Война на Севере

Командир же Z-25 корветтен-капитан Гейнц Петерс, понимал, что если в него попадёт хоть один снаряд с тяжёлого крейсера, то ему может и хватить, поэтому маневрируя кораблём, он приказал в машинное отделение, чтобы они выдали весь ход, на который был способен их корабль.

Z-25, удалось улизнуть от двух русских эсминцев, здесь скорее всего было везение и большой опыт их командира корветтен-капитана Гейнца Петерса, хотя эсминцы русских и имели чуть больший ход, да и полярная ночь не располагала к хорошей видимости даже днём.Потеря времени дала фору Z-25, пока русские эсминцы не пошли за ним в догон.

«Кама» несколькими залпами своих башен справилась с потоплением эсминца Z-23, поднаторевшие артиллеристы попали в него четырьмя снарядами, что вполне хватило тому быстро затонуть.

Застопорив ход, на борт крейсера был поднят самолёт разведчик, и через двадцать минут дождавшись два эсминца, группа кораблей СФ,экономичным ходом взяла направление на базу флота.

Для «Камы» бой не прошёл лёгко, крейсер потерял два спаренный 25-мм зенитных автомата у задней дымовой трубы, саму трубу сбило почти на половину, заклинило вторую носовую башню, от близкого разрыва, один из снарядов вывел из строя катапульту левого борта, уничтожен один из трёх моторных катеров прямым попаданием, а последний снаряд, напрочь вынес одно из 120-мм орудий левого борта, вместе с орудием погиб и весь расчёт орудия. Кроме того ещё несколько попаданий, броня крейсера выдержала. За бой на тяжёлом крейсере погибло 27 человек и ещё около 20 человек имели ранения средней и тяжёлой степени.

Зозуля видел, что докладывающий ему командир крейсера Антонов, очень переживает по поводу таких больших потерь личного состава экипажа и нанесённых повреждениях крейсеру.

- Это война Неон Васильевич, - смотря командиру крейсера в глаза, произнёс Зозуля, - и победа такой ценой для нас оправдана. Крейсер приведём в порядок, раненые вылечатся и снова будут в строю, а убитым пусть земля будет пухом.

- Кстати уточните повреждения и потери на эсминцах, - добавил он, - а так же о расходе боеприпасов. Нужно будет отправить шифровку в штаб флота о бое с немцами.

23 декабря эскадра возглавляемая контр-адмиралом Колчиным находилась на подходе к острову Кильдин.

- Николай Иванович, - обратился Колчин к командиру «Двины», - передайте на «Урицкий», Виктору Васильевичу, впередиГуба Медвежья, пусть он её проверит.

Пока командир «Двины» ставил задачу радистам по внутреннему телефону, находившийся тут же Уськов, встрепенувшись, переспросил, - вас что-то беспокоит Павел Иванович?

Пожав плечами Колчин ответил, - да, в общем-то, нет это просто так на всякий случай.

Набравший ход до 32 узлов эсминец «Урицкий» пошёл вперёд забирая вправо, через десять минут по телефону поступил доклад от радистов крейсера, - Губа Медвежья проверена сигнальщики с эсминца никого визуально не наблюдают.

- Пусть пройдут вперёд за мыс Чеврай и посмотрят, что там, в проливе твориться, - задумчиво смотря на карту штурмана, отдал указание для эсминца «Урицкий» Колчин. Кивнув головой, что понял Богданов, вновь отдал указание радистам, находившимся на линии связи для передачи на эсминец.

Поступивший доклад с «Урицкого»,за мысом Чеврай чисто, никого нет. На что Колчин отдал указание для «Урицкого», чтобы тот занимал своё место в колонне эсминцев, следующих за лидером.

По истечении 7 часов, на горизонте появился мыс Быка, оконечность острова Кильдин, после которого начиналась акватория Кильдинского плеса.

- Николай Иванович, - отдал очередное распоряжение командиру «Двины» - пусть сигнальщики будут повнимательнее, не очень хорошее место, да и увеличьте ход до 30 узлов, постараемся быстрее проскочить пролив Кильдинской сальмы.

На удивление и пролив эскадра, проскочила, ничего не заметив.

- Может опять что-то будет за мысом Чёрный, - подумал Колчин, поглядывая на всё более возбуждающегося капитана Уськова. У того по мере приближения к главной базе всё больше и больше, начинали светится блеском какого-то азарта глаза.

- Николай Иванович, - смотря на капитана НКВД и сам, начиная нервничать, проговорил Колчин, - отправьте ка вперёд опять «Урицкий», пусть проверит, что там за мысом Чёрный.

- Есть, - ответил Богданов и снял трубку телефона.

Через несколько минут эсминец «Урицкий» увеличив ход до тех же 32 узлов, пошёл опять в отрыв, обгоняя лидера эскадры, пройдя вперёд, на пять кабельтов, резко сделал поворот вправо.

- Что это с ним? – подумал Колчин, подымая бинокль, эсминец же увеличил ход до полного, понёсся в сторону небольшого безымянного залива находящегося впереди.

Сняв трубку зазвонившего телефона,выслушав сообщение командир «Двины» доложил, глядя на Колчина, - у берега на якорях стоит группа боевых кораблей, как минимум два тяжёлых крейсера.

Колчин тут же выскочил на мостик крейсера, чтобы самому увидеть, что там твориться в безымянном заливе, уже открывая дверь на мостик, услышал радостное восклицание со стороны Уськова, - есть, наконец-то.

По мере хода крейсера контр-адмиралу открывался небольшой залив, где на якорях стояла группа кораблей.

- Группа кораблей около берега, на якорях, - тут же ударил голос сигнальщика, - два корабля тяжёлые крейсера тип наша «Обь», один лёгкий крейсер похож на нас, но с тремя дымовыми трубами, три эсминца тип «Печора», три транспорта, один из них гидротранспорт на его борту стоят самолёты.

Сзади выскочивший капитан Уськов не срывал радости, - есть последняя партия, и гидроавианосец есть.

Колчин, косо посмотрел на возбуждённого Уськова, не скажет ли чего ещё, потом перевёл взгляд на командира «Двины», приказал ему, - Николай Иванович, отправьте отмоего имени шифровку в штаб флота, что обнаружена группа кораблей под флагами японского военно-морского флота девять вымпелов. Два тяжёлых крейсера типа «Обь», один лёгкий крейсер тип «Двина», три эсминца тип «Печора», один гидроавианосец, два транспорта. Место обнаружения между мысом Чёрный и проливом Кильдинская сальма.

- Есть, - коротко ответил Богданов, отправляясь в рубку крейсера, чтобы дать указание для радистов на передачу шифровки.

Подумав немного, Колчин сам зашёл в рубку и отдал дополнительное указание для командиров эсминцев, - эсминцы «Печора» и «Томь» подходят к одному из эсминцев и высаживают по полсотни экипажа для запуска эсминцев и зенитного прикрытия. С эсминцев «Урицкий», «Валериан Куйбышев» высаживают партии тоже по полсотни человек экипажа временно на тяжёлые крейсера, а вы Николай Иванович, подходите к лёгкому крейсеру, по крайней мере, ваши там быстрее всего разберутся. На всех кораблях сразу же менять флаги на наши военно-морские, пусть берут резервные. После высадки десанта из экипажа, все эсминцы эскадры встают на охрану стоящих кораблей.

Как раз к моменту отхода от лёгкого крейсера, из базы флота пришла шифровка, что в нашу сторону через полчаса, с базы флота будут выходить эсминцы 1-го дивизиона: «Грозный», «Гремящий», «Громкий», под общим руководством начальника штаба флота контр-адмирала Кучерова. На борту эсминцев будут находится, частично экипажи с тяжёлых крейсеров «Обь», «Енисей», эсминцев 2-го дивизиона «Анадырь», «Иртыш», «Висла», а так же 150 человек из резервных экипажей флота.

- Ну что ж, пока прибудут эсминцы 1-го дивизиона, посмотрим, что это за гидроавианосец, и с чем его едят, а так же на эти странные транспорты, - Колчин задумчиво посмотрел в сторону Уськова и Богданова.На что Уськов безразлично пожал плечами, а Богданов, кивнув головой, сказал, - сделаем.

Тут же отдав указание вахтенному на подход к гидроавианосцу.