Возвращение

Тамара не договорила, и глаза ее заблестели. Илья насупился. Что теперь об этом говорить? Время назад не повернуть.

— Златку-то я понимаю, — продолжала женщина. — Она еще молодая, любви хочет. Ребеночка, может, родит… Только теперь этот хлыщ в отеле вашем рулит, а Злата и знать не знает, что он за ее спиной проворачивает!

— А может, ничего не проворачивает, — возразил Илья, примериваясь к яблокам в вазе, выбирая поменьше, чтобы долго не жевать. — Может, мы с тобой просто подозрительные очень?

— Так ведь опыт печальный имеем! — Тамара с видом мудреца воздела к потолку палец, вызвав у Ильи улыбку.

— Давай все-таки верить, — сказал он, — что черная полоса в жизни нашей семьи закончилась. Очень хочется наконец просто жить. Тихо, спокойно…

— Илюша! Мы там заждались! — позвали вдруг из коридора, и вслед за будоражащим воображение грудным голосом на кухне появилась его обладательница.

— Да, Ира, иду!

Все-таки прихватив из вазы яблоко, Илья покорно последовал за Ириной. Она неторопливо шла впереди, и ему казалось, что все ее тонкое и гибкое тело буквально извивается. Не дойдя до гостиной совсем немного, Ирина вдруг остановилась и повернулась к Илье, подошла к нему близко-близко. Он втянул носом дурманящий аромат ее духов, смешавшийся с винными парами, а она прошептала ему на ухо:

— Помнишь… как мы стояли в таком же коридоре?..

Она придвинулась еще ближе и легко коснулась губами его губ, отстранилась и снова поцеловала, уже намного смелее. А неплохая техника! Не успела эта мысль оформиться в голове Ильи, как его руки сами собой легли ей на талию и поползли одна вверх, другая вниз, но Ирина ловко вывернулась и, не говоря ни слова, проскользнула в комнату. Илья постоял немного в коридоре, переводя дух, потом вспомнил о яблоке и с наслаждением вгрызся в его сладкую сочную мякоть.

Остаток вечера он просидел вместе со всеми, то и дело поглядывая на Иру, казалось, не обращавшую на него никакого внимания.

Михаил говорил о себе много и с удовольствием, так что Илья довольно скоро оказался в курсе его нищего детства в далеком провинциальном городишке, переезда за лучшей жизнью в город побольше и великой любви к Злате. Все это напоминало правду, но могло быть и ложью, и Илья дал себе слово, что глаз не спустит с жениха сестры, пока не убедится, что того привлекла именно она, а не процветающий отельный бизнес.

— Где медовый месяц проведете? — поинтересовалась Ирина.

— Сейчас никуда не поедем, — ответила Злата. — Дел много. Вот станем посвободнее, тогда и устроим себе свадебный круиз. Да, Миш?

— Естественно, я все помню, организую тебе лучшее в мире путешествие! — воскликнул Михаил с такой готовностью и жаром, что Илья чуть не скривился: очень уж ненатурально это звучало.

— А жить где планируете? — не отставала Ира. — Здесь?

— Вообще, конечно, поближе к работе было бы удобнее… — начал Михаил, но, поглядев на скисшую Злату, сказал: — Но мы решили, что останемся за городом. Не так уж долго отсюда добираться, зато Златке легче, да и места здесь красивые.

Тут он посмотрел на Илью и спросил:

— Ты же не против? Кстати, что сам намерен делать? Останешься в России? Или повидался — и назад?

Илья посмотрел на него долгим взглядом и неожиданно для себя самого ответил:

— Никаких “назад”. Только вперед и только дома. Но я не зверь, мешать вам не буду. Займу городскую квартиру. Злата, ты не будешь возражать?

— Как можно! Я жутко рада, что ты остаешься. — Сестра буквально расцвела от его слов, но от Ильи не укрылась тень, пробежавшая по лицу Михаила. Что ж, добавим тебе еще неприятного, дружок.

— И в отель загляну. Посмотрю, как там дела сейчас. Устроишь мне экскурсию, Миша?

Тот сжал зубы, но через секунду ответил с широкой улыбкой:

— Только назови день и час — лично проведу и все покажу!

Илья учтиво кивнул в знак благодарности, в душе посмеиваясь над Михаилом, очевидно, не ожидавшим, что придется иметь дело с еще одним совладельцем отеля, которому зубы не заговоришь, как женщине.

Злата бросила взгляд на часы и ужаснулась:

— Ребятушки, уже полночь скоро! Миш, ты же остаешься? Я тебя за руль не пущу, ты пил.

Михаил особенно и не возражал, но все же обратил вопросительный взор к Илье, и тому это понравилось: статус старшего в семье за ним признан — чудесно.

— Ириш, ты тоже ночуешь здесь, — продолжила Злата, но Ирина категорически затрясла головой.

— Нет, нет, мне нужно домой, с утра клининг, надо встретить.

— Нельзя тебе за руль!

— Возьму такси…

— Отсюда такси в такой час не поедет, — растерянно пробормотала Злата и беспомощно посмотрела на Илью.

Тот развел руками.

— У моих российских прав срок действия истек лет десять назад.

Ирина перебила его:

— Поедем на моей машине. Ты же правила помнишь? А если остановят… Ну… придумаю что-нибудь!

Конечно, самым правильным решением было остаться на ночь в их доме, но Ира уперлась, и Илья, молясь, чтобы не вляпаться в историю, аккуратно повез ее по ночным дорогам, руководствуясь указаниями навигатора и самой Ирины, вальяжно развалившейся в пассажирском кресле.

Добрались без приключений. Высадив Ирину у элитной высотки в самом центре и отогнав автомобиль в паркинг, Илья собрался было вызвать такси, чтобы доехать до городской квартиры, но тут Ира, так и не вошедшая в свой подъезд, окликнула его:

— Может, зайдешь? Как там говорят… на кофе?

И захихикала, потому что никакого кофе, конечно, предлагать Илье не собиралась. Да он и не претендовал, предпочтя сразу же заняться тем, на что Ирина настраивала его весь вечер.

Она была хороша и умела многое. Илья давно не испытывал таких острых и мучительно приятных ощущений. Засыпая рядом с Ирой на ее огромной роскошной кровати, он думал, что, пожалуй, правильно сделал, не ответив много лет назад на романтическое чувство неопытной девочки. Зато сейчас он получил великолепную любовницу и, возможно, шанс начать новую жизнь.

Что, если “теперь”, о котором они с Андреем нынче вечером рассуждали, воплотится в женщине, лежащей в его объятиях?

Каковы планы самой Ирины? Об этом он узнает лишь утром, а сейчас — спать…