Страница 69 из 116
Глава 22
Глава 22. Новые знакомые очаровашки
Начинаю рисовать цветок на полотне, используя все цвета под шум аудитории. Всего два лепестка рисую намеренно. Следующий цветок рядом – уже четыре. Затем с восемью лепестками.
Комментирую это, затем разворачиваюсь.
– Я не художник, только учусь, – подшучиваю, глядя на серьёзные, недоумевающие и некоторые весёлые лица.
– Урок рисования, отлично, – смеётся преподаватель.
На этот раз игнорирую его. Делаюсь серьёзным.
– А теперь внимание, – объявляю, обращаясь к девочкам и мальчикам. – Условие задачи таково: на поляне росли красивые цветы, но один пакостный мальчишка по имени Ингрит...
В аудитории пошли смешки.
– Что вы себе позволяете? – Возмутился профессор.
– Случайное совпадение, простите, – ухмыляюсь и дальше оглашаю: – один мальчишка оборвал лепестки таким образом, что первому оставил лишь два, второму вдвое больше, третьему вдвое больше второго. И так далее. Закономерность ясна?
Молчат, кто – то записывает.
– Считаем, что лепестков может быть любое максимальное количество на одном цветке, – говорю и далее торжественно: – Теперь внимание вопрос! Сколько осталось лепестков на шестом по счёту оборванном цветке? Решайте самостоятельно, у вас не более трёх минут. Первый ответивший получит приз.
На удивление зашевелились все! Зашуршали листы, зацарапали перья. Стали руки поднимать практически сразу.
Думал ответы уже, вот блин! Оказалось, вопросы...
– Давай, что непонятно? – Указываю рукой на очередную ученицу.
Поднялась серая мышка с чёрными глазками.
– Господин профессор, а сколько изначально лепестков на цветах?
Хватаюсь за голову, я же обговорил этот нюанс.
– Пять тысяч, такой ответ устроит? – Брякаю.
Кто – то даже усмехнулся. Девочка кивнула неуверенно.
Большая часть рук опустилась.
– А лепестки одинаковые? – Спрашивает белобрысый пацан и улыбается.
А вот и первый провокатор.
– Ненужный вопрос, юноша. Присаживайтесь, – бросаю важно.
– Шестьдесят четыре!! – Почти одновременно выкрикнули две девочки.
– Дисциплина! – Рявкнул профессор с места и мне: – мой ответ тоже шестьдесят четыре.
Долго же вы думали. Ещё когда Кириан математику преподавала, понял, что о степенях у них никакого представления. А со сложением туго. Система иероглифов их только ещё больше путает.
– Ответ шестьдесят четыре! – Подтверждаю на фоне уже леса рук и выкриков неверных ответов. – Призы в конце, не будем терять время. Теперь усложним задачу: сколько будет на десятом цветке лепестков?
Аудитория ахнула. А я усмехнулся сам себе, ведь два в десятой степени – знает каждый компьютерный задрот.
– Пять минут, – бросил, вылавливая озадаченные и разочарованные взгляды. Засёк на наручных часах, что раньше прятал от посторонних глаз и решился напялить уже только здесь. Мной заранее проверено, что земные минуты примерно на две секунды короче местных. Но это незначительная погрешность.
– Тысяча двадцать четыре! – Раздался взволнованный выкрик буквально за минуту до окончания времени.
Умницей оказалась миловидная блондинка, которая ответила и на предыдущий вопрос первой вместе с другой девочкой.
– Верный ответ! – Объявляю и хлопаю.
Все смотрят, как на дебила. Никто не аплодируют. Быстро перестраиваюсь.
– Так, теперь победительница может задать свой по счёту цветок, я решу на полотне при вас, – заявляю.
Девушка поднимается неуверенно. Стройная, высокая, косички светлые, на голубых глазках очки. Вполне себе ничего. Улыбаюсь, краснеет.
Ну а как, вы милые мои, хотели.
– Пятнадцатый цветок, если позволите, – произнесла вдруг миленько. И присела уже пунцовая. А мордашка всё же горделиво смотрит за моей реакцией.
– Что ж, давайте попробуем, – отвечаю и к доске поворачиваюсь. Два в пятнадцатой степени? Это можно разложить, вынеся третью степень за скобки, оставив пятую. То есть тридцать два в третьей степени.
Начинаю быстро писать свои цифры, одновременно комментируя процесс. Умножаю всё в столбик поэтапно, рассказывая, что происходит. И даже не надеясь на то, что меня поймут. Главное впечатлить и ошарашить.
– Ответ тридцать две тысячи семьсот шестьдесят восемь, – озвучиваю спустя полторы минуты. – Запишите ответ, перепроверите позже.
Конечно, мне ни хрена не поверили. Ученики смотрят непонимающе. А я продолжаю:
– Это универсальный язык математики, применяя который можно решить абсолютно любые задачи. Именно этому языку я буду обучать тех, кому это станет интересным. Уверяю вас, что все ваши выпускные задачи тоже решаются моими методами в разы быстрее.
Вздыхаю. В глазах большинства скептический настрой. Красавицы, каких подметил, уткнулись в свои бумажки.
– Попрошу подойти двух учениц, правильно ответивших на вопросы, – объявляю.
Обе подрываются, как в попы ужаленные. И начинают спускаться, неуверенно поглядывая на сокурсников. Юбочки до колен почти, и не обтягивают, больше клёш, но ткань летняя – видно невооружённым глазом, даже щупать не надо, колготки тонкие белые рельеф ножек хорошо подчёркивают.
Спускаются вниз, как мышки зашибленные, поднимаются на нашу «сценку», поворачиваются к аудитории лицом у стеночки с картой. Ммм, блондинка худенькая, акцент на попку оттопыренную, живот такой плоский, что обхватить большими и указательными пальцами обеих рук талию легко смогу. Мордашка в очках задорная, губки поцелуев так и просят. Вторая тоже светло – русая, рост ниже среднего, ноги спортивные, будто она бегунья, и тоже задница хорошая.
Но я лишь мельком смотрю на прелести, в основном в глаза. А в ответ девки тают, я прямо чувствую, как жаром от них отдавать начинает, когда вплотную подхожу. И как часто сердечки бьются.
Медлить не стал. Родил аккуратно вторую пачку маркеров под пиджачком.
– Держите, – раздал по набору и ещё по ручке шариковой. – Эти перья пишут без чернильниц. Когда – нибудь кончатся, но это будет не скоро. Уверяю вас, будете учиться в таком же духе, получите ещё.
У обеих шары навыкате. Смотрят на подарки, как на манну небесную.
– Благодарю вас, господин профессор, – первой сообразила мелкая со спортивными ногами что сказать.
– Благодарю вас, господин, – пропищала вторая, краснея ещё больше и поглядывая на меня из – под чёлки и своих очков очень застенчиво.
– Жду обеих на факультатив, – брякнул, делая «пёсьи» бровки.
Обе раскраснелись и застеснялись, как маленькие. Забавно наблюдать за взрослыми девицами. Уверен, знают, что такое член не понаслышке. Уф крошки. Ой – ёй! Мелкая даже губы кусать начала, не дожидаясь моего ухода.
Стремясь скорее прерывать серию микро оргазмов у бедняжек, повернулся к профессору.
– Спасибо, что уделили время, господин Ингрит.
– И вам, господин юный профессор, что развлекли, – хрюкнул в ответ мужик, ожидая поддержки аудитории. А её никакой. Все серьёзны, никто не хихикает и не шепчется.
– Успехов в учёбе! – Пожелал я ребятам напоследок. И не дожидаясь реакции, быстро выскочил. У самого сердце бьётся, как у зайца. Да и взмок, похоже. Если бы не дезик, сейчас бы бритые подмышки хлюпали.
Дошёл до лестницы поднялся на четвёртый этаж, и понял, что не очень хочу сейчас возвращаться к Кириан. В холле напротив лестниц оранжерея просторная и местами заросшая. Так и манит. Задолбали снега, если честно. Во Дворце тоже есть закрытые сады, что цветут и пахнут даже в Белый сезон. Но пока не вышло там погулять. Да и некогда было.