Страница 8 из 51
– Хорошо, что сын приезжает. До начала учебы всего ничего осталось, так хоть немного вместе побудете. Я забыла спросить, а что ты говорила про брачный контракт? Когда вы успели его подписать? – внимательная Соня замечала и запоминала все детали. Профессия дизайнера интерьера обязывала, да.
– Помните, когда Селезневы разводились? Вот сразу после этого Мирон и предложил заключить брачный контракт, чтобы не было проблем, а были гарантии. Мне тогда это казалось глупой затеей, формальностью, а потом… Вы же знаете моего мужа, у него от слова до дела разбег короткий. Бывшего мужа, вернее…
Развод четы Селезневых долго гремел в информационном поле. Одна за другой вытаскивались на свет измены мужа, загулы жены. Делилось все, включая посуду, бытовую технику и антикварные книги, которые так никто ни разу и не прочел. Его компания, ее салоны – все резалось пополам, делалось напоказ, демонстративно. Каждый желал выставить своего партнера монстром, а себя – растерзанной жертвой. В то время бульварная пресса получила вдоволь «горячих пирожков», а умные люди – повод задуматься.
Шесть лет назад два листа бумаги были обычным набором букв, слов. Кто бы знал, как все обернется в дальнейшем… Договор обеспечивал ее материально, но при этом отражал сущность темной стороны Луны: это были деньги в обмен на семью. Очень неравноценный обмен, надо заметить.
глава 9
Дверь внедорожника хлопнула, как будто сомкнулись острые клешни опасного капкана. Сердце хреначило, разгоняя по телу адреналин и злость.
– Ой, Мир, кажется я не вовремя… – раздался в динамике нежный голос Марты. – Я просто хотела…
– Ты просто охуеть, как вовремя, Марта! Расскажи мне, какого черта ты делала в моем доме?! – прорычал Мирон, с силой ударив по рулю, задевая кнопку клаксона. Большая черная машина издала короткий рык, как раненный зверь, загнанный в угол.
– А что такого? – абсолютно спокойно отозвалась Липатова. – Между прочим, меня пригласила твоя дочь. Что предосудительного в моем визите, Мирон? Мы спокойно посидели, попили кофе с тортиком, а потом я ушла. У тебя выросла замечательная девочка, Мир. Ты можешь ею гордиться…
Голос Марты – патока и мед. Шоколад и сахарный сироп, приторный до невозможности.
– Что ты ей наговорила?
– Ты о чем?
– О нас, Марта. Что ты рассказала Тане о нас?
– Ничего, – женщина довольно улыбнулась, представив, как на том конце диалога Соколовский сходил с ума от беспокойства. У всех есть свои слабости, нужно только грамотно дергать за ниточки. Мягко, незаметно. – Твоя дочь – взрослая девочка, она уже знает, что может происходить между мужчиной и женщиной.
Ответить на вопрос, оставляя собеседника в неведении – ее любимое развлечение.
– Не смей, Марта! Не смей лезть в мою семью! Я сам во всем разберусь.
– Я? В твою семью? Окстись, Соколовский, – хихикнула женщина. – Нельзя влезть в семью, которой нет. Что касается твоего «разберусь», так я не мешаю, развлекайся на здоровье. Я только хотела спросить, тебя сегодня ждать? Я стол накрою, посидим, поговорим, а потом…
Соколовский нажал на кнопку отбоя и откинулся на спинку сиденья. Закрыл глаза, провалился в воспоминания.
Марта…
Умная и амбициозная. Дерзкая и непредсказуемая. Соблазнительная и скромная. Ангел и демон. Эта женщина сияла всеми гранями, как ограненный алмаз, привлекая к себе внимание мужчин. Она могла надеть скромную белую блузку и юбку, закрывающую колени, и все равно оставалась центром притяжения.
– Этот пункт в договоре в дальнейшем может быть использован против нас, – чеканила Липатова тоном строгой учительницы, а следом поправляла выбившуюся прядь волос столь женственным жестом, что член Соколовского начинал бурно реагировать и поднимал голову.
В ее взгляде светилось восхищение и уважение, желание и призыв. Марта – вулкан, в кратере которого бурлила обжигающая лава.
А Люба? Его когда-то любимая жена напоминала замерзшее озеро. Все эмоции и восторги со временем опустились на дно. Для нее он – не удачливый бизнесмен, а просто муж. Старый, удобный, привычный, как разношенные тапочки. Ни ревности, ни страсти, ни даже элементарного флирта. Ничего.
Даже когда на стол лег документ о разводе, Люба не позволила себе истерики или слез, не горевала о семье, которой больше нет. Собрала чемодан и ушла, не оглянулась напоследок.
Никаких «давай попробуем все исправить» или «давай все обсудим». Казалось, что она ждала этого момента, была к нему готова заранее.
Сука! Как же он устал и запутался!
Мирон запустил двигатель и выехал с парковки, краем глаза заметив движение у окна. За ним наблюдали. Жена или ее ведьмочки? Кто бы знал…
Пошумев еще немного, подруги начали собираться домой.
– Трезвый водитель – это класс, – едва заметно качнувшись, Соня ухватилась за край стола. – У меня в прошлый раз был такой трезвый лапочка, что я предложила ему задержаться на часок-другой.
– И что? Задержался? – подхватила Анька.
– Ага. Часок растянулся до утра, а потом еще несколько раз повторился. Люб, ты теперь тоже свободна, так что можешь выбирать себе нового мужчину.
– Могу, только не сейчас. Мне бы отдышаться немного, да в себя прийти. Иногда кажется, что это – дурной сон. Вот проснусь, и все будет по-старому.
– Это мы-то с девчонками – дурной сон? – изо всех сил сохраняя обиженное выражение лица, возмутилась Виктория.
– Не-а, вы – мои подруги. Единственные и неповторимые, а все это… – Люба махнула рукой над головой. – Да ладно, прорвемся.
Сегодня с трезвыми водителями ведьмочкам не повезло: ими оказались пожилые мужчины, причем возраст одного из них явно перешагнул отметку за шестьдесят.
Уезжали с шумом и гамом. Долго прощались, целовались и обнимались, пытаясь договориться о новой встрече.
– Поехали уже, пока ваши соседи полицию не вызвали. Громкие вы какие, – недовольно буркнул один из водителей.
В доме стало тихо и… пусто. Дежавю накрыло Соколовскую, сдавило грудь. Вечер. Стол. Одиночество.
– Ничего, справлюсь. Завтра Денис приедет, станет легче дышать, – уговаривала себя Любовь.
Заряженная на работу посудомойка журчала водой, из гостиной доносились звуки любимых хитов.
– Камином тоже надо заняться, – отметила женщина. – Скоро осень, так что живой огонь будет очень кстати. Завтра проверю запас дров и сделаю заказ, если их нет. Интересно, где заказывают дрова? А, и еще каминные спички нужны или специальная зажигалка. Не забыть бы…
Старый дом, обновленная спальня. Душу мотало, бросало из крайности в крайность, как утлый челн, попавший в эпицентр шторма. Судьба выбила из-под ног опору в виде семьи, но оставила подруг и сына, да и с работой тоже все было в порядке.
I Will Survive, пела Глория Гейнор.
– Все правильно. Я выживу.
Она запретила себе впадать в хандру и плакать о предателе. Он того не достоин, пусть развлекается со своей Мартой. А Таня… Было до слез обидно, но дочь сделала свой выбор, Любе оставалось только принять его и двигаться дальше.
Пока Соколовская ложилась спать с мыслями о будущем, ее муж решил изменить маршрут и уже через двадцать минут его внедорожник замер у дома Липатовой.
Визуализация героев часть 3
Пришло время поближе познакомиться с “пиковой дамой” этого романа.
Итак, Липатова Марта Яновна.
Что известно об этой даме на текущий момент?
Разведена.
Сыну восемнадцать лет.
Работает юристом в «КаргоВест Компани». Эта компания два месяца сотрудничает с фирмой Соколовского.
“Умная и амбициозная. Дерзкая и непредсказуемая. Соблазнительная и скромная. Ангел и демон.” – так описывает эту женщину главный герой нашего романа.