Страница 4 из 27
— Ой… — только и могу выдохнуть, испуганно стискивая руки на груди.
Баюн! Это же кот-людоед! А я ему: киса, кушай уточку!
Отодвигаюсь тихонечко по лавке, подальше от пушистой морды, которая больше не кажется милой, скорее зловещей.
— А ты чего пришёл? Что забыл в опочивальне юной, невинной девицы?
— А сам-то? — котяра неожиданно встаёт на задние лапы и совсем по-человечьи усаживается на лавку.
— Ой! — ещё один вздох вырывается из груди.
Он что разговаривает? Кот разговаривает? Ну и чудеса! Но тут же вспоминаю, что серая зверюга — людоед, и отодвигаюсь ещё дальше, в самый дальний уголок лавки.
— Не твоё дело. Это, вообще-то, моя невеста. Забыл?
— Ты сам от неё отказался. Забыл?
— У тебя я забыл спросить! Что мне делать с собственной невестой! А ну, брысь отсель, пока цел! Иначе шёрстку подпалю, которой ты так гордишься! — ещё больше злится черноволосый.
Котяра соскакивает с лавки. Шерсть его встаёт дыбом, спина выгибается дугой, хвост торчит трубой, а из пасти вырывается яростное, угрожающее шипение.
Темноволосый парень тоже принимает боевую стойку и вытягивает перед собой руку, на которой светится синий огонёк, становясь всё больше и больше.
Неужели биться будут? Из-за меня, что ли? Этого нельзя допустить!
— Откровенно говоря, я не ваша невеста. Вы что-то путаете, — обращаюсь к молодцу, решая внести ясность. — Меня старому Кощею привезли.
Красавец бросает в мою сторону надменный взгляд.
— Моя. Я теперь Кощей и владелец всей этой усадьбы.
— Ой… — выдаю в третий раз, изумлённо хлопая глазами.
Вот так новость! Ехала к древнему старику, а попала к молодому красавцу! Но радоваться рано. Да и нечему. Как бы ни выглядел Кощей, я в любом случае долго не проживу. Всю силушку мою выпьет и поминай как звали!
– Убирайся, Баюн! – продолжает бесноваться новоявленный хозяин замка.
Синее пламя молнией летит в кота, тот едва успевает отпрыгнуть. Шипит и фыркает, машет пушистым хвостом, бьёт им себя по бокам. Мерцающий огненный шар врезается в стену, раскрошив штукатурку и оставив большое пятно, обугленное по краям.
– Ещё? Ну смотри, сам напросился!
Кощей вновь выпускает шаровую молнию, только на этот раз она не исчезает сразу же, а принимается летать за котом, который с пронзительным визгом уносится прочь.
–То-то же!
Черноволосый чародей удовлетворённо улыбается и оборачивается ко мне.
– А ты, ешь, пей, отдыхай. А завтра домой отправишься. Мне невеста без надобности. Особенно без приданного. У тебя ведь его нет?
– Нету… — бормочу, не в силах поверить своему счастью.
Глава 6
Молодец ушёл, а я осталась хлопать глазами в полном изумлении.
Вот так новость! Значит, Кощей не стар. Или это вовсе не тот Кощей, ведь дружинники говорили о древнем старике. Но тогда, куда делся тот? Непонятно и оттого очень любопытно!
Но главное – невеста ему не нужна! Значит, умирать в расцвете сил вовсе не требуется!
Уже с большим энтузиазмом принимаюсь за еду, вот только с непривычки съесть много не могу, да и блюда здесь все слишком сытные, по большей части мне не знакомые.
Я ведь сиротинушка, к чему привыкла? Корочку хлеба получу и рада. А если пару ложек каши дадут, так и вовсе пир горой.
Разомлев от сытости и усталости, подхожу к широкой постели и как есть в одежде, укладываюсь в уголке. Засыпаю, как только голова касается подушки, ведь за несколько дней пути к замку Кощея, успела основательно вымотаться.
А о том, что же делать дальше, подумаю потом. Утро вечера всяко мудренее.
— Девица! Открой глаза, красавица! — замогильный голос заставляет вынырнуть из глубокого сна и распахнуть глаза.
В опочивальне царит темнота, лишь в окошко проникает тусклый звёздный свет.
— Кто здесь? — спрашиваю испуганно.
— Это мы… Мы… — завывания повторяются, но теперь уже на несколько голосов.
— Кто мы? — спрашиваю почему-то шёпотом.
Сажусь на кровати, подтягивая ноги к груди, и оглядываюсь по сторонам, пытаясь разглядеть во мраке хоть что-то.
— Невесты проклятого Кощея… — слышится в ответ.
Мои босые ноги лижет сквозняк, хотя все двери и окна закрыты. Невольно покрываюсь мурашками и тяну на себя шёлковое покрывало, будто бы оно может защитить.
— Ка… Какие ещё невесты?
— Несчастные… Не упокоенные… — вой приближается к постели.
— Ой, мамочка! Чего вам от меня-то нужно? — впиваюсь пальцами в покрывало и натягиваю его до самого подбородка.
— Чего, чего! Помоги нам успокоиться, — вдруг говорит кто-то почти нормальным голосом.
В тот же миг возле моей постели возникают три светящихся силуэта. Хочу завизжать, но не могу, горло будто верёвкой перетянули, зато икота вдруг напала. Ноги и руки сделались, как ватные, не могу ни встать, ни пошевелиться. Поэтому остаётся только сидеть да икать от ужаса.
— Да не бойся ты нас! Мы тебе ничего плохого не сделаем. Да и что мы можем? Бестелесные, — один призрак подлетает ближе.
Киваю, стискиваю зубы, чтобы они перестали стучать.
— Верно, всё говорят. Чего их бояться? Свет один, — новый голос, причём в опасной близости, заставляет подлететь над кроватью и отскочить в угол.
На шёлковое покрывало влезает какое-то мохнатое чудо-юдо и злобно сверкает маленькими глазёнками, похожими на тлеющие угольки.
В темноте я не могу разглядеть его как следует, но понимаю, что это не котик и не собака, слишком уж странный, так ещё и разговаривает.
— А-а-а! — визжу со всей дури. — Уйди! Ты кто такой?
— Вот всегда одно и то же! Я познакомиться пришёл с новой хозяйкой, а она орёт благим матом. Хорошо хоть подушками не бросается, вот как ты когда-то, Меланья, — рассудительным тоном говорит существо, устраиваясь поудобнее и закидывая ногу на ногу, точнее: лапу на лапу.
— Ох и не говори! Напугал ты меня, коловерша! — одна из призрачных женщин весело улыбается.
Остальные начинают хихикать.
— Коловерша? — выдыхаю, прекращая визжать.
Надо же! Я думала, эти домашние духи по-другому выглядят! Теперь уже разглядываю мохнатика с большим любопытством. На призраков поглядываю искоса, потому что доверия они мне не внушают. А вот коловерша, коли назвал меня хозяйкой, значит, не должен навредить, не такая у них порода.
— Да успокойся ты уже. Никого тебя обижать, или там пугать не будет. Мы за помощью пришли, — призрачные невесты отступают, точнее, отлетают к окну и зависают возле него. Видимо, стараясь таким образом меня успокоить.
— Ко мне? — сглатываю нервно.
— К тебе. Гордей, вызвал с того света, а обратно отправить — ума не дал. Даром, что учился десять лет наукам магическим. Вот, весь в отца! Ничего до конца довести не может! — упирает руки в прозрачные бока Меланья.
— Зато гонору! Ишь, хозяином ходит! Чисто гусак! — подхватывает коловерша.
Остальные призраки согласно гудят и кивают светящимися головами.
— Эх, молодёжь! Никудышный народ пошёл, не чета нам! — подхватывают призрачные девицы, которым с виду лет восемнадцать-двадцать, не больше.
Говоря откровенно, я мало что могу понять в этом разговоре. Но неожиданным образом он меня успокаивает. Во всяком случае, если бы призраки хотели навредить, вряд ли стали бы беседы вести.
— А я чем могу помочь? Этот самый Гордей десять лет учился и то не смог, — встреваю в разговор. – Меня же грамотам там всяким и вовсе не обучали.
– Сумеешь, даже не сомневайся. Мы тебя всему научим, – успокаивает призрачная Меланья.
– Ну если так… Тогда ладно, – соглашаюсь, потому что люблю во всём порядок.
А призраки, блуждающие по замку – это что угодно, но точно не порядок. Да и жалко их, горемычных.