Возвращение

Илья, ощутив, как пальцы Ирины нежно поглаживают ему загривок, с готовностью ответил:

— Мы с Ирой к ней на такси.

Поймав осуждающий, как ему показалось, взгляд старушки, он подмигнул ей и, пожав на прощание руку Балашову, отбыл вместе с Савицкой.

Уже сидя в машине, Илья вдруг понял, какая деталь не давала ему покоя весь вечер: на банкете не было ни одного гостя со стороны Михаила, кроме тех, с кем он успел сблизиться в отеле. Никого из его семьи или друзей из родных мест. Странно. Михаил так одинок или намеренно скрывает от жены и ее брата свое прошлое? Обдумать это Илья не успел, потому что Ирина принялась отвлекать его поцелуями и нашептывать в ухо что-то бессмысленное, но безумно возбуждающее…

***

Очередное утро в минималистичной обители Савицкой началось не с привычных уже медитативных мелодий, а с ругани. Открыв глаза, Илья не сразу понял, что слышит, но потом разобрал слова:

— Да вы знаете вообще, сколько она стоила?!

— Я возмещу, Ирина Львовна…

— Вам и за сто лет не заработать таких денег!

— Простите…

Маша! Илья мигом вскочил на ноги и чертыхнулся: опять вся одежда где-то там! Как отучить Ирину от дурацкой традиции запрыгивать на него в порыве бешеной страсти прямо на пороге квартиры?

Он подкрался к двери, ведущей из спальни в гостиную, и прислушался. Ирина отчитывала Машу, а та оправдывалась. В узкую щель была видна фигура Савицкой, держащей в руках какой-то предмет. У ее ног лежали непонятные черепки. Маша стояла напротив, обхватив себя руками, и вид у нее был до того несчастный, что у Ильи заныло сердце. Что бы она ни натворила, нельзя же унижать и пугать человека! Он помнил Машу высокой и статной, а сейчас она так сгорбилась, что казалась на голову ниже своей нанимательницы.

Илья высунулся в гостиную и громко позвал:

— Ирина! Будь любезна, подай мне одежду!

Завидев его, Маша вжала голову в плечи и метнулась куда-то в сторону. Через минуту она появилась вновь с совком и веником и принялась сгребать черепки с пола.

Ирина со снисходительной улыбкой вручила Илье требуемое и проворковала:

— Ты невероятно страстный, котик… Скидываешь с себя все за километр до постели!

Подавив ехидный смешок, Илья промолчал. Это он-то котик? А кто тогда сама Ирина, больше всего как раз и напоминавшая похотливую мартовскую кошку, самку, готовую на все, ради секса?

Маша закончила уборку и молча ждала, когда Ирина повернется к ней. Та окинула ее надменным взглядом и велела:

— На сегодня вы свободны, Мария.

— Завтра как обычно? — в голосе Маши прозвучала не то что надежда — она просто-таки умоляла позволить прийти, чтобы заработать хотя бы те небольшие деньги, что Ирина платила ей.

— Доброе утро, Маша, — поздоровался Илья, выходя в гостиную уже одетый.

Та робко ответила:

— Доброе утро, Илья Станиславович.

Это обращение по имени-отчеству тоже резануло. Маша звала его так лишь в присутствии гостей отеля или кого-то из персонала. Наедине они, конечно, были Ильей и Машей.

— Идите уже! — Ирина с выражением полнейшей скуки на лице махнула рукой и продефилировала на кухню.

Маша бросилась в прихожую, быстро накинула куртку, натянула ботинки и через минуту исчезла. Разыгравшаяся сцена оставила в душе Ильи неприятный осадок.

— Мне кажется, ты слишком высокомерна и резка с ней, — высказался он, когда Ирина поставила на стол две чашки американо и принялась вынимать из холодильника продукты для завтрака.

Услышав слова Ильи, она изумленно уставилась на него.

— Она разбила коллекционную фарфоровую вазу. А я так долго искала ее! Не представляешь, как трудно вписать декор в мой интерьер.

Вышинский хмыкнул: это уж точно. В склеп вообще мало что вписывается!

— И еще сказала, что возместит! Ну не дура? Да разве что почку продаст! И то вряд ли ее потроха столько стоят…

Илье стало противно, и он перебил Ирину:

— Маша не рабыня. Она работает для тебя, так имей уважение. Если эта ваза была тебе дорога, я найду похожую! Хочешь?

Глаза Ирины сузились.

— А что это ты защищаешь какую-то уборщицу?

— Не какую-то. Я знаком с Машей: она работала в нашем отеле еще при маме.

Савицкая поджала губы и задрала подбородок, не отрывая взгляда от его лица. Стало неуютно, но Илья выдержал. Он ожидал, что сейчас Ирина пристанет с расспросами, заподозрив его в близких отношениях с Машей, что было бы естественно. Ирина, однако, не проронила ни слова и больше к разговору о случившемся не возвращалась. Илья тоже счел за благо молчать. Он уже пожалел, что сболтнул о знакомстве с Машей: кто знает, как Ира отыграется на несчастной домработнице, которой и так некуда деваться?

Конец ознакомительного фрагмента.