Война на Севере

Павел Иванович Колчин не любил находиться на базе долгое время, предпочитая выходить в море, как только представляется возможность. Именно поэтому он собирался выходить на «Сокрушительном», в Мотовский залив. Выход планировался всего на два дня, 29 ноября эсминец должен быть в главной базе Северного флота в Полярном.

В отличии от своего комиссара дивизиона – полкового комиссара Казакова, который большее время предпочитал оставаться на главной базе флота в городе Полярном, на кораблях дивизиона, тот появлялся только тогда, когда они находились на главной базе. Скорее всего, на него «очень сильно» повлияла гибель эскадренного миноносца «Стремительный» в июле этого года, на котором в момент атаки самолётов противника он и находился (кому интересно, то тот может найти в интернете данные по гибели эскадренного миноносца «Стремительный» и как там повёл себя комиссар дивизиона - полковой комиссар Казаков).

Вечер прошёл быстро, выборочная проверка показала, что эсминец готов к выходу.

Что и было сделано, рано утром 27 ноября, эскадренный миноносец «Сокрушительный» вошёл в Мотовский залив и в течении двух дней 27 и 28 из его губ, наносил артиллерийские удары по наступающему противнику на Мурманском направлении совмещая усилия с армейскими частями находящимися в обороне. Эскадренному миноносцу «Сокрушительному» удалось отразить три попытки противника прорвать оборону сухопутного фронта на Мурманском направлении. Противник, понеся значительные потери, был не только остановлен, но и вынужден приступить к укреплению занятых ранее позиций.

Только рано утром 29 ноября, когда в его артиллерийских погребах осталось около 25 % снарядов,эсминец вышел из Мотовского залива и направился на главную базу Северного флота- Полярный.

Командир ОДЭМ, практически не вмешивался в действия командира эсминца, капитан 3-го ранга Курилех оказался на высоте, действуя профессионально, полностью контролируя как ход артиллерийской стрельбы по заявкам армейского командования, так и контролируя обстановку вокруг эсминца.

Эсминец «Сокрушительный», на скорости 25 узлов покинул Мотовский залив, вышел в Баренцево море за несколько часов достиг входа в Кольский залив, уже были видны Лайновы острова и мыс Летинский со стоящим на нём маяком.

- Группа боевых кораблей с правого борта, - крик сигнальщика, застал капитана 2-го ранга Колчина, когда он просматривал курс корабля, прокладываемый штурманом эсминца. Командир эсминца Курилех, в это время решал со своим помощником текущие вопросы.

Оба командира отреагировали практически одновременно, выскочив на мостик эсминца с биноклями в руках.

- Тяжёлый крейсер, с сопровождением, - тут же выдал Курилех,не отрываясь от бинокля, - в сопровождении лёгкий крейсер и два эсминца.

- Согласен, - подтвердил Колчин.

- Группа кораблей стоит без движения, - голос сигнальщика выдавал лёгкое волнение, понятно, чей тяжёлый крейсер с сопровождением мог оказаться тут (кораблей союзников тут не должно быть).

- Боевая тревога, курс на обнаруженный корабли, - не отрываясь от бинокля, произнёс Колчин.

- Боевая тревога, вахтенный, курс на группу кораблей, ход 32 узла, - тут же продублировал капитан 3-го ранга Курилех, - сигнальщикам усилить наблюдение.

- Молодец Михаил Алексеевич, - мысленно, одобрил команду подчинённого, Колчин, - особенно про усиление наблюдения.

Тут, что-то как озарение или понимание проскочило в голове командира дивизиона, вспомнив слова Командующего про «не последний военный корабль Японии».

- Сигнальщики, смотреть на флаги кораблей, - тут же поступила команда от Колчина.

- Белое с красным, отсюда пока точно не определить, - тут же выдал глазастый сигнальщик сверху.

- Может белый флаг, в центре красный круг с красными лучами? – уточнил Колчин.

- На тяжёлом крейсере, точно белый флаг по центру красный и лучи красные, - сразу же выдал сигнальщик сверху.

- Да, - тут же радостно подумал Колчин, вслух же сказал, - Михаил Алексеевич, потом поощрите сигнальщика за высокий профессионализм и бдительность.

- Сделаем, - согласительно кивнул головой командир эсминца Курилех.

- Уточнение, в центре красный круг, точно, - тут же сделал уточнение сигнальщик.

- Опять японцы? – опустив бинокль, капитан 3-го ранга Курилех, выжидающе посмотрел на своего командира.

- Скорее всего, они родимые, - согласительно кивнул головой Колчин Павел Иванович, - скорость хода не снижать (Колчин не мог знать, что 28 ноября в Москве, в Ставке Верховного Главнокомандующего утвердили название для японского линкора «Конго» - «Амур», тем самым выполнив единственное требование, которое было указано в письме – название всех кораблей по названию рек Советского союза, «шутка» шутника Вотана, а боги, как известно ещё те шутники).

- Все стоят на якорях, компактной группой, движение и людей на кораблях не наблюдаю, - тут же дополнил глазастый сигнальщик.

- Подходим к тяжёлому крейсеру, - дал указание Колчин, - проверим в первую очередь его. Михаил Алексеевич распорядитесь на счёт швартовки, и дайте указание на подготовку половины экипажей зенитчиков на переход к зенитным автоматам крейсера, место здесь не очень хорошее.

Через десять минут эсминец «Сокрушительный» уже стоял, пришвартовавшись к борту японского тяжёлого крейсера (позже узнали, что это был «Такао», лёгкий крейсер «Юра», эсминцы «Муракумо» и «Аянами»).

Никого нет, в боевой рубке ничего не было, - сообщил боцман эсминца «Сокрушительный», для доклада выйдя не мостик из боевой рубки крейсера.

- Сигнальщикам усилить наблюдение, я докладываю о японских кораблях, в штаб флота, - обращаясь к командиру эсминца, сказал Колчин, вызывайте сюда так же сторожевые корабли, что находятся здесь для охраны входа в Кольский залив.

В штаб Северного флота, через пять минут ушла шифровка следующего содержания: «Гриф – Срочно. Возвращаясь с боевого задания, на подходе к Кольскому заливу у Лайновых островов была обнаружена группа боевых кораблей под военно-морскими флагами Японии. Состав группы: Тяжёлый крейсер, лёгкий крейсер, два эскадренных миноносца. Жду дальнейших указаний. Командир ОДЭМ капитан 2-го ранга Колчин»

Дожидаясь ответа, Колчин решил осмотреть тяжёлый крейсер японцев. К началу осмотра боцман эсминца, уже успел снять оба военно-морских флага Японии и вывесить на корму запасной флаг ВМФ СССР своего эсминца. При осмотре крейсера его нашёл посыльный краснофлотец с эсминца, вручив ему телеграмму.

- Быстро же они, на этот раз отреагировали, - подумал командир ОДЭМ, разворачивая листок телеграммы.

«Командиру ОДЭМ капитану 2-го ранга Колчину. Обеспечить охрану японских кораблей, до прибытия кораблей флота. С главной базы флота к вам вышла группа кораблей во главе с начальником штаба флота».

В этот момент Колчин как раз находился в боевой рубке, поэтому выйдя на мостик крейсера, отдал указание командиру эсминца Курилеху об организации охраны японской группы военных кораблей, эсминцем «Сокрушительным» и уже подходящими двумя сторожевыми кораблями охраны водного района главной базы Северного флота с бортовым номером 26 «Мгла» и бортовым номером 13 «Заря». Он же, остаётся старшим, на тяжёлом крейсере японцев.

Осмотр крейсера Колчин закончил поверхностно, обойдя крейсер по палубе. Крейсер впечатлял:длинной более 150 метров, шириной более 14 метров, крейсер имел на вооружении десять 203-мм орудий в пяти двухорудийных башнях, орудия имели длину ствола в 50 калибров. Три башни размещались «пирамидой» в носу и две по линейно-возвышенной схеме в корме.

Для борьбы с самолётами, на зенитной палубе по сторонам от дымовых труб были установлены четыре 120-мм орудия в одиночных щитовых установках с электрогидравлическим приводом, оснащёнными пламегасителями. Кроме того, имелось малокалиберное зенитное вооружение: десять спаренных зенитных автоматов 25-мм/60, оснащёнными пламегасителями на площадках у задней дымовой трубы и на площадках, у передней трубы.