Страница 5 из 51
– Было такое. Тогда беременность казалась подарком небес. Я родила Дениса и не хотела возвращаться на работу.
– И судьба тебе улыбнулась еще раз, через три года подогнала второй декрет, – Нюта закончила расставлять приборы и села напротив подруги, сцепив в замок тонкие пальцы с идеальным маникюром. – Тогда ты родила Таню…
– Да…
Диалог женщин прервал мелодичный звонок.
– О, а вот и наши прибыли, – обрадовалась Люба, распахивая дверь. – Девочки, ну наконец-то! Мы с Аней вас уже заждались!
Прихожая наполнилась смехом и звуком поцелуев. Ведьмин круг собирался не часто, но всякий раз эти встречи оставались в памяти.
– Сорян, Соколовская, но до тебя из центра не так-то легко добраться, – фыркнула рыжая Соня, изящно сдув со лба огненную прядь. – Пока ехали – все пробки собрали. Командуй, Любаш, чем помочь?
– Ничем, мы с Аней уже все накрыли, а наш любимый ресторанчик подогнал любимые блюда. Мойте руки и прошу к столу.
Бокалы наполнены, первый голод утолен. Пришло время поговорить.
– Я уже написала, что вчера вечером Мирон принес документы о разводе, а сегодня днем моя дочь сидела с его любовницей в нашем доме и пила чай с тортом, хотя муж заявил, что уходит не к кому-то, а от меня. Это если кратко…
– Бывший муж, – поправила подругу Анна. – Бывший. Это важная деталь, Любаша.
– Важная, да, просто мне нужно привыкнуть.
– А если подробнее? – Тори–Виктория взяла бокал вина и сделала глоток. Покатала вино на языке, оценивая терпкий вкус, зажмурилась от удовольствия.
– А если подробнее, то я знаю, что любовницу Мирона зовут Марта и знаю, как она выглядит, – Люба отложила в сторону нож и вилку. В голове «хорошей девочки» мелькали очень плохие версии мести. А что? Даже парфюм такой есть. «Хорошая девочка становится плохой» называется.
– Марта… Я не знаю ни одной женщины с таким именем в компании Соколовского, – Аня нахмурилась и постучала пальчиками по столу, выбивая затейливый ритм. – Интересно, откуда она взялась?
– А ей и не обязательно работать в головном офисе, она может числиться в любом филиале или работать у контрагентов. Любаш, у тебя скрин с камеры сохранился? Покажи мне эту кралю, – попросила Соня.
Подруги сгрудились вокруг смартфона Любы, разглядывая соперницу подруги.
– Ну… обычная баба, – слегка разочарованно протянула Анна. – Не понимаю, чем она лучше тебя? Одно дело, когда мужики в сорокалетнем кризисе начинают совать свои корнишоны в молодые безмозглые двадцатилетние тела, но эта Марта точно не такая. Ей даже не тридцать, а больше. Ухоженная, да, но обычная. Наша ровесница.
– Интересно, чем она Таньку зацепила и что их связывает? – Виктория максимально увеличила кадр, всматриваясь в выражение лица любовницы. – Слишком твоя девица расслаблена, а ведь ее собеседница – ровесница мамы, а не подружка – одноклассница.
– Не знаю, что они обсуждали. Камера писала видео без звука, но по артикуляции Тани я несколько раз прочитала слово «мама», – с трудом сохраняя спокойствие, отозвалась Люба.
– О!
От громкого возгласа Сони ведьмочки вздрогнули.
– Смотрите, что я нашла! – она с гордым видом продемонстрировала какой-то сайт с фотографией любовницы. – Липатова Марта Яновна, работает юристом в «КаргоВест Компани». Разведена, сыну восемнадцать лет.
– Я помню эту компанию, – встрепенулась Соколовская и поежилась под пристальным взглядом трех пар глаз. – Несколько месяцев назад Мирон обмолвился, что его фирма начала сотрудничать с «КаргоВест». Они доставляли заказы из Китая по воздуху, потом фирма Мирона развозила их на своих машинах.
– Несколько месяцев назад?
– Да.
– А ты не замечала никаких перемен в поведении мужа? Может он задерживаться на работе начал чаще или командировки стали более продолжительными? Запах женских духов от костюма, волосы… – перечисляла Аня. – Ну хоть что-то новое в его поведении появилось?
– Ни-че-го! Абсолютно ничего! – рявкнула Люба, злясь на себя, на прозорливую Соню, которая с помощью умной камеры идентифицировала Марту, на любопытство Ани, но больше всего бесила собственная растерянность. На мгновение мелькнула мысль, что если что-то и начало меняться в их отношениях, то намного раньше. И нет, это не подтверждало появление женщины, просто градус тепла и нежности постепенно понижался. Плавно, едва заметно, и вот чем все завершилось.
– Так, ну с любовницей мы все выяснили. Вопрос номер один – что дальше?
Обстановка все больше напоминал военный штаб, в котором разрабатывался план по… По чему?
– Куда уж дальше, девочки? – фыркнула Люба, пряча грустную улыбку за бокалом вина. Терпкое, вязкое, оно оседало на языке вкусом разочарования. – Я в разводе. Свободная сорокалетняя баба.
– И Марта эта тоже разведена. Решила захапать себе твоего Соколовского в качестве базового аэродрома?
– Сонь, я даже предположить не могу, чего она хотела. Может просто мужского тела, а может и в кошелек заглянула. Я не в курсе и не хочу влезать в эту грязь.
Соня обвела взглядом подруг и игриво цокнула: «А тело у Мира и правда ничего так, есть на что посмотреть. Мужику за сороковник, а кубики в наличии, бицуха такая, что у баб трусы намокают».
– А ты откуда знаешь про кубики? – насторожилась Люба.
– Да, блин, Соколовская! – расхохоталась Соня, глядя в распахнутые от изумления глаза подруги. – Забыла, как мы прошлой зимой новый год вместе встречали? Тогда Мир подбил мужиков после бани в проруби искупаться, вот я лицезрела телосложение твоего мужа. Хорошее такое тело, должна признаться, вкусное.
– Сонь, хватит уже! Я и без тебя знаю, что мой муж в хорошей форме! Бывший муж, так вернее будет, – вяло отмахнулась Любовь. – Теперь его кубики будет считать другая.
– А…
Звонок в дверь прервал Викторию, которая так и не успела высказаться по поводу пресса Соколовского.
– Кого там нелегкая принесла? Я никого не жду.
Хозяйка дома подошла к входной двери, подруги тоже сорвались с места. Не задавая лишних вопросов, Люба открыла дверь.
– Вспомнишь солнце, вот и лучик, – игриво пропела Тори.
– Люба, что происходит?! – рявкнул взбешенный Мирон и… едва не получил захлопнутой дверью по лицу. Волна воздуха шевельнула темные волосы, пальцы тронули холодный металл обшивки.
Не показалось, не приснилось. Только что его буквально проигнорировали и оставили за порогом, даже не выслушав.
глава 6
– Лю-ю-б, – довольно мурлыкнула Соня. – Ты и правда это сделала? Захлопнула дверь перед носом своего мужа? Ну ты красава…
– Бывшего мужа, Сонь, – выдохнула Соколовская, – бывшего. Если он приперся в такую даль, чтобы орать на меня, пусть постоит на улице и подумает…
Трель звонка вызвала у подруг тихое хихиканье.
– Кажется, кто-то возомнил себя бессмертным, – заметила Анька. Прислонившись плечом к стене, она сложила руки на груди и приготовилась взирать на второй акт Марлезонского балета. – Дадим второй шанс мальчику? А вдруг он исправился?
– Горбатого могила исправит, – отозвалась Люба и снова открыла дверь. – Что тебе нужно, Мирон?
– Я…
– Если снова начнешь орать – получишь дверью по морде, – предупредила женщина, услышав знакомые интонации и узнав яростный блеск когда-то любимых глаз.
Хотя если честно, она и сейчас любила этого невыносимого бешенного пса, который укусил ее, а теперь примчался с другого конца города и топтался под окнами их старого дома. Никакая боль не убивала любовь моментально. Это глупое чувство изо всех сил старалось выжить, цеплялось за воспоминания и призрачную надежду.