Страница 115 из 116
— Ты можешь прочитать этот текст? Если ты солжешь мне, — вкрадчиво предупреждает он, — я узнаю.
— Нет.
Он смеется, и это яркий, ликующий звук. Я не представляла, что он может издавать такие.
— Попробуй еще раз, — мурлычет он.
Как и в прошлый раз, мои глаза наполняются слезами, и я знаю, что влага на моей щеке, — это, в основном, кровь.
И, как и в прошлый раз, слова начинают складываться перед моими глазами, посылая осколки боли в голову. Я прижимаю ладонь к виску в бесполезной попытке облегчить боль.
— Нет.
— Я много раз видел, как ты лжешь, Арвелл Дациен. Я точно знаю, как бьется пульс на твоей шее, как слегка расширяются твои глаза. Как ты прикусываешь нижнюю губу, словно жалеешь, что не можешь сдержать свои слова. — Его голос становится холодным. — Теперь читай.
Мой голос дрожит.
— В начале боги были...
— Ты, — удивляется Роррик. — Я потратил столько времени, чтобы поймать этого вампира. А ты просто забрала у него силу, которая мне нужна. — Он захлопывает книгу и прячет ее под плащом. — Поздравляю, твоя ценность для меня значительно возросла.
Я морщусь, вытирая глаза. Что-то подсказывает мне, что представлять собой ценность для Роррика — не очень хорошо. Хотя два мертвых вампира, распростертые у наших ног, предупреждают меня о том, как обстоят дела у людей, которых Роррик не ценит.
Роррик по-прежнему в холодной ярости, но при этом внимательно наблюдает за мной.
— Ты будешь работать на меня.
Мой смех пронзительный, граничащий с истерикой.
— Ни за что.
— Это был не вопрос.
Мое сердце замирает. Я только что пыталась спасти ему жизнь, а он уже угрожает моей. Предательство ощущается горечью на языке. Если он думает, что я собираюсь сотрудничать с ним, то это пустые мечты.
Роррик не знает, что я и раньше умела читать этот ужасный, причиняющий боль язык. И я позабочусь о том, чтобы он никогда об этом не узнал.
— Не делай этого. — Я не слишком горда, чтобы умолять. — Я просто хочу забрать своих братьев и уйти.
— Твои братья не имеют к этому никакого отношения. В отличие от Брана, я не законченное чудовище...
Его голос внезапно затихает, и он смотрит на меня.
— Что ты делаешь? — тихо спрашиваю я Роррика.
Он улыбается мне удивительно тепло.
— Жду.
На меня налетает чье-то тело, и я взмахиваю кинжалом, но он уже уворачивается, толкая меня себе за спину.
Тирнон.
Колени подкашиваются, и я цепляюсь руками за его тунику. Он весь в крови и дрожит от ярости. Но он здесь. Он здесь, и облегчение согревает каждый дюйм моего тела.
— Брат, — говорит Роррик. — Ты долго добирался сюда. Мы как раз вели переговоры.
— Ты не ведешь переговоры.
Роррик игнорирует его, встречаясь взглядом со мной.
— Ты поможешь мне найти то, что я ищу, а я взамен научу тебя использовать твою украденную силу.
Я вздрагиваю, как всегда, когда он напоминает мне о людях, которых я убила ради этой силы.
Роррик улыбается, как всегда, когда я реагирую на его небольшую провокацию.
— Я сам обучу ее, — рычит Тирнон, протягивая руку за спину, чтобы взять меня за руку.
Роррик снисходительно улыбается ему.
— Ты недальновиден. Наш отец станет еще более параноидальным и нестабильным после этого небольшого нападения. Вдвоем мы сможем защитить ее лучше, чем ты в одиночку. — Его сигил на мгновение вспыхивает на лбу, выпуская магию, и я крепче сжимаю тунику Тирнона, готовясь к головокружительному напору этой холодной волны. — Ты забываешь, брат, что из нас двоих у меня в жилах течет больше, чем одна сила.
Тирнон замирает, и я выхожу из-за его спины, изучая его лицо.
— Ты же не серьезно, — шиплю я, а он смотрит на меня с виноватым видом. Я прищуриваюсь. — Я здесь не останусь. Бран мертв, а это значит, что я могу уйти.
— И как долго, по-твоему, ты продержишься, прежде чем случайно используешь силы, которых у тебя не должно быть? Вроде щита грифона? — Голос Роррика звучит ласково. Но меня беспокоит выражение лица Тирнона. Он действительно обдумывает это.
Я изумленно смотрю на него.
— И тут вы внезапно решили действовать сообща?
Взгляд Тирнона скользит мимо меня. Братья молча смотрят друг на друга и ведут мысленный разговор обо мне. Я сжимаю челюсти.
Глаза Роррика встречаются с моими.
— Ты наверняка захочешь мне помочь. Это просто гарантия того, что ты будешь в безопасности.
Я кривлю губы.
— Почему я должна тебе помогать?
Элегантным движением он снова прислоняется к стене за своей спиной.
— Потому что именно Бран предупредил меня о действиях Тиберия Котты в Торне. Он знал, что я устраню Котту, если это потребуется, чтобы предотвратить восстание Мортуса. Но наставник твоей подруги был занят жертвоприношениями богу разрушения в Лудусе. И другие также приносили ему жертвы в других местах этой империи.
У меня перехватывает дыхание, и Роррик серьезно кивает мне.
— Мортус вырвется из своей клетки. На этот раз навсегда. Если мы не найдем способ предотвратить это, он поработит весь мир.
У меня перед глазами мелькает семь душ, запертых в своих трупах.
Он хочет, чтобы мы вернулись.
Роррик поднимает книгу.
— Прочитать этот текст — первый шаг к тому, чтобы найти способ предотвратить это.
— Не притворяйся, — рычит Тирнон, — что тебя волнует порабощение других. Тебя интересует совсем другая информация, которая может содержаться в этой книге.
Роррик невесело улыбается ему, но что-то мелькает в его глазах. Что-то, что я не могу определить. Он поворачивается ко мне.
— Как бы то ни было, я уверен, что ты не хочешь, чтобы твои братья бродили по этому миру в виде трупов.
Непрошенное воспоминание о голосе Мортуса заставляет внутри все перевернуться. Я никогда не прощу себе, если уйду, а он вырвется из своей клетки.
— Ты просто не мог удержаться, да? — тихо спрашивает Тирнон, все еще глядя на Роррика.
Роррик улыбается брату.
— Ты серьезно ожидаешь, что я пожалею тебя из-за того, как сложилась твоя жизнь? — Он указывает на меня свободной рукой. — Ты должен был сбежать с ними много лет назад.
Я поворачиваюсь к Тирнону.
— О чем он говорит?
Он стискивает челюсти, но не отвечает.
Неудивительно, что Роррик поворачивает нож в ране.
— С твоими возможностями, брат, твою маленькую семью, возможно, никогда бы не нашли. Ты должен был забрать их и исчезнуть. — Роррик ходит вокруг меня, его теплое дыхание ласкает мое ухо. — Я бы так и сделал.
Я встречаюсь взглядом с Рорриком. Он чудовище, но он не лжет. Он никогда бы не позволил своему отцу угрожать тому, что считает своим.
Во мне вновь открываются старые раны, и глаза наполняются слезами — боль от того, что Тирнон бросил меня, внезапно становится такой же сильной, как в день, когда он ушел.
— Зачем ты это делаешь? — хрипло спрашиваю я.
Роррик улыбается, наклоняясь так близко, что его губы почти касаются моих. Тирнон хрипло рычит за нашими спинами. Но он не двигается с места.
— Все просто, — шепчет Роррик. — Вы не видите друг друга в настоящем. Он все еще пытается спасти тебя, а ты все еще пытаешься стать его спасением.
Он переключает свое внимание на Тирнона, который выглядит потрясенным. Наши глаза встречаются, и мое сердце разрывается пополам.
Нет. Нет, я не позволю Роррику играть с нами в свои игры. Я никому не позволю заставлять Тирнона смотреть с таким отчаянием.
Я подхожу к Тирнону, беру его за руку и сжимаю, а Роррик мрачно наблюдает за нами.