Тысяча и одна жаркая ночь с Аладдином

4. СОН ИЛИ ЯВЬ.

- Ну, ты и сволочь! - прошептала я.

- А этот козел всё испортил, - не слушая меня, продолжал Виктор. Его голос набирал оглушительную силу. Я стала хуже разбирать слова от его вибрации. - Припёрся со своей дурацкой лампой, когда его уже не ждали. Вот почему я на него в атаку пошел. Наркотик-то я уже подмешал, он начал действовать, а тут этот недоумок и куча ненужных гостей. Ну ладно, все увидели, что тебе плохо, поняли, что праздник испорчен и потихоньку слились. Одна Лариска не спешила уходить, "Скорую" тебе хотела вызвать. Еле отговорил её и в аптеку услал за лекарством. А этого придурка в прихожую вытолкал и лампу его помойную швырнул вслед. Он её живенько подобрал - дорогая как-никак, зараза!

Тут ты стала на бок заваливаться, я оставил придурка в прихожей и поспешил к тебе. На диван тебя уложил, блузку расстегнул, чтобы тебе легче дышалось. Вдруг чую, чем-то горелым с кухни несёт. Ну, думаю, наверное, праздничный торт в духовке горит. Пошел я на кухню, а там Лёха твой с раритетной лампой возится.

"Ты чего тут?" - опешил я.

"Да вот - решил убедиться, что торгаш не соврал и лампу можно зажечь, залил в неё масло, зажёг и тут черный дым из неё повалил".

"Дурак! Нужно специальное масло, лампадное. А от обычного никакого света, один чад. И вообще... я тебе что сказал - вали отсюда со своей лампой, пока по шеям не получил".

Лёха показал мне фигу.

"Вот это видел? Я тебя с Линдой вдвоем не оставлю. И не надейся. Ты её на наркоту подсадишь, чтобы в покорную овцу превратить. Чтобы она все твои сексуальные желания и фантазии исполняла за дозу. Шиш тебе с маслом лампадным, понял? Убери от неё свои грязные руки!"

Я усмехнулся.

"А то что? Что ты сделаешь, шизик? Да я тебя одной своей соплей перешибу. С кем ты тягаться вздумал? Что против меня можешь? Полицию вызвать? Так она меня крышует".

Лёшка хитро прищурился.

"Всех купил? Никого не забыл ненароком? А знаешь, что тебя какой-то Ахмед разыскивает? По дороге сюда с ним столкнулся, он про тебя расспрашивал. Скажи спасибо, что я твоего адреса не знаю. И Линдочкиного ему не дал, побоялся, что может нам праздник испортить. Но ведь он мог меня и выследить".

Оттолкнув меня в сторону, Лёха заглянул в комнату, увидел тебя лежавшей на диване с расстёгнутой блузкой и разозлился.

"Времени зря не теряешь? Хоть бы дождался, пока я уйду. И она хороша. Мне притронуться к себе не давала. А перед тобой разложилась".

У него на глазах выступили слёзы.

"Короче, идите вы оба к дьяволу!" - в сердцах выпалил он.

Я не успел ему ответить. Раздался грохот, густым дымом всё заволокло, как будто в окно дымовую ракету бросили. Все, больше я ни черта не помню. Очнулся здесь, прикованный. Решил бы, что вижу дурной сон, если бы не намёк твоего хахаля на Ахмеда. И конечно, меня очень удивило, что ты тоже оказалась тут. Тебя то зачем захватили? Лучше бы этого твоего... А впрочем, он же навёл. Паскуда! А на тебя ему плевать с высокой башни. Я бы за свою девушку горло перегрыз. А ему до фонаря, что ты здесь со мной будешь гнить. Главное, чтоб не в постели.

У меня голова пошла кругом от обилия информации. Самое важное, что я сумела выделить это то, что Виктор готов был подсадить меня на наркотики, лишь бы получить своё.

- Ушам не верю! Ты хотел сделать меня своей сексуальной рабыней? Чтобы я за дурь была готова на всё?

В ответ снова тяжёлое молчание, затем язвительный смех.

- Ну и дурочка ты, Линдуся. Такая же, как все вы, бабы. Думаешь о ерунде, когда мы в полной заднице. Ты что, так и не поняла, что случилось? Вроде отошла уже от шампусика с пикантной добавкой, должна же хоть что-то соображать. Тебя не смущает, что темнота кругом, хоть глаз коли?

- Наверно, свет отключили, - растерянно ответила я.

- Ну, блин... Ты думаешь, что мы у тебя дома?

- А где нам быть?

- Говорю же, в полной ж... Ладно, тогда рукой потряси.

Я послушалась и снова ощутила резкую боль.

- О Господи, что это у меня на руке?!!

- Наручник, - спокойно сказал Виктор.

Я пошарила свободной рукой и нащупала звенья толстой цепи, пристегнутой к наручнику. Перебирая их пальцами, я добралась до другого конца цепи. Он был вколочен в стену. Липкую, издающую тот самый запах затхлости, заставивший меня проснуться.

- Нет, это не может происходить наяву, - убеждала я себя. - Такие кошмары наяву не происходят.

- Смотря с кем, - хмуро хмыкнул Виктор. - Я тоже не верил, что со мной это может произойти. Однако вот...

- Что ты натворил? - заплакала я. - За что тебя сюда засадили? И причем здесь я? Какое Я имею отношение к тебе, к твоим выходкам...

- Ой-ой-ой, сколько вопросов! Никакого, конечно, и мне очень жаль, что ты попала под раздачу. Благодари за это своего Лешика. Он навел на тебя, на нас...

- Кого?

- Ахмеда.

- Это ещё кто?

- Мой поставщик, турок неумытый. Я ему задолжал за довольно большую партию героина. Понимаешь, тачку решил купить крутую, чтобы тебя в ней катать. Все ради тебя, Линдуся!

- Ну, спасибо тебе, - съязвила я. - Всё время мной прикрываешься. Нет бы честно сказать, что хотел своим дружкам пыль в глаза пускать шикарной тачкой. Фанфарон ты несчастный!

Не слушая меня, Виктор продолжал взахлёб:

- Да вот только Ахмеду этого не объяснишь. Его мусульманская сущность не приемлет рыцарского отношения к женщине. У него жёны дома сидят и лепешки пекут, а за порог ни ногой. Короче, бабло ему нужно, а не мои оправдания. Вот он и выследил меня и в эту темницу запер. Это его методы. А тебя прихватил... ну, думаю, Лёшка твой нашептал ему, что ты для меня значишь. Что я для тебя в огонь и в воду...

Виктор перевел дыхание и печально докончил:

- Теперь он, гад, будет на меня давить.

- Это как? - испугалась я.

- Ты криминальные драмы по телеку не смотришь? Станет мучить тебя у меня на глазах, руки-ноги ломать, там не знаю... пятки поджаривать... ну, чтобы я поскорее сломался.

Мне стало совсем нехорошо. По спине потёк горячий пот, к горлу поднялась тошнота.

- Витюнь, ты же этого не допустишь, да? - залепетала я, растеряв всю злость, кипевшую на него. - Ты отдашь ему всё, что должен, до копеечки? Бог с ней, с тачкой, купишь ещё, какие твои годы.

- Да я бы рад, Линдуся, только вот... боюсь, что он счётчик включил и такие проценты накрутит... Я их просто не потяну, понимаешь? А ещё я боюсь...как бы он тебя в уплату моего долга в рабство не продал. У него есть друзья в Саудовской Аравии, которые держат целые гаремы. А ты у нас такая красивая. Блондиночка с голубыми глазами... не девушка, а мечта любого шейха. Понимаю, что для тебя это звучит дико, но поверь мне - такие вещи происходят и в двадцать первом веке. Это не пережиток прошлого. На Востоке веками ничего не меняется.

- Ну знаешь, кто ты после этого? - снова разозлилась я.

- Знаю, - с мукой выдавил он. - Я твоё наказание.