Страница 9 из 116
А у меня слова в горле застряли.
Нелли выдохнула, развернулась и пошла к кровати, где легла на самый край у стенки, спиной ко мне. В движениях нервозность, хвост змеёй ходит. Одеялом укуталась, как в кокон завернулась и дальше хнычет.
Ну вот, млять, зачем эта долбанная проверка на вшивость?!
И злости не хватает. И на душе кошки скребут. Не знаю, что будет дальше. И не так важно лишиться вверенных воинов, если она пожалуется Узимиру, который заявит о расторжении помолвки. Важнее вдруг стало то, что я всё – таки тот ещё урод.
Она меня два года ждала, как девушки ждут своих ребят со срочки.
Браслет всё ещё в руках. И я рву к чертям его остервенело. Сыплются камни, ударяясь со звоном о стол и пол, где кончается коврик у камина.
Нелли притихла, розовые ушки навострив.
Халат скидываю и голышом в постельку. Подгребаю к ней ближе, приобнимаю поверх одеяла, мне она ни кусочка не оставила.
– Ну, кисонька, что ты всё ревёшь? – Тереблю её. – Не такой встречи ожидал.
– Сначала я плакала от счастья, – шепчет с обидой.
– Малыш... – тискаю через одеяло.
– Отстань, – бурчит.
Вот уже и характер проявляется.
К ушку тянусь губами.
– Милый мой котёночек, – шепчу.
Набрасывает резко одеяло и на голову, закутываясь полностью. Но я не унимаюсь. Снизу захожу. Край отодвигаю, а вот и пяточка. Пальцами щекочу, поджимает ноги, заворачивая под них одеяло в натяг. Больше брешей в обороне нет.
– То есть совокупления сегодня не будет? – Уточняю с иронией, отступая.
Молчит.
Падаю на спину, ладошки под затылок на подушке складываю. Всё, сдался. Нет никаких сил уламывать обиженную девушку.
– Я ведь всё ещё девственник, – говорю с укором.
Высовывается из – под одеяла, поворачивается на спину.
– Я тоже чиста, и если об этом узнает отец, – снова отворачивается и тяжело вздыхает. Смущает моя нагота?
– Так давай исправим? – Воодушевляюсь.
– Нет. Твоё сердце принадлежит другой, – отвечает тихо.
– И что ты будешь с этим делать? – Спрашиваю спокойно уже не в силах переубеждать.
Молчит. Но пауза длится недолго.
– В конце Жёлтого сезона тебе исполняется пятнадцать полных циклов, – говорит спокойно.
– И к чему ты это говоришь? – Спрашиваю, хотя это больше риторический вопрос.
По достижении моего пятнадцатого Цикла король даёт мне политическую свободу. А по договорённости монархов моя помолвка с Нелли превратится в свадьбу. Или как здесь принято – будет свершён ритуал брачного союза. Хотя можно было всё это провернуть сразу. Не знаю, почему они так решили вообще.
– На праздник нашего ритуала прибудет мой отец, – выдаёт, и в груди моей уже холодеет. – Я во всём признаюсь. Пусть делает со мной, что пожелает, как твой сделал с тобой.
Вот и приплыли. И что же ты наделала, надела платье не белое…
– А если до этого времени я тебя оприходую, милочка? – Спрашиваю уже от злости.
Этот Узимир запросто прибьёт и меня!
– Я не дамся, – хмыкает и снова заворачивается в одеяло.
– Ты сама – то меня любишь?
Молчит.
Вот зараза. Получается, у меня ещё примерно полгода, чтобы её уломать.
Ночь глубокая. А сна ни в одном глазу. Смотрю в потолок, состоящий из сплошного синего камня, на котором ещё отсвет от дотлевающий углей камина. Странное чувство, однако… что я свободу променял на это.
К чёрту всё.
– Так, половина моя, – заявляю и грубо сдёргиваю одеяло.
Получается, даже больше стащил.
– Отдай, – шипит Нелли и тянет обратно.
Начинаем бороться, кто перетянет. И в момент сильнейшего натяжения я отпускаю. А принцесса вылетает с края, падая на пол!
– Можешь забрать себе, дура, – смеюсь.
– Дурак, – шипит из – под кровати, даже не желая подняться. Ха! Да она с характером.
– Тупая овца, – бросаю ещё, раскручивая на большее.
– Тупой баран, – раздаётся ответ.
– Мозгов нет что – нибудь оригинальное придумать? – Выдаю с сарказмом.
– Подлый гад, – фыркает.
– И куда подевалась та скромница и недотрога? – Кривляюсь.
– Ты меня совсем не знаешь, – шипит, поднимаясь всё же обратно. Это больше смахивает на карабканье по отвесной скале. Забавное зрелище.
Вид злобный! Глаза горят, скалится! А мне смешно. Сама красная, как рак, от того, что я голый лежу.
– Я отомщу, – бросает Нелли, укладываясь обратно и подтягивая одеяло. На этот раз на спину устроилась и укуталась по грудь, оставив мне кусок, уже не глядя.
Придвинулся вплотную, накрываясь. Не реагирует. Чувствую её горячее тело, прислонившись бедром к её ляжке. Поворачиваюсь на бок, обнимаю под грудь через тонкую ткань сорочки, затаив дыхание.
Чувствую, как быстро бьётся её сердечко. Но Нелли не шевелится и не брыкается уже. Проверив реакцию, нагло закидываю на её бедро ещё и свою ногу. Причиндалами прислоняюсь к её телу. «Тигрица» напрягается на мгновение, но выдыхает без слов.
А я восхищаюсь её фигуркой всё больше. Грудь в таком положении почти не потеряла форму. По холмику веду к заветному сосочку. Не могу устоять, оголодал совсем…
– Не смей, – шипит угрожающе, но остаётся неподвижна. Уверен, что она даже чувствует, как у меня напрягся член.
– Ладно, не очень – то и хотелось, – возвращаю руку обратно. И понимаю, что ладошка её правой руки, как раз под моими яйцами сейчас.
Опс… Спасибо, что хоть тыльной стороной.
– Подлый гад, – шепчет, закрывая глаза.
– Но ведь красивый, – шепчу в ответ, закрывая свои. От тактильных ощущений начинает клонить в сон.
Носом в волосы, губами в плечико целую. У Нелли мурашки, но она не отдёргивается. И яйца мои в кулак не сжимает злобно. Но шевельнула там рукой, видимо, неудобно ей, прижал сильно.
– Страшный подлый гад, – раздаётся от неё скрипучим голоском.
– Продолжай, – шепчу на грани провала в небытие.
Но ответа уже не слышу.
Если не ошибаюсь, завтра у нас общесемейная тренировка на тренировочной платформе, где я увижу всех.
Вот же вы удивитесь!