что визг мой перекрывал крики всех в округе. Мне кажется, из парочки карет мне даже аплодировали. Что ж, заслуженно, я эту речь больше недели готовила. А о наследнике, у которого в каждом порту по любовнице и шлюхе, шепталась вся столица. И никого не волновало, что лорд Ивар ни разу в море вообще не выходил.

Почти на три года все затихло. Приезжать с извинениями, Ивар приезжал, злой как черт, прямо как в детстве, но потом было тихо. Я ждала, следила за ним, знала обо всех его интрижках, откровенно радовалась упорному стремлению к одному типажу в плане предпочтения женщин, и занималась как своим делом, так и обучением. Рисковать и вновь возвращаться в гимназию не хотела, хоть и скучала по классам и безмятежности студенческой жизни, но в бизнесе было как и всегда весело, в торговле оно вообще всегда как на войне.

Я прекрасно жила. В свет официально не выходила, неофициально знала все и обо всех. Дела развивались, и я так думаю, таким темпом, годам к тридцати я смогла бы потягаться с дядей Гриэром за часть военных поставок. Не за все, естественно, за все разве что годам к восьмидесяти, и то не факт, но за маленькую часть, процентов за пять, могла бы.

И тут все рухнуло!

Раннее утро ранней же осени, кристально чистый воздух, легкий привкус мороза, что еще не претендовал на теплые земли, но уже осторожно касался золотых листьев на деревьях, я возвращающаяся с верховой прогулки и внезапное прибытие экипажа, охраны и горничных. Они намеревались заграбастать меня вот так, сходу, не планируя даже дать время на сбор одежды. А ведь мне еще даже восемнадцати не исполнилось!

В тот момент очень хотелось сесть и расплакаться, но.. себя, говоря откровенно, было совсем жалко. Пришлось встать, вытереть слезы и пойти спасать себя любимую, потому как больше спасать было некому – отец был согласен отдать меня, сохраняя абсолютную убежденность в том, что для меня так будет лучше.

Истерика, закатанная папеньке, встреча с дядей Гриэром, который как-то совершено не удивился ни моей разумности, ни внешности.. словнознал все. Но даже в переговорах с этим старым лисом мне удалось добиться главного – он согласился с тем, что брак должен быть целиком и полностью одобренным Ивором. Правда, соглашался темный маг с какой-то странной усмешкой, но это был шанс, а в моем положении даже шанс уже был чем-то значимым.

И вот я здесь.

И с самого начала все пошло не по плану. Но была дельцом с опытом, и такие как я знают – безвыходных ситуаций не бывает, просто иногда ты не видишь его, этот выход, и тогда к делу нужно присмотреться повнимательнее.. очень внимательно.

Подойдя к зеркалу, я воззрилась на прическу в виде башни из грубо завитых локонов, где вперемешку были как мои волосы, так и пакля, безжалостно вырезанная мастером из дешевых париков. Эту громаду я держала на своей голове почти две недели, и вряд ли удержала бы, но бытовая магия творит чудеса – я даже волосы мыть умудрялась. А вот с умыванием было сложнее – визажист сделала мне макияж, укрепила как специальными средствами, так и магически, так что перед умыванием я снимала все это как маску, после крепила обратно. Но за две недели штукатурка действительно посыпалась, и я не представляла, как восстановить эту маску из многочисленных слоев косметики, не разрушив свой столь тщательно выстроенный образ.